Чтение онлайн

Прокричал петух. Да, самый настоящий земной петух, и буквально через минуту в помещение забежал молодой часовой и проорал зычным голосом:

— Подъем! — Одет он был в серую льняную мешковину-тунику, через плечо перекинут серый суконный плащ. В руке держал копье с бронзовым листовидным наконечником.

«Казарма. Я снова в армии. Спасибо, Госпожа, за милость, я докажу, что достоин!» — Вовчик не задумался об отсутствии огнестрельного оружия и тем паче автомобилей. Вернее, не посчитал это важным.

Он понял команду из контекста — спящие тела зашевелились. Спросонок медленно, но по мере просыпания ускоряясь. Скоро все оделись в туники и обулись в сандалии, тюфяки заправили покрывалами. Один Вовчик стоял возле лежанки босиком, обернутый одеялом. Свою тунику под кроватью, как у остальных новобранцев, он не нашел. Все, без сомнения, были новобранцами. Молодняк и три раба — мужчины в возрасте.

«Учебка», — отметил про себя Вовчик. Заметил и своих собратьев. Только для Служения все равны, поэтому отдельных эмоций к ним не испытал.

— На построение! — четко проорал часовой.

Солдаты, хмуро переговариваясь, пошли на выход. Новый раб пристроился последним. На него с любопытством озирались, но вопросов не задавал.

На плацу, так определил для себя Вовчик вытоптанный земляной участок, новобранцы построились в шеренгу. Совсем не по росту. Он неуверенно занял край левого фланга.

Ждать пришлось недолго. Из-за угла уверенной походкой вышел командир. Смуглый кудрявый мужик с волевым, точно высеченным из камня лицом. Зеленая туника сидела на нем как влитая, на поясе висел короткий меч в деревянных ножнах.

— Что встали, бараны? Бегом на пробежку! За десятника Архип. Командуй, баран! — лениво, но в то же время зычно скомандовал он на ходу.

— Десяток, на пробежку, за мной, — фальцетом прокричал молодой парнишка, тщательно растягивая слова, и первый припустил трусцой. За ним затрусили остальные, поначалу чуть не смешавшись.

Командир презрительно скривился. Вовчик хотел было уже побежать за всеми, но его остановил отдельный приказ:

— Эй, раб, а ты куда? Бегом ко мне!

Он понял, что обращаются к нему и требуют подойти. Подошел четким строевым шагом и доложил:

— Рядовой Нодаш по вашему приказанию прибыл!

Командир от удивления открыл рот, но сразу закатился в хохоте. Пока он смеялся, «рядовой Нодаш» стоял смирно: «Понятно, завернут в одеяло и устав здесь другой. Разъяснят. Но пока буду как в армии. Госпожа Флорина оценит усердие». Сердце на мгновение сжала тоска. Жаль, что она не видит.

— Варвар, на самом деле варвар! — выдавил начальник сквозь смех. Когда упокоился, продолжил: — Ну и насмешил ты меня, дарки [4] тебя раздери! Слушай сюда, и плевать, что не понимаешь! — От смеха длинный массивный нос раскраснелся, в черных глазах продолжали плясать насмешливые искры, но голос звучал властно и грозно.

— Я — десятник Трифон, для тебя царь и бог. Мне насрать, что ты личный раб самой Верховной, раб есть раб, будешь делать все как все. Откуда ты, мне тоже плевать. Сейчас пойдешь вон туда, к кастеляну Стефанию, — показал рукой на неприметное одноэтажное строение.

Не стоит уточнять, что оно было каменное. Здесь все строилось из камня, точнее, легкого в обработке серого вулканического туфа.

— Получишь у него одежду. Стучи сильнее, он еще дрыхнет, — улыбнулся неожиданной шутке.

Представил заспанного Стефания и ни хрена не понимающего раба. Как они будут объясняться? Хотя нет, знает он о рабе, ему вчера одежду сдали. Ну и холода у них! Кстати, выделка замечательная. Но как они могут в штанах ходить? Это же так неудобно! Кто их поймет, этих варваров.

— Потом пойдешь в казарму, переоденешься и станешь ждать остальных баранов. С ними на завтрак и полностью вливаешься в стадо. Да, — вспомнил еще один приказ госпожи Викарии, — языком с тобой займется Архип, он говорливый. А, ты же не понимаешь ни хрена! Ладно, я сам ему скажу. Запомни, я сделаю из тебя, грязного варвара, настоящего орденского разведчика! Тьфу, забыл, что ты раб. Бегом к кастеляну! — Для верности махнул рукой в сторону склада «мягкого обмундирования».

Вовчик понял, что надо идти туда, к тому зданию. Скорей всего, за одеждой, а после вернуться в казарму, в ту сторону офицер тоже показывал. Что делать дальше… по обстоятельствам. Действовать, как все.

За одеждой припустил бегом. Вспомнил, как передвигался, когда был духом.

«Раб, не выйдет из него настоящего воина. Как и из всего крестьянского молодняка — единицы. — Трифон, качая головой, смотрел ему вслед. — А жаль, есть в нем что-то. Точнее, было».

Крестьянские дети с детства на земле работают, в войну им играть некогда, но у них у многих природная смекалка, а рабы — они рабы и есть. Исполнительные до одури, но нестандартность мышления отсутствует напрочь.

Он знал, зачем к нему в учебный десяток направляли орденских рабов. В пятне альганов они тянули на себя всевозможные опасности, тем самым облегчая жизнь настоящим разведчикам. Лес чувствовал в них изгаженную родственную сущность и пытался избавиться. Чем дольше они продержатся, тем больше времени на поиски нужных ордену ингредиентов будет у других отрядов, поэтому и приходится учить рабов, как остальных разведчиков. А еще храм использует разведку для наказания провинившихся. Рабы тяжело переживают снижение эманаций Древа, и мстительные жрицы используют это. Провинился кто-нибудь, его в рабство и сюда. Чисто женская месть.

Другие новобранцы — крестьянские дети, подушная подать общины за услуги храма Лоос. Тоже по сути рабы, но не пропитанные Силой Лоос. Есть и наемники, но для них отдельный учебный десяток. Из них и выходили настоящие орденские разведчики-поисковики.

Вовчик походил перед закрытыми ставнями и осторожно постучал в запертую дверь. Начальник показал сюда, значит, можно стучать. За дверью ни звука. Постучал сильнее — ничего. Пожал плечами и заколотил что есть силы. Из-за двери раздался возмущенный окрик, Вовчик прекратил стук. Спустя не меньше минуты дверь открылась. В проеме стоял всклоченный пожилой человек в мятой зеленой тунике, с красными заспанными глазами.

— Как смеешь ты, наглый раб, тревожить мой сон! — Стефанию спросонок бросилась в глаза рабская печать на лбу посетителя, и только потом обратил внимание на странную одежду раба. — Почему не одет, дарковский выкидыш?

Вовчик переминался с ноги на ногу. Начальство. Ругается, непонятно на что. Нет, понятно — разбудил, но что делать? Он выполнял приказ.

До кастеляна наконец дошло, кто перед ним. Присмотрелся к печати, убедился — раб Верховной.

— Заходи, — пробурчал, зевая, отойдя в сторону. Закрыл за рабом дверь и прибавил фитиля в лампе. В комнате, где из мебели стоял один длинный стол, стало светлее. — Жди здесь, я скоро. — Для верности показал пальцем на земляной пол и скрылся в одной из комнат.