Чтение онлайн

Сирокко намеревалась узнать у мейстерзингера, не знает ли он, где Джин, но, как оказалось, в этом не было надобности, так как Джин был там.

– Роки, как хорошо, что ты заглянула сюда, – спускаясь по лестнице сказал Джин. Он обнял Сирокко за плечи и слегка поцеловал ее в щеку, что вызвало у нее раздражение.

– Мы тут как раз кое о чем разговаривали с мейстерзингером, тебе это может быть интересно.

– Вы… ты можешь разговаривать с ними?

– У него ужасное произношение, – пропел мейстерзингер (он пел трудным эоловым ладом), – голос его поставлен недостаточно хорошо, и его ухо приспособлено к… у нас другая модуляция голоса. Но мы в некотором роде можем петь вместе.

– Он думает, что втолкует мне что-то, если будет произносить слова как будто разговаривает с ребенком, – рассмеялся Джин.

– Почему ты раньше не говорил мне об этом, – спросила Сирокко, стараясь перехватить его взгляд.

– Я не думал, что это важно, – ответил Джин, старательно избегая ее взгляда, – я знаю лишь малую толику из того, что знаешь ты, и то недостаточно.

– Я просто хотела бы, чтобы ты рассказал мне, вот и все.

– Ладно виноват, – Джин казался раздраженным и Сирокко задалась вопросом, в самом ли деле он случайно не рассказал об этом. Конечно, он не хотел ни о чем рассказывать, но подумал, что дольше невозможно держать свои знания в секрете.

– Джин рассказал мне много интересного, – пропел мейстерзингер. – Он излиновал весь мой стол, но я мало, что понял из этого. Но из того, что я понял – я молюсь, чтобы ваша лучшая песня смогла рассеять мрак.

– Да, ты налетела на меня, Роки, а я не понимаю, чего хочет этот туповатый сын осла.

Сирокко бросила на него резкий взгляд, но вспомнив, что мейстерзингер не знает английского, расслабилась. Она подумала, что это дурные манеры и ребячество. Титаниды были далеко не тупые.

Мейстерзингер стоял на коленях перед невысоким столом, которые предпочитали титаниды. Он был покрыт тусклой оранжевой шерстью длиной в несколько сантиметров, не покрыто растительностью было только лицо. Кожа была шоколадно-коричневого цвета. Глаза были светло-серые, лицо поначалу казалось типичным для титанид, но к этому времени, Сирокко уже нашла, что их лица отличаются между собой как и лица людей. Она могла теперь отличать титанид не только по цвету волос.

Но лица у всех были явно женские. Это впечатление не ослабляло даже явное наличие пениса.

Джин начертил на столе мейстерзингера карту. На запад и на восток были проведены две параллельные линии, другие линии пересекали пространство, образуя прямоугольник. Это была внутренняя часть обода колеса Геи, если на нее смотреть сверху в развернутом виде.

– Это Гиперион, – сказал он, тыча в карту испачканным красной краской пальцем. – На западе – Океан, на востоке – …как ты называешь это?

– Рея.

– Правильно. Затем идет Криус. Здесь крепятся идущие вверх канаты – здесь, здесь и здесь. Титаниды живут в восточной части Гипериона и в западной Криуса. Но в Рее нет ангелов. Знаешь почему, Роки? Потому что они живут в спицах.

– Каким образом это может быть?

– Будь ко мне снисходительна. Объясни ему все, ладно?

Сирокко сделала все, что было в ее силах. После нескольких попыток он, казалось, заинтересовался и ткнул пальцем с оранжевым ногтем в точку около западного Гипериона.

– Следовательно здесь, неподалеку от городка, должна находиться огромная лестница в небеса?

– Да, недалеко от города титанид тоже.

Мейстерзингер нахмурился:

– Почему же я не вижу ее?

– Я понял это, – сказал Джин по-английски. – Потому что я еще не изобразил его, – пропел он. – Одним росчерком он нанес вторую точку рядом с большей.

– Как эти линии убьют всех ангелов? – спросил мейстерзингер.

– Он спрашивает зачем я все это нарисовал? – обернулся Джин к Сирокко.

– Нет, он спрашивает, как с помощью этого можно убить ангелов, и я хотела бы добавить к этому свой вопрос: какого дьявола ты всем этим занимаешься? Я запрещаю тебе продолжать это обсуждение. Мы не можем помогать ни одной из воюющих сторон. Ты что, не знаком с Женевскими протоколами по контактам?

Джин какое-то время молчал, глядя мимо нее. Затем он посмотрел на нее и тихо сказал:

– Ты что, уже забыла всю эту резню, или ты и в самом деле ничего не видела? Выпрыгнуло пятнадцать этих ослов, уничтожены были все, кроме одного, погибло еще двое, которые были вместе с вами. Ангелы потеряли двоих, плюс одного раненого.

– Троих. Ты не видел, что произошло с третьим. – Сирокко до сих пор становилось плохо, когда она вспоминала эту ужасную картину.

– Все равно. Дело в том, что они предприняли новую тактику. Они совершили поездку верхом на цеппелине. Сначала мы подумали, что они сговорились с ним, но, как выяснилось, сам цеппелин тоже был в растерянности. Они сохраняют нейтралитет. Ангелы сели на цеппелин во время бури, и он посчитал, что добавочный вес образовался за счет воды. Во время дождя он несет пару лишних тонн.

– Какова наша роль во всем этом? Ты заключаешь союз? У тебя нет на это полномочий. Это могу делать только я, как капитан корабля.

– Наверное, мне следовало бы указать тебе, что корабля теперь нет.

Если он хотел нанести ей удар, то он не мог придумать ничего лучшего, чтобы достичь цели. Сирокко прочистила горло и продолжала:

– Джин, мы здесь не военные советники.

– К дьяволу, я просто подумал, что мог бы им кое-что показать. Наподобие этой карты. Они тоже нуждаются в новой тактике, но…

Мейстерзингер засвистел на высокой ноте, таким образом он прочищал горло. Сирокко сообразила, что они не обращают на него внимания.

– Извините меня, – пропел он, – это и в самом деле очень хороший рисунок. Я нарисую его у меня на груди к следующему празднику трех городов. Но мы говорили о том, как убить ангелов. Мне бы хотелось услышать больше о сером порошке силы, о котором ты рассказывал раньше.

– Боже мой, Джин! – воскликнула Сирокко, затем овладела голосом и уже спокойно обратилась к мейстерзингеру: