Чтение онлайн

Оранжевый свет газовых ламп мягко освещал спальню, зеленый шелк стеганого одеяла и восточные обои блестели, как яйцо Фаберже. Поскольку ни камердинера мужа, приехавшего раньше, ни ее местной служанки видно не было, Ферн механически потянулась к шнурку звонка, но большая теплая рука, сжавшая запястье, остановила ее на полпути.

– Сегодня вечером прислуга нам больше не понадобится. – В голосе Колина слышалось удовольствие, от которого у нее побежали мурашки по спине.

Ферн повернулась. Она слишком остро воспринимала его пальцы на своем запястье, его близость, то, с каким выражением он смотрел на нее. Ферн не могла разгадать смысл его взгляда, но он вызвал у нее внутри жар, потом приступ тошноты, а потом еще нечто покалывающее, непонятное. Жар пополз вверх, и она с внезапным унижением осознала, что снова краснеет.

– Извините. Я не думала… не собиралась… – Поняв, что лепечет что-то невразумительное, Ферн сделала глубокий вдох. – Да, вы были совершенно правы, когда остановили меня, мистер Редклифф… то есть Колин. – Назвать его по имени оказалось не так легко, как полагалось бы жене. – Я сначала не посоветовалась с вами и прошу меня простить.

Колин скривил губы в чуть заметной улыбке, и она уловила в его дыхании запах послеобеденного портвейна.

– Вы полагаете, что именно так и должна поступать хорошая жена? Советоваться с мужем по поводу каждой мелочи?

– Да… я полагаю, нет, разумеется, нет.

Ферн разозлилась на свое косноязычие, но улыбка Колина стала шире. Без сомнения, его забавляла глупость жены, подумала она с горечью, до сих пор ей не знакомой. Впрочем, как и любое другое выражение лица, эта улыбка не отражала истинных чувств. Ферн лишь однажды, когда он читал в экипаже то письмо, заметила след чего-то бесспорно настоящего. Подавив вспышку понимания, она заставила себя объясниться.

– Но поскольку вас это явно заботит, я решила, что в таком случае должна была спросить…

– Mon ange, моя голубка, это же наша брачная ночь. В его словах был оттенок едва различимого удовольствия, но сочувственного или насмешливого, она не могла бы сказать. Рукой, сжимавшей ее запястье, он притянул Ферн к себе, а свободной рукой обнял за шею. Даже несмотря на легкость его прикосновения, она почувствовала, что не сможет освободиться, если он сам ее не отпустит.

– Вы знаете, что означает брачная ночь?

Ей инстинктивно хотелось вырваться, опустить глаза, но Ферн заставила себя встретить его взгляд. Он слегка коснулся ее шеи большим пальцем, и она вздрогнула, осознав, как близко они находятся друг к другу.

– Конечно. – Ферн порадовало, что голос у нее спокойный, хотя он не соответствовал ее душевному состоянию. – Мы ляжем вместе в постель.

И более того. Она слышала, что рассказывали шепотом близняшки Гамильтон и туманные намеки старшей сестры Фейт. Будут также поцелуи, нечто еще, о чем Ферн даже стеснялась расспрашивать, нечто, заставлявшее краснеть и бормотать невозмутимую Фейт, отчего близняшки хохотали, обмениваясь многозначительными взглядами. «Доверься мужу», – сказала наконец сестра, именно это и должна теперь сделать Ферн.

Но ему не так легко довериться, как считала Фейт. В глазах Колина был огонь, но за этим огнем скрывался холодный рассудок, а не теплая нежность. Хотя его руки были надежными, сильными, они ей напоминали капкан. Может, это и вероломство, но Ферн сомневалась, что хочет положиться на своего мужа. Он, как всегда, был истинным джентльменом, абсолютно сдержанным, полностью владеющим собой и – в данный момент – ею тоже.

Идеальный муж. Так почему она боится его?

Лицо Колина заполнило ее поле зрения, и Ферн вдруг поняла, что это не иллюзия. Он наклонился к ней, чтобы поцеловать.

Внутри опять вспыхнул жар, мгновенно распространившийся по телу, и Ферн не задумываясь отпрянула.

Но Колин держал крепко. Не успела Ферн опомниться, как он приподнял ее и в следующий момент поцеловал. Она замерла от удивления. Ничего подобного она до сих пор не испытывала, даже представить себе не могла. Тот сдержанный официальный поцелуй в гостиной ее родителей, когда она приняла его предложение, заставил ее покраснеть и вызвал легкую дрожь счастья, но этот… был искрой для разжигания костра.

Ферн никогда бы не подумала, что мужской рот может быть таким горячим. Крепко прижав ее к себе, Колин снова поцеловал ее, теперь уже настойчивее. Под своей рукой, оказавшейся между ними, она чувствовала его грудь, жар его тела, который вытягивал из нее силу, пока ноги у Ферн не стали ватными и мысли в голове не смешались. Внезапный приступ страха утонул в ощущениях. Его язык был у нее во рту, и она пробовала теплый пряный вкус портвейна, чувствовала, что уступает его объятиям, тает рядом с его горячим телом…

И вдруг, будто проснувшись, Ферн мгновенно пришла в себя, резко отпрянула и вырвалась из его объятий. Она слегка вздрогнула, увидев бесстрастное выражение на его лице. Казалось, ничто из того, что испытывала она, абсолютно не трогало Колина.

– Что-то неправильно? – спросил он, как будто приглашал ее на танец.

– Да. Нет. Я не знаю, – в полном замешательстве ответила Ферн. – Это кажется неправильным. Все это кажется неправильным.

Колин закрыл ей рот пальцем, и даже это легкое прикосновение, к еще большему стыду Ферн, вызвало у нее мурашки.

– Все именно так, как и должно быть, mon ange. He бойтесь. Вы поступаете очень хорошо.

Его легкомысленные слова заставили Ферн взбунтоваться, но, прежде чем она успела выказать непослушание, Колин шагнул вперед, прижав ее к стене и лишив возможности сбежать. Она почти задохнулась, когда он положил ладонь ей на затылок. Нет, он только прислонился к ней лбом и пристально смотрел ей в глаза. Она могла с уверенностью сказать, что Колин знал, каким трепетным ожиданием наполнило ее это прикосновение. Однако в его глазах невозможно было ничего прочесть.