Чтение онлайн

– Вы, кажется, живете в мире фантазий, – сказал он, мрачно усмехнувшись. – Чтобы никаких фантазий у меня в классе! Вы у меня поймете, что, когда получаешь линейкой по рукам, это не фантазия, не волшебная сказка и не рождественский подарок! – Он фыркнул, довольный своей шуткой. – Ну, напугал я вас? То-то же! Вы этого заслуживаете. Я хочу, чтобы вы не забывали, где находитесь. И запомните – я вас не боюсь. Я вас не боюсь!

Он, довольный, откинулся на спинку стула. Взгляды мальчиков были прикованы к нему.

– Эй! А вы о чем там шепчетесь? О черной магии?

Одна девочка подняла руку:

– А что такое “черная магия”?

– Мы обсудим это. когда два наших юных друга расскажут, о чем они беседовали. Ну, молодые люди, я жду!

Поднялся Дональд Боуэр:

– Вы нам не нравитесь. Вот о чем мы говорили.

Он сел на место.

Мистер Ховард сдвинул брови:

– Я люблю откровенность, правду. Спасибо тебе за честность. Но я не терплю дерзостей. Ты останешься сегодня после уроков и вымоешь все парты в классе.

Возвращаясь домой из школы, мистер Ховард наткнулся на четырех учеников из своего класса. Чиркнув своей тростью по тротуару, он остановился около них.

– Что вы здесь делаете?

Два мальчика и две девочки бросились врассыпную, как будто трость мистера Ховарда прошлась по их спинам.

– А ну, – потребовал он. – Подойдите сюда и объясните, чем вы занимались, когда я подошел.

– Играли в “отраву”, – сказал Уильям Арнольд.

– В “отраву”! Так-так, – мистер Ховард язвительно улыбнулся. – Ну и что же это за игра?

Уильям Арнольд прыгнул в сторону.

– А ну вернись сейчас же! – заорал мистер Ховард.

– Я же показываю вам, – сказал мальчик, перепрыгнув через цементную плиту тротуара, – как играют в “отраву”: если мы подходим к покойнику, мы через него перепрыгиваем.

– Что-что? – не понял мистер Ховард.

– Если вы наступите на могилу покойника, то вы отравлены, падаете и умираете, – вежливо пояснила Изабелла Скелтон.

– Покойники, могилы, “отрава”, – передразнил ее мистер Ховард. – Да откуда вы все это взяли?

– Видите? – Клара Пэррис указала портфелем на тротуар. – Вон на той плите указаны имена двух покойников.

– Да это просто смешно, – сказал мистер Ховард, посмотрев на плиту. – Это имена подрядчиков, которые делали плиты для этого тротуара.

Изабелла и Клара обменялись взглядами и возмущенно уставились на обоих мальчиков.

– Вы же говорили, что это могилы! – почти одновременно закричали они.

Уильям Арнольд смотрел на носки своих ботинок:

– Да, в общем-то… я хотел сказать… – он поднял голову. – Ой! Уже поздно. Я пойду домой. Пока!

Клара Пэррис смотрела на два имени, вырезанных в плите.

– Мистер Келли и мистер Террилл, – прочитала она. – Так это не могила? Они не похоронены здесь? Видишь, Изабелла, я же тебе говорила…

– Ничего ты не говорила, – надулась Изабелла.

– Чистейшая ложь, – стукнул тростью мистер Ховард. – Самая примитивная фальсификация. Чтобы этого больше не было. Арнольд и Боуэр, вам понятно?

– Да, сэр, – пробормотали мальчики неуверенно.

– Говорите громко и ясно! – приказал мистер Ховард.

– Да, сэр! – дружно ответили они.

– То-то же, – мистер Ховард двинулся вперед.

Уильям Арнольд подождал, пока он скрылся из виду, и сказал:

– Хоть бы какая-нибудь птичка накакала ему на нос.

– Давай, Клара, сыграем в “отраву”, – нерешительно предложила Изабелла.

– Он все испортил, – хмуро сказала Клара. – Я иду домой.

– Ой, я “отравился”, – закричал Дональд Боуэр, падая на тротуар. – Смотрите! Я отравился! Умираю!

– Да ну тебя, – зло сказала Клара и побежала домой.

В субботу утром мистер Ховард выглянул в окно и выругался. Изабелла Скелтон что-то чертила мелом на мостовой прямо перед его окном и прыгала, монотонно напевая себе под нос. Негодование мистера Ховарда было так велико, что он тут же вылетел на улицу с криком “А ну прекрати!”, чуть не сбив девочку с ног. Он схватил ее за плечи и хорошенько потряс.

– Я только играла в классы, – заскулила Изабелла, размывая слезы грязными кулаками.

– Кто тебе разрешил здесь играть? – Он наклонился и носовым платком стер линии, которые она нарисовала мелом. – Маленькая ведьма. Тоже мне придумала классы, песенки, заклинания. А все выглядит так невинно! У-у, злодейка! – он размахнулся, чтобы ударить ее, но передумал.

Изабелла, всхлипывая, отскочила в сторону.

– Проваливай отсюда. И скажи всей своей банде, что им со мной не справиться. Пусть только попробуют сунуть сюда нос!

Он вернулся в комнату, налил полстакана бренди и выпил залпом. Потом весь день он слышал, как дети играли в пятнашки, прятки, колдуны. И каждый крик этих маленьких монстров с болью отзывался в его сердце. “Еще неделя – и я сойду с ума, – подумал он. – Господи, почему ты не сделаешь так, чтобы все сразу рождались взрослыми?!”

Прошла неделя. Между ним и детьми быстро росла взаимная ненависть. Ненависть и страх, нервозность, внезапные вспышки безудержной ярости и потом молчаливое выжидание, затишье перед бурей.

Меланхолический аромат осени окутал город. Дни стали короче, и быстро темнело.

“Ну, положим, они меня не тронут, не посмеют тронуть, – думал мистер Ховард, потягивая одну рюмку бренди за другой. – Глупости все это. Скоро я уеду отсюда, уеду от них. Скоро я…”

Что-то стукнуло в окно. Он поднял глаза и увидел белый череп.