Чтение онлайн

К вечеру, блуждая по лесу, мы завалили еще шестерых Голунов и устали как собаки. Такой веселой компании, как в лощине, больше не попадалось. Дашка высказала мысль, что, быть может, мы и вовсе не должны были связываться с ней на таком уровне, что походило на правду. После схватки Серега повел обратно, больше не решаясь углубляться на запад. Когда мы пересекли клыкастый вход в долину, то уже еле переставляли ноги, а путь до Яслей и того был достоин героического эпоса.

Лагерь шумел растревоженным ульем. Несколько воткнутых в стены бараков факелов погрузили Ясли в обстановку языческого таинства. Возбужденные люди громко делились впечатлениями первого дня и хвастались трофеями. Иваныч в сторонке что-то вещал двум длинным юнцам, Эрни шушукался со своими подручными, кто-то примерял добытый шмот, кто-то менялся какой-то ерундой…

— Кстати о добыче, — сказал Серега, когда мы устало расселись в «столовой», а молчаливые гоблинши притащили большие блюда с отварной картохой. — Принимайте свою долю.

На словах «свою долю» меня на секунду кольнул укол совести, но я быстро прогнал это постыдное чувство.

После дележки я стал богаче на четыре Аколита, замызганные сапоги, Сумрачный кристалл Энергии, кисет голумского мага, полный магических ингредиентов (все, конечно, начального ранга) и три десятка медях. Большую часть взятого с Голумов в лощине добра, Серега оставил себя, но взамен обделил себя монетами. Протестов не было (разумеется, кроме Самбулата, коему не досталось практически ничего), но я смекнул далекоидущий расчет подобного дележа. Теперь у Сереги был «походный набор лесных путешественников» из котелка, спальников и прочего. Конечно, думаю, один Сумрачный кристалл стоил тонну этой грязной утвари, что мы хапнули в лощине, но для будущих походов именно в Яслях она весьма пригодится.

Наваристая гоблинская картоха была вкусна, но вызвала неиллюзорные подозрения в том, что нас вообще ожидает картофельная диета, но пока что зашла на «ура».

— Как прошел день?

Я обернулся и увидел подсевшего за наш стол Саню. Тот сиял начищенным тазом. То есть лыбился во все тридцать два.

— Да сойдет, — у меня, честно говоря, совершенно не было настроения о чем-то тереть, все бы отдал за уединенное место, в котором я смогу отлучиться в Гнездо. Но паренек по какой-то причине выбрал меня в сотоварищи.

— Том, смотри!

Он с довольным видом поднял тощую руку, на которой болтался грубо сделанный деревянный браслет, украшенный выжженными полосами.

— Браслет Гурдума! Плюс пять процентов Маны! Добыли на берегу ручья, завали целую стаю каких-то черепах!

— Черепах? Нам не попалось никого, кроме Голумов, — вставила свои пять копеек сидевшая рядом Аня.

— Ну да, там их полно! Неповоротливые толстокожие твари. Мы набили их сегодня под три десятка, прежде чем вспомнили, что нам нужны Голуны, ха-ха!.. Ты бы видела момент, когда они все вдруг сагрились на нашу компашку и как приливная волна поползли в нашу сторону…

— Ха! Держу пари — это полная ерунда по сравнению с шайкой Голумов с магом во главе!..

Аня сплеснула руками и залилась звонким смехом, а Санек бросился убеждать ее в тотальной опасности черепах…

Эх, молодежь…

Кажется, я понял источник внезапного интереса Сани к своей персоне. Он был в близком наличии других персон женского пола, ха-ха… Тощий прыщавый маг, несмотря на видок классического ботана, явно не собирался терять времени. А мне вдруг пришла в голову мысль, почему нам вдруг первыми попались не безобидные монстрики, а пусть и тупые, но воины. Похоже, мы случайно забрели на территорию, предназначенную для Игроков с немного более высоким уровнем, от того и едва не скопытили копыта. А случайно ли?

Я непроизвольно взглянул на задумчиво жующего Серегу.

Появление Мастеров мгновенно погасило всеобщий воодушевленный порыв. Три худощавые фигуры появись на фоне чадящих факелов и над Яслями повисла тишина.

— Уши! — рявкнул Акау-Наг.

Твою мать, он, похоже, вообще не умел разговаривать спокойным тоном.

По очереди мы подошли к гневному Мастеру и отдали сморщенные окровавленные комочки. Принимая это сюрреалистическое подношение, Акау-Наг едва ли их не обнюхивал, тщательно рассматривая каждое ухо, будто мы могли его подменить.

Наконец Мастер удовлетворенно кивнул.

— Хорошо… Завтра вас ожидает Выбор Богов… А теперь, спать, сукины дети!

Честно говоря, чем дальше, тем больше у меня возникали сомнения вообще о какой-либо пользе Мастеров в сим заведении… Но ведь какой-то смысл в их присутствии должен же быть?..

Злобно бормоча что-то под нос, Гренгам сопроводил нас до барака и был таков. Народ еще вяло переговаривался, но я же бухнулся на жесткие нары и вырубился, кажется, уже через пару секунд.

Проснулся еще до рассвета. Барак наполнял многоголосый храп на все лады, а внезапно ударивший в нос трахан немытых тел, валил с ног. Не знаю уж, чего это я именно сегодня так его прочувствовал…

Больше не в силах терпеть собственную завшивленность, я выбрался из нашего лежбища, дошел до ручья и, сбросив одежду, в чем мать родила, ухнул в холодную воду.

Б-р-р-р! Идиот!

Она оказалась не просто холодной, а обжигающе ледяной! Глубина здесь была смешная, от силы полметра, и я, цепляясь руками за дно, протащил себя несколько метров, после чего встал, растирая грудь. Шкрябаться было решительно нечем, но хотя бы сполоснуть накопившуюся за вчерашний поход грязь, было настоящим счастьем.

— Спинку потереть?

Бл*!

От барака, улыбаясь, шла Анька.

Я было дернулся, прикрыть руками достоинство, но потом забил. Это было как-то… глупо.

— Присоединяйся.

Она наклонилась к воде, и потрогал рукой журчающий поток.

— Нет уж.

Затем уселась на берегу, беззастенчиво меня разглядывая. Всего.

Мне нравилась эта девица. Аня была из тех женщин, что и в туалет ходят сексуально. Врожденная кокетливость сочеталась в ней с неким внутренним стержнем. Несмотря на свои девятнадцать (по-моему) лет я не заметил в ней ни подростковой инфантильности, ни женской стервозности. Эх, была б она лет на пять, хотя бы постарше…

— Может, не стоит на меня так пялиться?

— Почему нет? Здесь не столь уж много настоящих мужиков.

— Зато много симпатичных парней.

— Что мне с их симпатичности… — сплеснула она руками. И вдруг добавила совсем другим тоном. — Я боюсь, Том. Это плохое место. И среди нас много плохих людей.

Сказано это было просто… Но за простотой слов крылись серьезные смыслы, о которых думал и я. И это было… неожиданно.

Подобрав портки, я натянул их прямо на мокрое тело, после этого почувствовал себя комфортнее. Все-таки стоять голышом перед красивой девушкой было не по себе. Затем присел рядом и слегка ткнул Аньку локтем в бок.