Чтение онлайн

— Я пришел не только забрать заказ, но и сделать, многоуважаемая Фаэ, — Бранну, по всей видимости, привычно говорить с таким крошечным собеседником. — Моему благому другу нужно будет предстать перед моими братьями, а в нынешнем виде это совершенно невозможно. Только вам и по силам переменить этот печальный ход вещей!

Феечка стреляет в тебя глазами, мой Дей, кажется, благое происхождение ей вовсе не по вкусу. И все равно подлетает! Звенит крылышками совсем рядом, вглядывается в тебя, мой волк, оборачивается на Бранна, будто в поисках отговорок или сил, тяжко выдыхает, кивает оживившимся портным, да, мой волк, кивает на тебя.

— Благой, пилик, стой на месте, пилик! — подлетает вплотную к уху, полагая, что ты её не слышишь. — Сейчас мы снимем, пилик, мерки!

Феи звенят вокруг, это раздражает, крупные, в размер Бранновой головы, пауки, приподымаясь на задние лапы, передними щупают сапоги и ткань твоих изорвавшихся штанов! Ах, мой Дей, как же я рад, что сижу высоко! Один паук пытается взобраться по спине, неудивительно, что ты так вздрагиваешь. Он не удерживается, отцепляется и падает прямо в руки поймавшему его Бранну.

Благодарит нашего неблагого басом.

Мой Дей, я все-таки сошел с ума?

Ах, нет, если даже сошел, то не один явно: Бранн приподнимает этого паука на нужную высоту, чтобы он ощупал твою куртку и воротник рубашки!

Фаэ тем временем примеривается к воротнику рубашки Бранна, ревниво оглядывает его косую куртку, облетает раз за разом на уровне плеч, благо, руки он поднял, и весь пошив можно разглядеть очень подробно. Лоскуты цветов болота, на котором он жил, коричневые, серые, темно-зеленые — все разных оттенков, охватывают фигуру неблагого диагональными линиями, перекошенными и даже кое-где волнистыми, что оскорбляет взор маленькой портняжки.

— И как это, пилик-пилик, понимать! Что это вы на себя нацепили, пилик, третий принц? — сердито упирающая руки в бока фея зависает перед лицом Бранна. — Кто был настолько дерзок, пилик, и жесток, пилик, чтобы вырядить вас в это?! Мне придется выкрутить ему совершенно все, пилик, уши!..

Неблагой улыбается, все равно немного вжимая голову в плечи:

— Боюсь, многоуважаемая Фаэ, тогда вам придется выкручивать мои уши, — переводит дух, отвлекается, чтобы перехватить паука поудобнее. — И я прошу пощады.

Тут же сменившая гнев на милость и зарумянившаяся феечка делает круг над головами обоих ши, возвращается уже совершенно иной:

— Куртка, пилик, неплоха! Когда, пилик, нужен заказ? — Фаэ трепещет ресничками, зависая возле лица Бранна, а я не уверен, что он вовсе различает это движение.

Хотя улыбается, наша неблагая Ворона, продолжая удерживать басовитого паука.

— Заказ нам понадобится к вечеру, многоуважаемая Фаэ, — Бранн отвлекается на закопошившегося паука, поэтому пропускает взгляд, наполненный настоящими стрелами любви от феечки. Да, я тоже не знаю, что все это значит, мой Дей. — На прием мы попадем уже утром.

— О, третий принц! Пилик! Как же так, пилик! Такая скорая встреча и такое скорое расставание, пилик! — феечка заламывает руки, картинно пытаясь упасть в обморок, Бранну приходится из вежливости подставить ей плечо, как площадь посадки, руки заняты. — Мы уже думали, что Трясина сожрала вас, пилик, принц, пилик, а теперь вы искушаете, пилик, судьбу ещё пуще!

Ворона косится на лежащую спиной вверх, бьющую его по плечу ногами и кулачками, только что надменную фею и вздыхает:

— А как поживают ваши детки, многоуважаемая Фаэ? Уже выбились из светлячков в фонари или даже лампы? Может быть, нашли ремесло?

И следующие полчаса, пока остальные феи облетают тебя раз за разом с мерной лентой, а пауки ощупывают, кажется, даже оружие, уважительно и басовито переговариваясь на своем паучьем наречии, мы вынуждены слушать семейные истории древней, оказывается, Фаэ. Ну или её история просто выглядит затянутой из-за непрекращающегося пиликанья.

Наконец феи отлетают, пауки отходят и отпрыгивают, а Фаэ совершенно деловым тоном заявляет:

— Заходите, пилик, на закате, третий принц!

Когда за нами закрывается дверь, Бранн похлопывает тебя по плечу:

— Её дети выросли очень быстро, а внимание она очень любит, ты молодец, просто Дей.

Ну поворчи, поворчи немного, мой волк, иногда надо, а в краю неблагих — просто жизненно необходимо!

— И почему, Бранн, скажи на милость, мы не можем пойти во дворец уже сегодня, сейчас? — мой волк, ты очень нетерпелив, чтобы показать это, вовсе не обязательно притоптывать по мостовой с очередной тянущейся линией рисунка. — Разве свобода не подразумевает свободу явиться даже во дворец? Тем более если один из нас местный принц?

Наш неблагой косит зеленым глазом, склоняет по-птичьи голову:

— Свобода, просто Дей, у нас, конечно, есть, и заявиться во дворец мы, разумеется, можем! И заявимся! — погоди радоваться, мой волк, это еще не все. — Но у Зануд тоже есть своя свобода, например, — неблагой поворачивается к нам целиком, — не принять не готового к королевскому приему просителя!

Мой Дей, осторожно! Впереди на мостовой какая-то ямина! Даже линия скользит в обход, и нам следует обойти! Но Бранн тянет прямо туда, советует заглянуть — и взору открывается огромная, уходящая вглубь спираль с винтовой лестницей по стене, откуда расходятся вбок множество дверей. В самом низу, который плохо видно отсюда, стоит телескоп-великан. Рядом с благоговением выдыхает Бранн:

— Это башня Звездочетов! Оттуда, с самого дна, звезды видно в любое время — дня и ночи!

Городовой стражник из неблагих, несущий на спине не только алебарду, но и тяжелые даже на вид орлиные крылья, окликает нас, чтобы отошли и не мешали важному труду составления гороскопов и предсказаний на грядущее десятилетие, страшно точных, а потому страшно ценных!.. Стражник собирается подойти и объяснить свою мысль доходчивее, применяя служебную алебарду по назначению, но узнает Бранна, вздрагивает, машет рукой и отходит патрулировать дальше. Мой Дей, нашу Ворону узнают очень многие! Сам Бранн продолжает с нескрываемым уважением вглядываться в то, что он называет башней Звездочетов.