Темнейшая ночь
Шрифт:
Еще через час остальные жители разделили ее состояние. В последующие дни большинство горожан умерли ужасной смертью, покрытые язвами и истекая кровью из всех отверстий своих тел.
Мэддокс чертыхнулся, вдыхая. Эшлин была где-то там, с теми самыми Ловцами, которые стлали причиной этой новой эпидемии. Это то, что грядет. Эпидемия.
Насилие нырнуло глубоко в тени его мозга, словно уважало то, что Мэддокс должен стать главным. Они с Рейесом перешли улицу, тяжело ступая, сокращая дистанцию меж ними и стариком.
Большая часть территории была пустынна, люди искали безопасности внутри своих домов. Завтра они не будут в безопасности и там.
«Мне надо поговорить с тобой» подозвал старика Мэддокс.
Кашляя, тот остановился. Его глаза лихорадочно поблескивали, когда он поднял взгляд на Мэддокса. Рассмотрев воина, он начал первым.
«Ты один из них» сложился пополам от нового кашля. «Ангелов. Мои родители рассказывали мне сказки на ночь про вас. Я всю жизнь хотел встретиться с вами»
Мэддокс едва слушал его.
«Ты наверно контактировал с группой людей. Чужаков, не местных. Они могли торопиться, и у них были татуировки на запястьях» Он старался сдерживаться, не показывать своей злобы и заботы и отчаяния. Не стоило пугать старика до инфаркта.
Хотя это могло быть милосердно. Смерть, что скоро придет за ним, не будет доброй. Да уж, Люциен будет очень занят.
Рейес описал Ловцов, виденных в клубе, затем описал женщин.
«Видал маленькую блондиночку, о которой ты говоришь» произнес мужчина. Кашлянул. «С ней было три женщины, но я не запомнил, как они выглядели»
Значит, Даника. Но кто же был с нею? Похоже, что ее семья. Это означало, что Эшлин была…нет. Нет! Она была жива. С ней было все в порядке.
«Куда они пошли?» проскрежетал он, теперь не в силах умерить свой пыл. Нетерпение бурлило в нем «Скажи мне. Пожалуйста»
Удивление отразилось на старческом лице мужчины, и он пошатнулся, едва не падая. Закашлялся.
«Бежали по улице, преследуемые кем-то высоким. Мужчиной» Кашель. «Едва не сбили меня с ног»
«В каком направлении?» потребовал Рейес.
«На север»
«Спасибо тебе» сказал Рейес. «Спасибо»
Старик закашлял и упал наземь. Ненавидя терять еще время, Мэддокс все же склонился рядом с ним.
«Спи. Мы… благословляем тебя»
Человек умер с улыбкой, как никогда этого не делал Мэддокс.
«Эшлин» молча, воззвал он. «Я иду за тобой».
Глава двадцать первая.
Со вздохом Эшлин пришла в себя, чувствуя, как ледяная вода скапывает с ее лица. Прошло пару минут, в течение которых ее неровное дыхание было единственным звуком, прежде чем она сориентировалась. Рубашка почти примерзла к коже. Зрение сперва было замутненным, но вскоре девушка разглядела комнату. Каменные стены, мрачные, изношенные. Решетки ограждали ее со стороны, выходящей на узкий каменный коридор. Цепи висели в дальнем углу.
Не паникуй, не паникуй. Следующим она увидала знакомое, с тонкими чертами лицо. Ранее МакИнтош был бы радостно встреченным зрелищем. Сейчас же она ощущала струящуюся из нее ненависть.
Отбросив пустое теперь ведро, он присел на деревянный табурет напротив нее. Девушка была прикована к стулу, руки скручены за спиною – поняла она – пытаясь освободиться. Холодный металл впился в кожу, но наручники не открылись.
«Где я?» потребовала ответа.
«Halal Foghaz» Его голос был резче обычного. Скрипящий.
Темница Смерти.
«Самые худшие преступники в истории Будапешта сидели здесь, пока не взбунтовались и не перерезали своих охранников. Тюрьма была закрыта. До недавнего времени»
Ее глаза сузились до тоненьких щелочек.
«Расслабься» сказал он. Был бледен, глаза покраснели. Он кашлял. «Я не дракон, которого ты вечно боялась, пока я читал тебе сказки»
Упоминание проведенных вместе годов не смягчило ее.
«Отпусти меня. Пожалуйста» Капли воды стекали ей в рот, смешанные с грязью и неизвестно еще с чем – ей не хотелось об этом думать. Песчинки скрипели на зубах. «Что ты сделал с воинами? Где остальные женщины?»
«Я отвечу на твои вопросы в подходящее время, Эшлин. Сейчас же я хочу, чтоб ты отвечала мне. Ладно?» Снова кашлянул. Говорил он, по крайней мере, разумно. Не как сумасшедший фанатик, с каким она столкнулась в крепости.
Девушка дрожала от холода.
«Ладно» Но потом она более не смогла говорить – голоса прорвались в ее мозг. Она замерла.
Ей показалось, что МакИнтош вздохнул, произнес: «Видать, ты не в форме для вопросов. Я вернусь, когда голоса притихнут»
Ей казалось, что она слышала шаги, звук закрывающейся решетки. А затем остались только голоса.
Их было так много, слишком много. Заключенные, убийцы, наемники, воры. Насильники. О Боже. Мужчина насиловал другого мужчину, и тот вопил от боли и унижения.
«Мэддокс» захныкала она. Ее руки были закованы наручниками, так что она даже не могла прикрыть уши. Так громко, так громко, так громко. «Мэддокс» Его образ предстал перед ее глазами, сильный, решительный. Фиалковые глаза были нежны, губы мягкими от ее поцелуев. Темные волосы спадали на лоб.
«Я здесь» одними губами заверил он. «Я здесь. Я всегда буду оберегать тебя»
Голоса мгновенно стихли. Не исчезли полностью, но ослабели. Она заморгала от неожиданности. Как? Такого раньше не бывало. Мэддокс что был поблизости?
Его лицо подернулось рябью, сникало, пока надежда затеплилась в ее груди. Однако, когда образ исчез, голоса зазвучали громче. Громче. С вытаращенными глазами она вновь представила возлюбленного. Голоса вновь ослабли. Стали вновь терпимыми.
Если б ситуация не была столь плачевной, девушка бы ухмыльнулась.
«Я могу сама ними управлять. Я могу их контролировать!» Новость была потрясающей. Ошеломляющей. Чудесной. Больше не придется прятаться. Избегать густонаселенных мест. Больше нет!