Чтение онлайн

— А в каждом агре проживает какой-то отдельный род или связанная иной общностью группа населения? — я пыталась для себя выяснить, имеется ли какой-либо шанс обзавестись собственной жилплощадью. Ведь прежде чем решаться на радикальную смену собственного статуса (я даже была согласна на уродование собственной внешности!), надо понять, есть ли у меня шансы влиться в их социум, найти себе применение, дающее возможность заработать на еду и обзавестись жильем.

Риах же, как я уже осознала, совершенно простодушно и искренне информировал меня обо всем, явно не подозревая, что все эти данные могут способствовать моему побегу. Что и понятно. Местные женщины были или напрочь лишены необходимости применять женское коварство, общаясь с мужчинами совершенно на равных, или же были послушны и безмолвны, не имея и возможности помыслить об обмане.

Я же могла! И всячески готовилась сделать это. Перспектива пожизненного заточения в пределах спальни белокожего для удовлетворения его физических потребностей меня, мягко говоря, страшила. Поэтому я планировала в полной мере использовать собственные возможности — земное гибкое женское мышление, присущее моей душе, в сочетании с «безобидной» внешностью Теге, а в перспективе — пусть и излишне миловидного, но облика женщины-рисы.

То, что мировоззрение Риаха при этом будет сокрушительно подорвано, меня мало заботило. Да, осознает, что я его использовала, но… как он сказал, когда сообщал о намерении поделиться мною с коллегой: «Тебе это пойдет на пользу!».

«Я не злопамятная, просто злая и память у меня хорошая!» — вот что отныне станет моим девизом.

И пусть белокожий стал относиться ко мне лучше, но как равную и близко не воспринимал. Я все так же оставалась для него Теге — без права отказать в чем-либо.

— У нас нет четкой привязки к конкретному агру, — между тем ответил Риах на мой вопрос. — До момента заключения семейного союза — так точно. Большинству из нас интересно попробовать пожить в разных аграх, ведь каждый из них особенный. Поэтому в любой момент можно прибыть на территорию понравившегося агра и занять любую пустующую жилую зону. Они всегда есть, ведь с организацией дополнительных территорий нет никаких проблем. После этого достаточно в фактизаторе закрепить за собой территорию и можно пользоваться ею любое неограниченное время.

— Фактизаторе? — не поняла я. Все остальное прозвучало очень обнадеживающе, хотя и породило у меня еще больше вопросов.

Риах провел рукой по своему телу, очерчивая черный узор.

— Видишь это? — я кивнула. — Эту информацию создает фактизатор.

— Рисунок? — переспросила я.

— Это не рисунок, — усмехнулся белокожий. — Это код. Тут вся информация — о прошлом, о работе, о последнем жилище, о здоровье и предпочтениях. Все-все обо мне.

Обалдеть! Паспорт, медкарта, биография и что там еще в виде тату на собственном теле. Вот уж точно — все свое ношу с собой! Хотя мне опять же стало непонятно, как этот фактизатор обо всем этом про каждого риса узнает.

— А как… э-э-э… устройство узнает, что… рисовать? — я от любопытства даже подалась ближе к Риаху.

— Распознает предыдущий информационный рисунок на твоем теле и корректирует изменения.

Приложив свою руку к конечности белокожего, неожиданно заметила поразительный факт — рисунок на моем теле был идентичен рисунку на теле Риаха, только гораздо бледнее.

— А?..

— Да, — Риах отметил мое наблюдение. — Теге неспособны на что-то сами — это всегда чистый лист, и их судьба в том, чтобы стать полезной принадлежностью конкретного риса. Поэтому вы носите на себе отпечаток судьбы владельца.

«Как… „мило“!» — в душе меня перекосило от возмущения. Но тут же в сознании вспыхнул закономерный и пугающий вопрос.

— Почему же тогда представитель службы досуга не соотнес изображение узоров на твоем теле и на теле Теге? — я замерла в ожидании ответа — неприятных поворотов очень бы не хотелось.

— Он соотнес. В первую очередь. Но я еще до того как привел ее сюда, зашел в фактизатор (на звездолетах он нужен редко, но один обязательно имеется на случай если кого-то неожиданно повысят) и сменил узор на теле чужой Теге. А потом мой коллега вновь его обновил на первоначальный.

— Это не больно? — заволновалась я.

— Нет, — Риах с серьезным видом качнул головой, — скорее щекотно.

— А… владелец той Теге… он ничего не заподозрит? Вдруг спросит у нее? — мания преследования — она такая.

— Э-э-э… — белокожий как-то замялся, явно подбирая слова. — Кто же будет с Теге разговаривать? И никому в голову не придет подумать насчет моей просьбы что-то иное, кроме очевидного. Просто захотелось нового, и смена рисунка — незначительная прихоть. Я раньше и тебя ему отдавал…

Последнее предложение он произнес совсем тихо, уставившись в сторону. Но ответил честно. Что не помешало мне преисполниться мстительного настроя: пусть тогда это тело еще не было моим, но… я это ему припомню.

— С тех пор как ты обрела душу, я очень… изменился, — кажется, Риах пытался оправдываться. И куда делся категоричный и безразличный ко всему тип? — Сам удивляюсь собственной готовности потакать тебе.

«Ах, ты ж… Мне еще и потакают, оказывается! И о себе он в тот момент, когда все же решил меня не сдавать, совсем не думал», — белокожий был далек от понимания собственных ошибок и от раскаяния.

Но… мне необходимо было выяснить еще многое. Если получить жилье не проблема, то вот как заполучить возможность это осуществить?

— А фактизатор может отличить Теге от рисов?

— Разумеется! — Риах даже передернулся. — Все наши повсеместные поля воздействия на личность фиксируют в первую очередь факт наличия или отсутствия души. Дальнейший анализ идет, уже отталкиваясь от этого факта. Собственно Теге более неинтересны, а нас анализируют на предмет физического, психологического состояния и прочего. Так, к примеру, женщины-рисы узнают о том, что созрели для материнства и должны заключить семейный союз.

Я озадаченно «подвисла», пытаясь осознать сказанное:

— Рисами тоже управляют? — в итоге сумела сформулировать вопрос.

— Почему? — не понял Риах.

— Поля воздействия на личность, — повторила я его слова.

— А-а-а, — белокожий успокаивающим жестом махнул ладонью, — это анализирующие волновые системы. Их влияние носит только лечебный характер, ничего более личностного или надзирательного.

Что ж, медицина — она разная…

— В агре много фактизаторов? — меня внезапно накрыло сомнением: если фактизатор отметит у меня наличие души — он воспримет меня как женщину-риса! А следовательно, должен будет «обновить» мои узоры. К примеру, скорректировать пол и сделать их черными! А значит, я смогу выдать себя за рису, предварительно «острахолюдившись».