Чтение онлайн

— В замке Нахолме — тоже, — молвил Бартоломеус.

Где же в таком случае граф мог хранить орла? — спросили все друг друга, лес и небо над головой.

—поется в старинной песенке, —

(Пардон за не в рифму, но перевод есть перевод).

К счастью, песенка была в то время очень популярна в графстве. Потому, не дождавшись ответа ни от неба, ни от леса, ни друг от друга, наши друзья закрыли глаза и стали прислушиваться к нашептыванию ангела.

Он и вправду что-то нашептывал, только трудно было разобрать: догадки так и вертелись в голове, задевая хвостиками друг друга.

Как ни удивительно, раньше всех разобрал Вилли Швайн.

Банччч! — хлопнул он себя по лбу:

— Да ведь я знаю, где искать графа-орла!

— Где, где, где? — поинтересовались остальные.

— В замке Залесом, в поместье Упыря!

Снова разожгли костер, снова расположились вокруг тесной компанией под густыми ветвями дуба. Вилли рассказывал, все слушали.

Дело было вот какое. Раз Вилли сопровождал своего господина в замок одного из его вассалов. Хозяин, Упырь, хвастался перед гостями сидевшим в клетке орлом. Будто получил его в подарок от самого графа Шлавино. Клетка с орлом стоит в самой высокой башне замка. Охраняется часовым, как бесценное сокровище!

А трудно ли проникнуть в замок?

Легче легкого. Замок полузаброшен. Прислуги почти нет. Упырь целыми днями валяется в гробу, воскресает только к утру. Прийти — забрать орла — раз плюнуть — пойти дальше. Главное, дать орлу съесть нужную конфету. Всего-то и требуется.

Все было улажено, все шло отлично.

— Что ж, — сказал Бартоломеус, посмотрев на красивый закат, разливавшийся за лесом, — надо бы поскорей затушить костер…

Ночь. Лес. Холодно. Языки пламени отбрасывают красные тени на лица собравшихся у костра. Завернувшись в плащи, все прилегли поближе к огню и смотрят на Бартоломеуса.

Он сидит, прислонясь к стволу дерева. И, поглаживая волосы прильнувшего к нему «маленького пажа», рассказывает:

— Это было очень давно. Далеко отсюда — если идти все время на запад и на запад — лежит Страна Безголовых. Так вот, в одной семье там как-то раз родилась девочка. Родители с нетерпением ждали ее — и к ее рождению все подготовили: яркие платьица, кружевные распашонки, звонкие гороховые погремушки и парочку хорошеньких головок — одну блондинку с ярко-синими глазками и одну брюнетку с густыми черными ресничками…

— Как же люди в этой стране, — прервал Вилли, — как же они узнают друг друга? Если все время меняют головы?

— Есть одна субстанция, которая никогда не меняется, — молвил Бартоломеус, не отрывая глаз от огня. — Их душа…

Звенел комар, трещали сучья в пламени костра. Закрыв глаза, Эвелина слушала сказку про удивительную страну, в которой живут Безголовые Люди.

Все было снова прекрасно: Бартоломеус был рядом, Фауль стал человеком, у них в руках были волшебные конфеты и тайна ее отца. Чего можно было еще желать? Разве только чтобы душа погибшего графа Шлавино, явившись на небо, была прощена. Раскаялась бы во всех своих злодеяниях и поселилась бы в тихом месте в раю — в маленьком домике среди цветущих яблонь.

Об этом Эвелина долго молилась, глядя в ночное небо. И представляя себе графа — то задумавшегося на скамеечке в райском саду, то собирающего мед из райских ульев. А вокруг непременно цветущие яблони — с белыми и розовыми цветками…

Его сиятельство граф Шлавино был бы очень удивлен, если б узнал, что кто-то молится о его счастливом пребывании на том свете. Даже, пожалуй, умилился бы и забыл на миг о мерзкой головной боли, терзавшей его с момента удара о жаровню.

Потирая распухший от ушиба лоб и страшно ругаясь, он продирался сквозь кустарник, то и дело останавливаясь и принюхиваясь. Иногда ему казалось, что чует, а иногда — нет. Иногда — что чует, а иногда…

— Черт, черт, черт! — шептал граф, озираясь одним глазом (второй полностью заплыл после удара). — Был такой явный — и исчез. Был — и…

Дело в том, что исчез запах рыжего кота — с длинной шерстью и белыми усами. Исчез внезапно: раз — и нету.

Сначала граф думал — ветер переменился. Но нет: плюнул на палец, поднял над головой… Ветер не менялся.

Это наводило на грустные мысли. Во-первых, о том, что кот Фауль — больше не кот, и вообще не Фауль. А во-вторых, о том, что перестав быть котом, противный мальчишка, конечно же, расскажет всем про «птицу в темнице».

— «Птица в темнице», — произнес граф вслух. — «Птица в темнице»!

И тоненько захихикал. Долго им придется искать эту «птицу в темнице». Ведь что это за птица, в песенке не говорилось, он хорошо помнил!

А для вящей надежности…

Лодка с графом заскользила по озеру, приближаясь к замку.