Танго нуэво
Шрифт:
Феолу такие мелочи не смущали. Вопросы какие-то, мужья…
Ей вообще еще рано. Хотя Адэхи и уверял, что она засиделась в девках, вот в его народе девочки замуж выходят в тринадцать, как кровь упадет. А шестнадцать… никто тебя, такую старую, и не возьмет. И тут же добавлял, что Феолу – возьмут. Обязательно и безусловно.
На Алисию старик смотрел с осуждением, но младшую из Ксаресов привечал. Была у них своя тайна.
Феола еще раз с сочувствием поглядела на сестру.
– Лисси, тебе помочь?
– Не называй меня Лисси. И да… помоги.
Феола вздохнула и встала из-за стола. Обошла вокруг сестры, встала сзади, бесцеремонно отодвинула тщательно уложенные локоны и принялась массировать маленькие розовые ушки. Через несколько минут Алисия порозовела и заулыбалась.
– Это ненадолго, – предупредила Феола. – Может быть, часа на два-три, не больше.
Алисия страдальчески закатила глаза, но кивнула.
– Хоть так.
– И повторять нельзя. Потом сляжешь. Так что рассчитывай время. Через три часа, самое позднее, ты должна быть дома, лечь и немного поспать. Тогда проснешься с отличным самочувствием.
Алисия кивнула. В этом спорить с Феолой не стоило. Малышка за свои слова отвечала.
– Хорошо. Братик, что мы сегодня должны сделать?
– Сейчас к нам придет Анхель. И мы поедем заказывать вам платья.
Феола сдвинула брови.
– Без этого паразита их заказать нельзя?
– Фи, прекрати, – погрозил пальцем братец. – Анхель – замечательный. Он мне очень и очень помог.
– И себя при этом не забыл.
– У тебя нет никаких доказательств. А голословное обвинение – это клевета, – припечатал брат.
Феола надулась.
Голословное?
Ладно же! Подожди у меня, я тебе твоего тана Толедо покажу во всей красе! В разрезе!
Видно же, что сволочь, сволочь, СВОЛОЧЬ!!! Ну почему ей видно, а брату и сестре – нет? Почему ей не верят?!
Хотя и тут Адэхи предупреждал. Говорил, что люди будут к ней относиться с предубеждением. Это надо просто перетерпеть, пока она не подрастет. Она еще маленькая, так что нужно время.
Феола только вздыхала.
Вот где логика у этих индейцев? Замуж в самый раз, а для силы своей еще мала. Но это как раз верно. Дурное дело – нехитрое, мама это часто говорила. Детей наделать всяк дурак сможет, людьми их вырастить задача куда как сложнее.
А вот в силу вступить – это дольше. Пока у нее только началось. С первой кровью, да. Но по-настоящему, как предупреждал тот же Адэхи, она вступит в силу, когда выносит и родит первого ребенка. И чем больше детей у нее будет, тем сильнее она станет.
Но об этом тоже никому знать не надо.
Доступна ей пока сила на таком уровне? Вот и будем пользоваться, разрабатывать, упражнения делать, людям помогать. А остальное – последует.
А дана Толедо она на чистую воду выведет. Ну как, КАК человек может быть порядочным и хорошим, если он – сволочь?! Правильно, никак.
И заступничество брата его ничуточки не спасало.
Феола со злостью положила вилку так, что омлет едва в разные стороны не брызнул, когда дан Толедо вошел в столовую.
– Доброе утро, Лоуренсио. Ритана Алисия, позвольте заметить, что вы затмеваете своей красотой даже полуденное солнце.
Алисия зарделась и покраснела так, что стала похожа на то самое солнце. Закатное.
– Ритана Феола, вы…
Феола подняла руку, останавливая лживые комплименты.
– Не теряйте зря времени, тан. Я своего мнения о вас не изменю.
– Вы еще маленькая, ритана. Посмотрим, что вы скажете, когда вырастете.
– Полагаю то, что вы и так не раз слышали, – не полезла за словом в карман Феола. – Откажу вам от дома.
Анхель картинно развел руками.
– Что ж, я надеюсь, что совершеннолетние Ксаресы будут ко мне более великодушны.
Феола надменно фыркнула.
Анхель всем видом показывал, что на детей не обижается… но это не значит, что не разозлилась она. И сестра туда же, предательница. Смотрит, как будто Феола еще из колыбели не выбралась.
Лоуренсио – ладно, ему голову заморочить легко. Адэхи еще говорил, что старший брат, как глина, что вылепишь, то стоять и будет. Но сестра? Вроде как она поумнее?
Ладно, Феола еще поквитается с негодяем. Может, даже уже сегодня.
– Куда и когда мы едем? – холодно поинтересовалась она.
– В ателье к сеньоре Пилар Марии Наранхо. Она – модистка сезона. Все благородные одеваются только у нее… если не хотят выглядеть смешными и глупыми.
А мода стoит дорого. И Анхелю тоже кое-что перепадет от щедрот… не для мужчин, вестимо. Но дамы, с которыми имеешь отношения, требуют подарков. Если это ританы, конечно.
И можно подарить им приятные интимные вещички. Чулочки, ночную сорочку, пеньюар… Мало ли что можно придумать?
Анхель собирался получить свои проценты, и наглая сопля ему в этом не помешает. Потерпит, никуда не денется. И он, и она…
– Я готова, – встала из-за стола Алисия.
Анхель только вздохнул.
Он рассчитывал, что завтраком его накормят у Лоуренсио. Вот и не покушал дома, да и не особенно-то у него богато было. Хлеб, сыр, кажется, еще паэлья, но той уже дня четыре, лучше не кушать, чтобы потом худо не было.
Впрочем, Алисии сейчас было не до терзаний Анхеля. Ей позарез надо было поехать в ателье.
Платья же! Для тех, кто понимает… это не на час. И не на два. Пока платья, отделка, туфельки, сумочки, аксессуары, перчатки, шляпки… Это не три часа, а все тридцать. Или триста. Но на первый раз ей хватит. Наверное…
Светлые волосы девушки были решительно прикрыты маленькой шляпкой… ах, ужас! В столице в моде шляпы широкополые, но с небольшой вуалькой. Почему, почему до их островов мода доходит с таким запозданием?