Танцы втроем
Шрифт:
«Так!» – она произнесла вслух в приказном порядке: «Теперь быстро в душ, одеться и бегом на работу!». О завтраке речи, естественно, не шло.
Машка с трудом выгнала машину со стоянки, гады соседи загородили выезд, как будто одни в этом дворе паркуются!
На работу вбежала без одной минуты девять и с нескрываемым наслаждением провела карточкой работника областного правительства по электронной щели турникета – она умудрилась не опоздать на работу! Аллилуйя!
Почувствовав мгновенное облегчение, как после похода в туалет по- маленькому, Машка ругнулась про себя – ну кто придумал такую систему учета времени! Как на зоне, все под контролем! Опоздаешь на минуту – выговор или того хуже существенный вычет из зарплаты. А три с половиной тысячи штрафа платить совеем, не хотелось. Машка посчитала, что ее хоть и не маленькой, по меркам их городка зарплаты, такой денежный отток совсем ни к чему.
У лифта она еще раз торжествующе оглянулась на «охранницу», больше похожую на охранника – с короткой стрижкой и ногтями без маникюра. Все знали, что Любка, стоявшая около турникета, злиться и завидуем таким дамочкам как Машка, которым мужики дарят букеты цветов и дорогие подарки.
Любка всегда радовалась, когда подобная мадмуазель не успевала вовремя пикнуть карточкой с утра, или, возвращаясь с обеда. Машке казалось даже, что Любка, особенно её, невзлюбила, так как другой охранник постоянно дарил Машке шоколадки и прочую мелочь, а с Любки брал деньги, чтобы скинуться на кофе «Три в одном», который пили на смене.
Разъехавшиеся перед Машкой створки лифта напомнили, что всё, теперь следует стереть с лица насмешливо- торжествующую физиономию и принять презентабельный, серьезный вид. Выйдя на третьем этаже, Машка походкой от бедра, цокая высоченными каблуками, зашагала в свой кабинет, на котором красовалась табличка- зам. начальника отдела экономики и развития Мария Сергеевна Лакомая.
Не успела Маша пристроить сумочку, как зазвонил внутренний телефон, она второпях перегнулась через стол и схватила трубку:
– Да, Антонина Петровна, я на работе, – Машка чуть задержала дыхание, чтобы не было слышно, что она только- только зашла в кабинет, второпях схватила ручку, – Записываю. Да, конечно, через сорок минут все подготовлю.
Маша сдула несколько волосинок выбившиеся из тугого хвоста, они щекотали нос и нервировали. Она хотела уже выдохнуть с облегчением, но Антонина опять вспомнила что- то важное, и начала диктовать так быстро, что Маша едва успевала за ней строчить в блокноте.
И к тому же ее отвлекали, нет, не несколько волосинок, из- за которых хотелось чихнуть, а горячая мужская рука, которая нагловато легла ниже талии.
Маша, не оборачиваясь, могла догадаться, кто вошел в кабинет и без стеснения разглядывает ее ноги в разрезе юбки и грудь, чуть виднеющуюся из- под блузки. Ее деловой костюм смотрелся строго и чуть интригующе, но это когда она стояла прямо, а не нависала, перегнувшись через стол.
Когда, наконец, начальник отдела экономики и развития – Антонина Петровна закончила, Машка хотела принять обычное вертикальное положение, но рука, пробравшаяся под блузку, крепче прижала ее к столу, Маша резко вдохнула терпкий запах мужской туалетной воды, и не выдержав, все- таки чихнула.
Над ухом раздался смешок:
– Будь здорова, детка, я по тебе ужасно соскучился.
Она хотела что- то съязвить, но спохватилась, позади нее стоял не кто- нибудь, а министр связи и коммуникаций Олег Дмитриевич Савельев. Маша весело подумала: «Позади меня министр связи и у нас с ним связь…».
Она чувствовала, как подрагивает его рука, ласкающая то ее спину, то ее бедра, и знала, что еще чуть- чуть, и он точно сорвется.
И Маша, сначала поддавшись объятьям, ловко и быстро вынырнула из его рук, чуть лукаво улыбаясь, она знала, что ее улыбка всегда была многообещающей и магической, и одновременно означала: «Я тоже хочу тебя, но подожди еще чуть- чуть».
Олег Дмитриевич, несколько мгновений тонувший в ее каре- зеленых глазах, сделал шаг вперед по направлению к ней, и готов был уже обнять ее, как дверь в кабинет резко распахнулась и внутрь как обычно, рубленным, решительным шагом вошла Антонина Петровна. Машка едва заметно повела плечами – да…если бы начальница прибыла чуть раньше…
Машка искоса бросила взгляд на любовника, означавший: «Я прибью тебя, но чуть позже, за то, что двери за собой не закрываешь». Но тот лишь усмехнулся уголками губ, как ни в чем не, бывало, пожимая по- мужски большую руку Антонины:
– Доброе утро, Антонина Петровна, сегодня вы, наконец- то уйдете домой не в девять вчера, а вовремя! Мария Сергеевна после отпуска, со свежими силами, наверняка с удовольствием вас разгрузит!
Машка наступила острым каблучком на носок ботинка из тонкой дорогой кожи, так что Олег Дмитриевич еле заметно скривился. А что? Зачем всякую ерунду говорить! Ей сегодня наоборот нужно отпроситься пораньше, первое сентября, и сестрица Светка с сыном Гришкой – ее племянником должны были прийти на ужин в половину седьмого!
Маша уже прокручивала в голове проникновенную речь, чтобы ее отпустили пораньше. А тут.… И в то же время она понимала, как любовник соскучился и строит планы затащить ее вечером в свой шикарный кабинет.
Перед мысленным взором Машки всплыла картинка, как она впервые зашла к Олегу Дмитриевичу, в тот день начальница заболела гриппом, и Маше поручили подписать внутреннюю отчетность, касающуюся министерства связи.
Думала, что оставит всё, как обычно у секретарши, но той в пятнадцать минут седьмого вечера на месте не оказалось, и Маши пришлось самой войти в кабинет.
С момента их первой встречи лицом к лицу прошло сколько? Два года? Машка самодовольно улыбнулась, за это время она из обычной рядовой сотрудницы поднялась до зам. начальника отдела. И конечно не без поддержки Олега, который со времени их близкого знакомства всячески продвигал ее по служебной лестнице, недаром его лучший друг возглавлял министерство экономики в их областном правительстве.
Машка вспомнила так же, как скривилось лицо Антонины, когда вместо пятидесятилетней старушки Нелли Викторовны, которая работала в их отделе уже лет пятнадцать и во всем беспрекословно слушалась Антонину, на должность ее зама «сверху» рекомендовали Марию Лакомую. Выскочку, которая только- только перешла в областное правительство из городской мэрии.