ТАН
Шрифт:
– Зи-на… – всё ещё не вeря своим глазам, прошептала Татьяна.
– Зина, ты?!
– Таня, – растеряннo выговорила Сапурашемме, оглянулась зачем-то на Ана, хотя он-то ей чем мог пoмочь.
Татьяна дёрнулась было к сестре, а потом вспомнила, как сама же смотрела… смотрела… смотрела на то, как Сашуля, чтоб ему умереть ещё раз, выкидывает Зину из квартиры… и отшатнулась. Зина не обязана была забывать. Не обязана была прощать. Не…
– Таня!
Зина, то есть, Син Сапурашемме, лучший навигатор Галактики, порывисто шагнула вперёд и обняла старшую сестру. Всё плохое, что было когда-то между ними, рухнуло в бездну без возврата. Здесь, на краю вселенной,имело значение лишь то, что две родные души обрели друг друга…
– О, – сказал Ан, ошарашено наблюдая сцену, – вы знакомы, что ли?
– Почему Сапурашемме? – спросила Татьяна первое, что пришло в головую
– Я вышла замуж, – счастливо смеялась сестра. – Летаю вот теперь. А ты?
– Попала в лапы бандитам, – объяснила Татьяна, вытирая выбившиеся на щёки слёзы.
– Ан вот… спас. Зина! Я виновата перед тобой… я не….
Она подняла ладонь, мол, молчи, слушать ничего не хочу. Взяла сестру за руки и долго смотрела на неё, словно боялась, что сказка вдруг развеется и между ними снова пролягут годы, расстояния и безжалостные звёзды.
– Я всё забыла, Тань. Вообще всё. Давай не ворошить… было и быльём поросло. Ты – здесь, остальное… Неважно оно, поверь!
– Зина…
– Син Сапурашемме. Теперь меня называют так. И брось самоедством заниматься! Покажи лучше дочку...
Сразу после того, как завершилась серия ментальных сканов со стороны Типаэска, Татьяне выдали личный персонкод лица без гражданства – гражданство ей предстояло выбрать в зависимости от того, где она собиралась в кoнечном счёте осесть на постоянное проживание, – и личный терминал, прибор вроде смартфона, с доступом в информационную сеть. Пока медики готовили капсулу маленькой Зины к дороге, Татьяна нашла в информе раздел, посвящённый младшей сестре. Много думала над прочитанным.
Зaслуги… награды… замужество. Сын. Всё обтекаемо, без лишних личных данных, как, в общем, и положено, если служишь в полиции. Но между строк читался непростой путь от девочки с Земли к уважаемому профессионалу. Навигатор, надо же.
Навигатор с именем.
Навигатор, о котором такие, как Ан Шувальмин, говорят с уважением.
Татьяна поняла, что об очень многом хочет расспросить сестру. Послушать, что та будет рассказывать о себе. А еще она чувствовала, что не одна в этом мире.
У неё есть мужчина, есть сестра и есть дочь.
Девочку спасут. Не могут не спасти, ведь всё вокруг складывается невероятно удачным образом. Выжила там, где выжить невозможно. Обрела любящего мужчину там, где даже надеяться на что-то подобное не имело смысла. Нашла сестру – а это вообще уже за гранью любой удачи.
И чтобы еще не выжила Зина-младшая?
Так не бывает
ЭПИЛОГ
Четыре года спустя
Бывают города из металла и пластика. Бывают города из бетона. Города бывают высотными и малоэтажными, тихими и скромными либо наоборот сверкающими и шумными.
А бывают города, заботливо выращенные из семени особого дерева.
Они цветут раз в десять лет так, что буйство праздника зарождения новой жизни видно из космоса, и тогда на орбите зависает немало транспорта с туристами – от больших пассажирских лайнеров до маленьких личных яхт,и всё равно кому-то не хватает места в первых рядах.
Особенно если планета почти полностью покрыта океанами и такой горoд на её поверхности всего один.
?орoд-остров. Город-Лес. Лан-лейран, то есть, главный, стольный, город пространственной локали Соппата.
Корни его шагают мостами через проливы к соседним островам. А у основания могучих стволов,там, где суша встречается с морем, вызревают в особых коконах гигантские семена, зародыши будущих, дочерних, городов,и очередь на них расписана на годы вперёд.
Вoт на такой поляне сосредоточенно рисовала мелками на переносной доске-планшете девочка на вид лет восьми. Тонкие руки порхали над тёмной поверхностью, со скрупулёзной точностью перенося из живой реальности в реальность нарисованную изгиб древесного ствола и новый бутон плодового цвета, уже показавший яркие, лимонного оттенка, краешки лепестков из одревесневших пластин чашелистиков. Цветок распустится ещё не сегодня. Но даже сейчас невозможно было смотреть на него без восхищения. Чудо природы и биоинженерной мысли носителей разума…
За девочкой наблюдали.
– Кажется, удалось стабилизировать, – сказал мужчина с повязкой на одном глазу.
– Последний всплеск был сорок дней назад, с тех пор не повторялось…
Глаз он потерял на службе, сражаясь с преступниками, вставил механический, но, чтобы не пугать мирных граждан, находясь в увольнении, предпочитал носить повязку. Утверждал, что с повязкой выглядит брутальнее и симпатичнее. Девушки, мол, кидают хищные взгляды. Впрочем, хищным взглядам ничего не светило: мужчина был женат и счастлив в браке…
– Пока ещё рано говорить, – откликнулась женщина. – Но с таким паранормальным индексом у неё всего три дороги… В армию, в медицину или в навигаторы.
– Навигация – это у вас семейное, любимая. Может быть.
– А может, лучше ей остаться просто художницей? – предположила женщина. – Пусть создаёт картины, это тоже полезно и нужно…
– А как же мамские амбиции?
– добродушно поддел он.
– Аниунераль… мамским амбициям довольно того, чтo дочь проcто выжила…
Ан обнял жену, зарылся носом в её волосы. Волосы пахли травами и немного морской сoлью.
Было непросто. Было тяжело настолько, что в двух словах не описать. Два профессора паранормальной медицины, они же лечащие врачи малышки, переругались между собой едва ли не до атомной войны, отстаивая каждый свою теорию помощи такому сложному ребёнку. В конечном итоге, им пришлось выработать третий путь, и этот путь оказался единственно верным.
Зина-младшая вышла из комы всего полгода назад. Задержка речи, задержка в развитии – всё это компенсировалось галактической медициной на раз и прогноз был очень хорошим, но что делать с паранормальными выплесками, никто пока не знал. Один профессор говорил, что сорокадневный интервал – это хорошо, признак стабилизации. Вторая утверждала, что хорошего ничего нет, и, похоже, новая атомная война между ними готовилась полыхнуть в ближайшие дни.