Чтение онлайн

Ну не о чем, так не о чем.

В этот миг они проезжали глухой переулок с красочно разрисованными домами. Оценив столичное граффити, спец по всяким странностям Михалыч не преминул прокомментировать, что в данной художественной росписи сразу чувствуется разница между Москвой и Петербургом. Сашу заинтересовала его версия.

— У нас в Питере самая распространенная роспись домов не какие-нибудь бесполезные рисунки, а информативные сообщения. Например: «Не ссы — убьет!», «Молчи, баба, твой день — Восьмое марта!» Или, скажем, мое любимое: «Логос — фигня!»

На прощание она спросила у Михалыча, может ли он предсказывать будущее.

Он лучезарно улыбнулся и, просияв нимбом, заверил, да, конечно, может, какие, право, пустяки!

— И что меня ждет в будущем?

Михалыч задумался, слегка напрягся, поводил руками над ее головой и выдал:

— Да все нормально! Красивая, молодая, скоро встретишь любовь, замуж выйдешь, из таксисток уйдешь!

— А когда? — заинтересовалась Саша.

— Скоро! В этом году! — заверил Михалыч.

— Так года осталось всего ничего… На донышке, — заметила Саша. — Уже декабрь!

— Успеешь!

Его бы устами да мед пить…

Но Михалыч вдруг в ее персональную бочку с медом добавил ложку дегтя:

— Только есть одно «но»… — И впал в тревожное для Саши молчание.

— Что такое? — забеспокоилась Саша.

— Тебе надо чистить энергетическое поле! — изрек Михалыч.

— Не иначе сглаз на мне? Ну вот! Я думаю, что это из-за кризиса такая непруха в судьбе, а дело, может, и не в нем?

— Очень может быть, — развел руками Михалыч. — От сглаза надо защищаться! Тебя надо брызгать водой!

— Это как? — опешила Саша. — В каком, простите, смысле?

— В буквальном. Когда на человеке сглаз, он будто сохнет. Вот и нужно его водой обрызгивать.

— Типа, с гуся вода, с Саши худоба?

— Что-то вроде этого, — улыбнулся Михалыч. — Обливайся холодной водой, если почувствуешь, что на корню засыхаешь. И вот еще что… — Он достал из дорожной сумки зеленый мешочек, порылся в нем и протянул ей длинную восковую свечу. — Держи! Когда станет совсем плохо, зажжешь.

— И что? Полегчает?

— Должно отпустить, — заверил Михалыч и устремился на съезд паранормальных специалистов.

Кстати, денег за проезд Саша с него не взяла. Человек ей волшебную свечу дал, какие тут деньги… Свечу она спрятала в «бардачок». Пусть полежит до времен, когда совсем поплохеет.

День рождения отца отмечали в пафосном ресторане с небюджетными ценами. Место выбрала Катя, предупредив, что платит за все и «даже не думайте возражать». Дела у Катенка, судя по ее цветущему виду и завидному аппетиту, шли неплохо.

За ужином смеялись, строили планы на предстоящие новогодние праздники. В результате у Саши осталось приятное послевкусие и желание устраивать семейные встречи как можно чаще.

А через несколько дней Катя приехала к Саше в гости. Да не одна, а с ухажером. Новый Катин френд оказался брутальным и лысым. При взгляде на него становилось ясно, что сестра не изменила принципам и выдерживает фирменный стиль: с деньгами и статусом у ее нового друга все было в полном порядке.

Вошли они эффектно — нагруженные пакетами со всякой снедью. Видно было, что люди долго готовились к посещению бедной родственницы. С таким количеством продуктов можно было запросто пережить зиму.

— Ты с ума сошла! Голода вроде не предвидится! — воскликнула Саша, достав из пакета банку икры и пятую по счету коробку конфет.

Катя беспечно махнула рукой, мол, пустяки.

Кроме того, сестрица вручила ей пакет с косметикой люксовой серии, подтверждающей платежеспособность нового хахаля.

Хахаль, кстати, вел себя прилично, пальцы веером не делал, был галантен и обходителен, на Катю смотрел с обожанием. Саше на правах старшей сестры пришлось поставить ему «зачет», хотя ее никто не спрашивал. Они выпили шампанского, обсудили общую политическую ситуацию в стране и состояние дел на фондовых биржах, посмотрели фильм «Реальная любовь». Очень мило, по-семейному. Правда, Катя, зараза такая, умудрилась Сашу обидеть. В перерыве между шампанским и чаем она прошептала:

— Сань, может, тебе денег надо? У меня есть!

Саша смерила ее взглядом, полным презрения.

— Между прочим, мсье Вольтер говорил, что надо быть скромнее. «Кто ограничивает желания, тот всегда богат».

Катя покраснела. На прощание сестры обнялись. Лысый брутальный мужчина растрогался, глядя на них.

— Катенок, будь хорошей девочкой, не делай глупостей, если что — зови на помощь. Буду вылетать для спасения заблудшей души!

…У автомобилистов тоже бывают профессиональные праздники. «День жестянщика», например!

Разладилось ли что в природе, или небесная канцелярия закрылась на переучет, а может, через мироздание пошла трещина, но только на Москву обрушились тонны снега. Для усиления апокалипсического эффекта добавили метель и заносы на дорогах. Стекла и наружные зеркала в секунду покрывались снегом, управлять приходилось, как говорят пилоты, «по приборам». Повсюду стояли машины с мигающими аварийными огоньками — кто-то не рассчитал тормозной путь на обледенелой дороге и пободался. Братья автомобилисты, спасайся, кто может!

Москва встала, аварий сегодня будет много. Да ну к лешему такие приключения — надо на сегодня завязывать с полетами, ввиду нелетной погоды. Отчаянно буксуя, Саша с трудом добралась до дома. Стало быть, у нее выходной день. Чем же его занять? Лучший друг человека — телевизор? Нет, спасибо, увольте! Что там еще из достижений цивилизации? Интернет! Саша решила посмотреть, чем живет Всемирная паутина, и включила компьютер. Пошлялась по разным сетевым закоулкам, поискала ходы-выходы. С одной стороны, Интернет — прогрессивное, нужное изобретение (вольный ветер, который свободно веет и во все дома вхож, — на том конце планеты кто-то чихнул, а на этом уже слышно), а с другой — опасная штука, затягивающая. Одним словом, Паутина.