Чтение онлайн

Но его речи о какой-то другой магии не давали мне покоя. В голове настойчиво ерзала мысль: вдруг он что-нибудь знает о светящемся пятне, которое сможет перебросить меня обратно в мой мир? Может, он слышал о нем или где-то его видел? Для меня любая странность или диковинка на этой Луне — не глупость, а шанс вернуться домой. Правда, я с этой магией еще не разобрался, а уже помышляю о той, которая, быть может, всего лишь — больная фантазия этого странного человека.

Я решил дождаться, когда все заснут, чтобы спокойно поговорить с незнакомцем.

И зря.

Неожиданно раздался резвый топот, и в наш лагерь ворвались дикие злобные призраки. Мои товарищи тотчас пробудились, но из-под телеги никто выбираться не спешил. Наверное, каждый из нас мысленно поблагодарил Устина за его продуманность и осторожность.

Во всполохах костра мы увидели, что всадники облачены в полосатые одежды серо-голубого цвета. Только теперь они принялись громко орать и улюлюкать, нагоняя на нас больше страха. Носились, как бешеные, сшибая перепуганных обозников, пиками проверяли содержимое телег, а когда сообразили, что никакого груза нет, поживиться им нечем, принялись вытряхивать из мужиков души. В смысле то, что у них за душой спрятано, то есть за пазухой.

Но что с них взять? Деревенщина. Разбойники быстро в этом убедились. Четверо налетчиков выгребли все запасы провизии из желтого купола и погрузили на лошадей.

— Это АГАТЦЫ! — прошипел мне на ухо Пахом со смешанным чувством восхищения и ужаса. — Видишь, вон прапор их боярский. Ох, и лютые они. Хорошо, что до нас не добрались.

Внезапно возле грабителей возник наш незнакомец, он раскинул руки в стороны и воскликнул:

— Не смейте! Остановитесь!

— А ты еще кто? — разозлился один из агатцев и резко выбросил руку вперед, сверкнув кольцом.

Но ничего не произошло.

Агатец недоуменно взглянул на кольцо, потряс ладонью и снова взметнул руку. Опять сверкнуло кольцо, но незнакомец продолжал спокойно стоять на месте как ни в чем не бывало.

— Ах ты, собака! — завопил агатец, ухватил пику и, сбив незнакомца с ног, принялся яростно наносить удары.

Пока до меня медленно доходило, что сейчас случилось, Пахом опередил мои догадки и удивленно прошептал:

— Смотри! На него магия, что ли, не действует?!

Незнакомца подняли на ноги и сорвали с него дерюгу, в которую он постоянно кутался. Под ней оказалась одежда, напоминающая монашескую рясу, а на шее у него висел точь-в-точь такой же амулет, что был и у меня.

«Мой стащил?! Да как бы он сумел, я ведь не спал?» — спохватился я и торопливо засунул руку в карман.

Здесь он, на месте. Но вынимать его не стал.

Пригляделся: нет, у него амулет точно также щедро обмотан узкой ленточкой, но камень — другой. У меня пористый и тусклый, а тот поблескивает. Или мне это показалось из-за бликов костра.

К тому же мой камень имеет форму овала, а у него амулет вроде с острыми углами и похож на ромб.

Рассвирепевший налетчик набросил на незнакомца аркан, вскочил на коня и пришпорил его. Петля затянулась, парня рывком бросило на землю, и его тело поволочилось за всадником, взметая серую пыль…

— Отсочинялся блаженный, — тихо сказал Устин, выбравшись из-под телеги и глядя вслед уносившимся прочь налетчикам. — Да сбереги нас, Селена! Покамест тут лучше обождать.

— Они ведь, судя по прапору, боярину какому-то служат? Так почему такое вытворяют? — удивился я.

— Так это же агатцы, — ответил Пахом и рассказал мне всё, что о них слышал.

Служат они вдовствующей графине Агате Заарр. Муж ее геройски погиб в битве с кочевниками. И у нее то ли от радости, то ли от горя «кумекалка» повредилась. Причем она не просто сошла с ума, а прямо с него сбежала. Как мужа ее не стало, так их род боярского звания тут же и лишился. Государь, конечно, назначил бы на место ее мужа кого-нибудь другого из их рода, но родственников своих Агата мигом извела, одна осталась.

Правда, этого не смогли доказать. Безумная графиня обставила все так, что не придерешься.

Вот и создала она себе гвардию — агатцев. И с тех пор они носятся где ни попадя с фальшивым боярским прапором.

Император прощал ей чудачества за заслуги мужа перед Отечеством, но все же порой ограничивал, усмирял ее безрассудство. Даже хотел наказать. Правда, она вроде бы принялась натравливать своих гвардейцев на богоотступников. И заявляла об этом на каждом углу. А это дело имперской важности. Тогда ей тем более всё с рук стало сходить.

А теперь кто ее остановит? Никто ей не указ. Вот агатцы и распоясались. Графиня любые вольности им дозволяет. Хотя половина из них — боевые холопы. Собственность они ее.

А дурные они такие и кровожадные еще вот почему. Агата выдает им по два служебных кольца, не всем, конечно, а только тем, кто в служивых числится. А это риск огромный. Запас магии большой и без благородной крови с ним сложно совладать. Вот и взрываются частенько ее гвардейцы-простолюдины.

— А их прапор боярский разглядел? — усмехнулся Пахом. — Видел, что на нем изображено? Задница! Женская. Говорят, графиня Агата очень гордится этой своей частью тела. Шибко она у нее впечатляющая. Ну и недругам тоже намек — станете у меня на пути, и будет вам задница… Полная. Такая же, как на прапоре…

— Неужели Селена и господ разумом обделяет? — насмешливо поинтересовался я.

— Да что ж они не люди, что ли? — рассмеялся Пахом. — Тебя наряди в богатые одежды, и будешь выглядеть как вылитый барин.

— Сам ведь сказал, что кровь у них благородная, — напомнил я.

— Благородная или нет, не знаю, — отмахнулся Пахом. — Просто аристократы с рождения привязаны к магическому источнику. Родись я прямо возле чьего-нибудь Родового Очага, то и у меня наверняка кровь поблагороднее бы стала.

— А этот… который к нам прибился. В дерюге. Его ведь магия не одолела. Такое часто бывает? Выходит, не на всех подряд кольца действуют?

— Я о таком не слыхал, — задумчиво ответил Пахом. — С кольцом точно что-то случилось или просто его заряд иссяк… А даже если он и устоял против магии, хотя быть такого не может, всё равно он — человек, считай, обычный. Легко взяли и поволокли его на веревке. По дороге на кишки размотанные обязательно наткнемся.

Заметив, что эта тема сильно встревожила Пахома, я перестал доставать его вопросами.