Чтение онлайн

— Мы же не знаем здесь ничего, — заметил Алексей, — поэтому нам безразлично, куда нас повезут.

— Лондон — это один из центров цивилизации и культуры. Вам, ребята, повезло, что вы сюда попали. Пока вы будете адаптироваться, я не даю разрешения журналистам на встречу с вами. Когда немного окрепнете, поговорим откровенно и серьезно. Не скрою, я рассчитываю на то, что вы поймете меня. Я взял на себя весь риск по вашему спасению и доставке сюда. Имею же я право на взаимность и понимание?

— Господин Бетел, — заметил Леонов, — но и вы должны понять нас. Мы еле передвигаем ноги, и разве нам сейчас что-либо мило? Мы, конечно, благодарны вам за то, что вы хотите нас познакомить с городом, но и экскурсии просим пока делать непродолжительные, нам надо подлечиться.

— Да-да, я понимаю. Вам передали литературу?

— Да, спасибо.

— Дадим вам еще. Кстати, из нее вы узнаете очень много интересного для себя, поймете, почему многие люди борются с коммунистическим строем. Но, не буду вас утомлять, отдыхайте, лечитесь. До встречи!

Миллер пришел не один. С ним был молодой мужчина, который представился Тарасом, и женщина в джинсах и светлой вязаной кофте. Она кокетливо сделала легкий реверанс, когда Миллер назвал ее.

— Это наш друг Дана. Она полька, но неплохо говорит и понимает по-русски. Так что, ребята, о ее недостатках при ней не говорите. Она в гневе страшная, — смеясь, говорил Миллер.

А Дана в это время достала из своей сумки два зонта.

— На улице дождь, и зонтик необходим каждому, джентльмену, выходящему из дому.

Миллер нетерпеливо прошелся по комнате.

— Итак, друзья, в путь! Вас ждут развлечения.

Они вышли на улицу, где у подъезда стоял микроавтобус. За руль сел Тарас, и они поехали. Миллер, сидевший около дверей на первом сиденье, громко сказал:

— Мы сейчас провезем вас по городу, а затем, если дождь не прекратится, посетим салон мадам Тюссо. — Он хмуро посмотрел на парней. — Слышали ли вы о салоне мадам Тюссо?

Николаев тут же отрицательно покачал. головой, а Леонов неуверенно спросил:

— Это музей восковых фигур?

— О, Антон, да ты же молодчина! — воскликнул Миллер.

А пани Дана захлопала в ладоши.

— Прекрасно, Антон, значит, вы знаете Англию, ибо, как здесь говорят, тот, кто не знает о салоне мадам Тюссо, тот не знает и Англию.

Автобус выехал на огромную площадь, в центре которой установлена высокая круглая колонна. На самом верху колонны в старинной морской форме опирался на шпагу адмирал Нельсон.

— Трафальгарская площадь! — театральным голосом объявил Миллер.

— Самая знаменитая площадь Англии, — добавила Дана. — Это же история! Нельсон! Кто не знает этого знаменитого адмирала, принесшего славу Великобритании на века? — Она хотела еще что-то сказать, но ее перебил Миллер.

— Обратите внимание вот на то большое здание с колоннами. Это — национальная галерея. Мы там скоро побываем.

Они проехали немного по мрачным улицам, и автобус остановился. Миллер начал рассказывать:

— А сейчас мы находимся в символическом центре Лондона, на площади Пиккадилли Серкус. Эта площадь одновременно является и центром рекламы и секса. Здесь есть много очень милых заведений, и если мы все очень Попросим Тараса, то он нас как-нибудь сводит туда. Особенно красива площадь в вечернее и ночное время.

— А кто эти оборванцы? — спросил Леонов, указывая на сидящих и лежащих возле постамента пестро одетых молодых людей.

— А, эти? — небрежно махнул рукой Миллер. — Здесь полная свобода, и молодежь одевается так, как ей нравится. На площади вы можете увидеть разных людейпот полураздетого хиппи до ультрасовременно одетой проститутки. Кстати, женщины здесь стоят недорого.

— А что это за памятник? — поинтересовался Николаев.

— Это скульптура, изображающая бога любви Эроса, — Дана кокетливо улыбнулась Алексею.

Машина тронулась. Леонов с интересом рассматривал Лондон. Узкие улицы, на которых нет зелени, неповоротливые двухэтажные автобусы, черные, похожие на жуков такси, полицейские, одетые во все черное, в неудобных шлемах. И везде реклама: на стенах домов, на крышах… Чужой, кричащий, неуютный город.

— Гайд-парк, — громко объявил Миллер. — Это уникальное место, где каждый может говорить все, что пожелает, критиковать кого угодно.

Недалеко от дороги стояло небольшое квадратное возвышение. На него взобрался заросший, одетый в лохмотья мужчина и, жестикулируя, что-то говорил. Но самое странное — он был абсолютно один, вблизи — ни одного человека.

— Для кого он говорит? — спросил Николаев.

— А не для кого, — равнодушно ответила Дана. — Он, скорее всего, сумасшедший.

— Ну что, — деловито посмотрел на часы Миллер. — Дождь продолжается, и нам нет смысла колесить по городу. Я предлагаю ехать в салон мадам Тюссо.

Салон оказался недалеко. Когда машина остановилась напротив входа, Миллер подхватился.

— Подождите минутку, я разберусь в обстановке.

Леонов и Николаев внимательно рассматривали здание.

На черном фоне длинного козырька большими белыми буквами было написано по-английски: «Мадам Тюссо».

Выше, на уровне второго этажа, на стене овальный барельеф женщины.

Дана пояснила:

— Билет сюда стоит очень дорого, но людей много, особенно туристов.

Прибежал Миллер, он торопливо вскочил в автобус, захлопнул дверь и коротко бросил:

— Тарас, поехали! — И только после, когда автобус тронулся, пояснил: — Сегодня не получилось. Ну, ничего, завтра съездим.

Леонов внимательно смотрел на улицы, он старался запомнить, в какой части города находится их клиника.