Чтение онлайн

— Часто у тебя видения?

— Это третий раз, — нехотя признался Ансерт, боясь, что придется доказывать важность своих опасений.

— Сколько времени прошло в последний раз между видением и бедой?

— Две декады.

— Говоришь, видел на твороге ягоды? Не рассмотрел какие? Может, землянику?

— Вроде… хотя это могла быть другая ягода.

— Другой ягодой сейчас не торгуют, осенние запасы сами подъели, да и не тот это товар, чтобы сюда тащить, — вслух рассуждала Веся, желая успокоить ястреба. — А первая земляника, даже самая ранняя, та, какую умельцы выращивают с зимы в ящиках, тут появится не ранее, чем через две декады. А может, и позднее. Поэтому, думаю, не нужно сейчас их будоражить, пусть спокойно торгуют. А нам пора отправляться, расскажем про твое видение на заставе. Сангр опытный командир, поставит сюда постоянный дозор.

Берест согласно кивнул и молча направил тэрха вперед. А о чем ещё говорить, если и так всё ясно.

Первую часть пути, пока отряд не добрался до небольшой деревушки, ехали молча. Несмотря на то, что разговор слушали все ястребы, вмешиваться они не стали, считая княжну вправе решать такие вопросы на землях её клана. Однако гнетущее чувство, знакомое воинам, отступающим из осажденных деревень, давило на души безысходностью.

— Привал, — скомандовал Берест и ничуть не удивился, рассмотрев, как Весеника направляет тэрха к добротному дому в центре единственной улицы.

И только на минуту засомневался, надлежит ли им ехать за ней следом, как из дома навстречу слезающей с Проныры княжне выскочил дородный мужчина.

Даже на расстоянии в три десятка шагов было видно, как рад он гостье, и Берест едко усмехнулся. Отец посылал надежных людей, разузнать, каким даром владеет каждая из княжон, и есть ли в доме князя клана Куницы, на который пало подозрение в несчастье с сыном, девушки с особым темным даром. А достаточно было заехать в любую деревню и разговорить словоохотливых селян, знавших дочерей Радмира не только в лицо.

— Берест! — помахала княжна, и ястреб тронул гриву тэрха, направляя его к кунице.

Ну вот, как и следовало ожидать. Все они готовы для девчонки на любые услуги, подъезжая, продолжал горько усмехаться княжич, и делают это не из почтения. И не ради выгоды. А потому что уважают княжну и знают нечто такое, до чего так и не докопался ни один шпион отца.

— Прошу не побрезговать, — шагнул навстречу староста. — Перекусите в моем доме, умойтесь. Банька ещё горячая, как знали, с утра натопили. И зверям вашим еда найдется.

— Спасибо, — глухо поблагодарил командир и сделал братьям знак.

Похоже, хочешь или не хочешь, а пока они едут по землям куниц, заботу о привалах и ночёвках придется доверить Весенике, всё равно всё будет так, как она считает правильным. Хотя ястребам и очень непривычно такое поведение невесты, ведь женщины из Серого гнезда даже приготовление еды считают мужской работой. Конечно, в домах простых воинов и охотников обычаи почти такие же, как в других кланах, но девушки из княжеского рода никогда не станут пачкать ручки о котлы или заниматься разделыванием дичи.

— А ещё накажи, чтобы по одному не ездили, пусть собираются ватагами. И охраны берут побольше, а я вечером с Сангром поговорю, кого он может послать. И батюшке напишу.

Командир, вошедший в просторную переднюю комнату, тайком посмеялся над своими заботами, едва расслышав эти слова княжны. А он-то ломает голову, прикидывая, как бы рассказать селянам о грядущей беде. Ничего рассказывать не придется, куница и сама не забудет и другим не даст. И эта её заботливость и готовность помочь другим заставляют Береста всё сильнее подозревать, что везут они вовсе не ту девушку, которая нужна отцу. Скорее даже наоборот.

Если князь поймет, насколько она готова помогать всем несчастным, он немедленно посвятит её в тайну сына. А её даже заставлять не придется, сама ринется помогать… искать способы снятия странного проклятья, про которое ни один чародей не смог сказать ничего вразумительного. Даже определить, действительно это проклятье или что-то другое, никто не смог. Зря только Берест столько раз унижался, рассказывая чародеям про тот проклятый вечер, когда в одну минуту из довольного жизнью привлекательного парня превратился в криворотого дурныша.

Но вот унижаться ещё раз, рассказывая про свой проступок этой ясноглазой девочке, он не намерен ни за какие блага. Даже за полное исцеление.

— Спасибо, что не утаили предвиденья! — благодарно выдохнул староста, заметив вошедшего командира. — А уж сбудется оно или нет, это как святые духи пожелают. Зато мы уж теперь приготовимся, степняки нас с голыми руками не застигнут! Проходите к столу, перекусите, чем боги послали… а вот и братья ваши… милости просим, гости дорогие!

— Это хорошо, что нам осталось ехать по землям куниц всего день, — глубокомысленно заметил Лирсет, когда последние крыши гостеприимной деревни исчезли за начинающим зеленеть перелеском. — А то я скоро в куртку влезть не смогу!

Услышав это заявление, Веся только усмехнулась, мимолетно погладив тугие зеленые почки дикой сирени, сквозь заросли которой шла тропа. После ранения парень стал ещё стройнее, тело брало потраченные на заживление ран силы из собственных запасов и ему нужно не меньше двух декад отъедаться мясом, творогом и яйцами, чтоб вернуться к прежнему весу. Повезло ещё, что сейчас весна, и коровки растелились, и птица занеслась после зимнего отдыха.

Она ещё раз провела рукой по попавшейся на пути веточке и вздохнула. От этой деревни дорога свернула на северо-запад, а после крепости повернет ещё круче, почти на север, до самого Ругора. А за рекой почки ещё и не думают распускаться, в земли ястребов весна всегда приходит позже.

Княжна уныло вздохнула, весенние месяцы она любила больше всех остальных. И даже не смогла бы сказать, что её больше всего пленяет в этом времени года, красота распускающейся зелени, возможность сменить шубейки на легкие куртки, день рождения, совпадавший с равноденствием, и потому всегда праздновавшийся щедрее, чем именины остальных домочадцев. Или всё же весенний ветер, напоминающий о просыхающих полянках и тропах, о предстоящем походе в степные области, на охрану границы. Зимой кочевники уходили далеко на юг, к занесённым песком руинам некогда мощного ханства, оставляя северных соседей в покое.