Чтение онлайн

— Хорошо, — послушно закивала девочка, радостно маша хвостом. Но тут она почувствовала шевеление, и выдающий её восторг орган был схвачен и сурово прижат к груди. — У-у-уф, — уровень смущения и милоты пробил новый рубеж. Но на этом Ю Лан сбежала, оставив меня подводить результаты проверок.

Результаты же были… впечатляющими. Во-первых, психика не понесла никаких существенных изменений. Мелкие — имели место, но они скорее были связаны с пережитой де-факто смертью и, как ни странно, освобождением от давления мыслей о ней. То есть девочка стала чуть более задорной, энергичной, более живой, как бы странно это ни звучало для формально нежити. И это не могло меня не радовать.

Куда серьёзнее изменилась её физиология. И тут вопрос не только в Жажде (что была вполне стандартной, требуя где-то стакана крови в неделю, если жить без особых нагрузок), а также свято- и светобоязни, но и в тех преимуществах, что она обрела. Сила и скорость были ожидаемы — снятие ограничений с мышц плюс негативная энергия, что теперь эти мышцы питала. Существенно выросли её псионические способности — тактильный телекинез, он же «паучье лазание», характерен для всех вампиров, но пробуждается далеко не сразу и требует некоторого освоения, для неё же это было столь же просто, как и дышать. Даже проще, с учётом того, что дышать как раз не требовалось. «Сила крови» Ю Лан также возросла, и возросла существенно — пусть мы все и учили её как «пути волшебника», так и «пути колдуна», но если раньше за счёт личной силы она могла выдать одно-два заклинания Второго Круга (что для её возраста тоже было выдающимся результатом), а через Пряжу и вовсе способна была творить Пятый Круг с замашкой на Шестой, то теперь именно как колдуну ей был вполне доступен Третий, причём весьма основательно, а не так, что после одного заклинания нужно сутки отдыхать. А ведь есть ещё витэ в целом и магия крови в частности; пусть пока у неё нет ни знаний, ни навыка для этих разделов, но сам факт возможности их уверенно освоить я видел отчётливо.

С оборотом, правда, имелись проблемы. В том смысле, что никаких превращений в летучих мышей и волков, как и у меня, у Ю Лан не проявилось, а туманную форму мы пока не пробовали — слишком она затратна. Девочка могла слегка менять пальцы, чтобы ногти приобретали схожесть с когтями, как и усиливать те нагнетанием негативной энергии, но на этом всё. При этом она, тоже в точности как и я, чувствовала жизненную и негативную энергию в радиусе, воспринимая ту огоньками разной интенсивности, могла осязать магию, что, впрочем, больше являлось свойством колдуна, и прекрасно видела в темноте без потери цветов, а не исключительно в чёрно-белом спектре, как у обычных вампиров. Словом, получился традиционный птенец, что наследует черты обратившего, только в ослабленной форме. То есть можно считать, что с момента обращения Ю Лан я основал-таки клан со своей линией крови, пусть и в лице одного представителя.

Однако, помимо плюсов, были и минусы. И я сейчас не про светобоязнь и Жажду. Текущая вода, как и мне, не доставляла девочке проблем, да и чужие пороги не ограничивали возможность зайти в помещение, а вот возросшая псионика… Не стоило забывать про привитую ей ауру очарования, которая пусть и не была псионикой в чистом виде, то есть управляемым разумом явлением, но представляла собой врождённую псионическую способность. Плюс нельзя сбрасывать со счетов возросшую привлекательность, связанную с исправлением мелких дефектов и несовершенств в теле. Короче, бедная девушка (что так-то от природы была фигуристее той же Линвэль и теперь застыла в моменте пика очарования молодости) постоянно подвергалась попыткам затискивания от нашего женского коллектива, а уж что хотела с ней сделать Шеллис… И пусть оно звучит забавно, но на деле — нихрена! И тут или окружающим постоянно себя одёргивать приходится, или Ю Лан страдать за свою «миленькость». Не особо приятно, знаете ли, когда подавляющее большинство твоих собеседников «капает слюной», периодически подвисая и выпадая из разговора, а то и вообще начиная неконтролируемо распускать руки. К счастью, те книги по псионике от иллитидов имели рекомендации по такому случаю. В том смысле, что эти осьминогоголовые — страшные уроды, как с точки зрения разума, так и чисто физиологически. Но порой и им приходится общаться с другими разумными, причём не имея возможности промыть им мозги и сделать рабами, а то и вовсе требуется договориться с позиции слабого, чтобы вымолить себе жизнь. На такой случай у них и было тренируемое воздействие, что почти полностью повторяло способность Ю Лан, только являлось именно контролируемым и изучаемым навыком. Навыком, в ходе освоения которого псионик учился, кроме прочего, контролировать его силу и радиус воздействия — как раз тому, что нам и требовалось. Разумеется, в чистом виде те практики девушке не подходили, но переложить их так, чтобы нужный эффект был достигнут, мы вдвоём смогли. Если же добавить к этому чары маскировки из школы иллюзии, ложную ауру да уловки Шеллис по мимикрии планара под смертного, что со скрипом, но давались в том числе и вампирам, при нужде Ю Лан и вовсе могла изобразить отталкивающую уродину. Что, впрочем, пока нигде не требовалось, и я бы не сказал, что этим огорчён.

И кстати, о Шеллис…

— Ну что, папочка, — скалилась дьяволица, самой игривой походкой вплывая в заклинательный чертог, чтобы буквально спустя секунду прильнуть к моей груди, — результаты осмотра тебя… удовлетворили? — как всегда, очень неоднозначно пошутила дочка Асмодея, не забыв поиграть интонацией и томно заглянуть глаза в глаза.

— Опять твои шуточки, — я вздохнул, впрочем, не отказав себе в удовольствии приобнять провокаторшу, что была одета в крайне откровенный наряд из паучьего шёлка, какие традиционно носят жрицы-дроу, разве что без бронекорсета, а в остальном очень облегающий и открытый.

— Пф, скучный ты, — фыркнула она. — Хотя в подобном нет ничего такого что для дьяволов, что для вампиров.

— Только не начинай рассказывать, сколько твоих сестёр разложил Асмодей за время своего существования, — закатываю глаза. — И вообще, ставить в пример Архидьявола можно только в контексте «как делать НЕ надо».

— Ну-ну, ещё скажи, что не будешь отгонять от неё всяких залётных ухажёров адамантитовым фламбергом, — продолжила насмехаться фамильяр, игриво прикусывая нижнюю губку.

— Не меняю утверждения, — ушёл я в несознанку, игнорируя провокацию.

— Ладно, давай вернёмся к тому моменту, где тебя устроило то, кем стала Ю Лан, — подозрительно покладисто отложила тему пошлости Шеллис.

— Устроило, — глупо было это отрицать. — Как окончательно привыкнет, попробую дать ей своей крови.

— Освобождение-возвышение? — понимающе протянула дьяволица. — Я ждала чего-то подобного от тебя, только, глядя на твою «дочь по крови», я в упор не вижу в ней проблем и ограничений «отпрыска». Полноценный Истинный, если вообще не молодой Лорд.

— Эндаэль тоже так думает, но не забывай, что наши знания не то что по первородным основателям линий крови, но даже просто чистокровным вампирам базируются на книгах не то чтобы сомнительного, но пересказанного с чужих слов содержания, — напомнил я девушке. — Причём даже сами вампиры, состоящие в не самых оторванных от цивилизации ковенах, тоже максимум слышали легенды о таких существах, но не имели никакой достоверной информации.

— Ну, теперь, если будет нужно, мы сможем прикупить нужные знания в Геенне — слуги Оркуса в Ползучем Городе вполне себе объявляются.

— Возможно… Но дать Ю Лан немного моей крови всё же стоит — хуже точно не будет. Однако, подозреваю, этот разговор ты завела с какой-то целью.

— Верно-верно, — покивала Шеллис. — Раз мы выяснили, что обращать ты вполне можешь, и обращённые получаются очень даже ничего, как насчёт немножко покусать твоих остроухих любимиц не только в постельной игре, но и более… интенсивно?

— … Зачем это тебе? — тема разговора не особо мне нравилась.

— М-м-м, допустим, эти смертные… не такие уж раздражающие, как большая часть их вида. Однако они смертные. И срок годности у них ограничен. Наша сладенькая малышка-повар уже прожила треть отмеренного ей срока. Даже с учётом сердец драконов и занятий магией через сто лет она станет уже старухой, через двести-триста — умрёт.

— Тебе они нравятся, и ты не хочешь, чтобы они состарились и умерли, — перевёл я измышления фамильяра.

— Я сказала, они «не такие раздражающие», — прошипела дьяволица, возмущённая таким гнусным поклёпом. Чтобы она, честное исчадие Девяти Адов, — и проникалась к кому-то симпатией?! — И не уходи от темы!

— Не ухожу, — отвечаю, не забыв, впрочем, шлёпнуть по попке распоясавшуюся дамочку. — И будет глупо отрицать, что и сам думал об этом. Вот только у твоего предложения есть масса подводных камней.