Судья и палач
Шрифт:
— А вы с Германом ненавидите нас. А ненависть плохой советчик…
— Да что ты!
— Вот и сейчас ты допустила две ошибки…
Люба набирала скорость.
— Какие?
Алла чувствовала себя хозяйкой положения. А потому не прочь была почесать язык.
— Первая, ты много болтаешь…
— Ух ты! У нас что, зубки прорезались?.. — Алла откровенно издевалась над ней.
Только Люба не обращала на это внимание. Она выводила машину на заданный курс. Как боевой летчик выводит свой штурмовик на вражеский эшелон.
— А вторая ошибка в том, что ты недооцениваешь противника…
Алла хотела что-то сказать в ответ, но не успела. Машина на полном ходу врезалась в придорожный столб. Сила инерции сорвала ее с места, через промежуток между сиденьями швырнула ее тело в лобовое стекло. Она выбила его головой и вылетела наружу.
Любу спасла воздушная подушка. Она мгновенно окутала ее со всех сторон, надежно защитила от страшного удара.
Она с трудом, но выбралась из покореженной машины и побежала, стараясь как можно дальше убежать от нее.
Но убегала она напрасно. Алла уже не могла причинить ей вреда. Она валялась на асфальте в луже крови со сломанной шеей.
…В управление собственной безопасности Степан приехал по вызову, своим ходом. Но его тут же вежливо, но твердо попросили сдать оружие.
— А в чем, собственно, дело? — спросил он.
Вообще-то он знал, зачем он здесь. Ему собираются предъявить обвинение в злоупотреблении служебными полномочиями и получении взятки. И все из-за той кассеты, на которой записан его разговор с Леньчиком Иванцовым. Тот передавал ему деньги за «крышу».
Степан был настроен на неприятности. До Сафрона он не добрался, а потому не смог сделать ему внушение. И Колоса, вора в законе, покровителя Сафрона, найти не сумел. Тот также куда-то срочно уехал.
Все из-за Лимона. Кто-то пустил слух, что это Степан приложил руку к его исчезновению. Сафрон и его покровитель Колос решили, что слишком опасно иметь такого крутого конкурента. Или, может, просто мстили за Лимона. Но убить Степана не решились Поэтому пошли другим путем. Ударили по нему компроматом.
Ничего, он выдержит этот удар. И нанесет ответный.
У него есть связи на всех уровнях. И он задействовал одну нить. Заблаговременно оправдал себя в глазах нужных людей с большими звездами. И ему поверили.
Но если номер не пройдет, самое большее, что грозит Степану — это увольнение. Но это совсем не страшно. Федот, Эдик, Рома и Саня готовы уволиться вместе с ним. Уже и план есть открыть частную сыскную контору. Если бандиты хотят этого, то они это и получат. Только пусть не жалеют потом…
— Гражданин Круча, — торжественно начал молодой, свежий как огурчик майор.
— Ну вот, уже и гражданин… — оборвал его Степан.
— В общем, к нам поступила информация, что вы оказываете покровительство некоторым коммерческим структурам. И делаете это далеко не бескорыстно…
— Да, да, это есть. Иногда, знаете ли, меня кормят в столовой бесплатно…
— Не ерничайте, это не делает вам чести…
— Ух ты, как громко! А девяносто процентов раскрываемое™ — это, скажите, делает мне честь?
— Разговор не об этом…
— Что ж, предъявляйте мне обвинение. И тогда поговорим по существу…
— Хорошо, так и поступим. Но сначала это. — Майор злорадно посмотрел на Степана, потянулся к сейфу, извлек оттуда кассету.
И вставил ее в магнитофон.
— Вот это да! — не сдержал своих эмоций Степан, когда на экране телевизора появилась роскошная женщина с мини-бикини. — Какие формы…
Под волнующие ритмы заводной музыки женщина сорвала с себя лифчик и обнажила великолепный бюст.
— Какие формы!.. Только не пойму, а где здесь я?…
Майор покраснел, схватился за пульт дистанционного управления и начал перематывать кассету. Но на протяжении всей записи был только стриптиз.
— Может, вы хотите сказать, что я оголяю свою совесть, как эти дамы? — усмехался Степан. — Или, быть может, я разбрасываюсь ею, как трусиками и лифчиками?
— Да замолчите вы! — обиженно протянул майор. Он все еще пытался найти компрометирующую запись. Но все было тщетно.
А потом зазвонил телефон. Майор взял трубку.
— Да, майор Труднев… Здравия желаю, товарищ генерал… Да, так точно… Никак нет… Я не знаю как… Виноват… Так точно…
Он положил трубку, обхватил голову руками. Лицо его было красное, как задница у вареного рака.
— Что-то случилось? — участливо спросил его Степан.
— Да, случилось… Вы свободны, — убито сообщил он
— Товарищ майор…
— Вы свободны, товарищ майор!
— Вот так… Да ты не расстраивайся, брат. — Степан достал пачку «Мальборо», выбил из нее сигарету, протянул Трудневу.
Тот взял, кивнул в знак благодарности.
— Я понимаю, — продолжал Степан. — Муторная это работа — своего же брата милиционера на кукан сажать…
— Муторная, — охотно согласился майор.
— Хотя, конечно, среди нашего брата подлецов хватает…
— Хватает… И от таких надо избавляться…
— Только не от таких, как я. Родной милиции я еще пригожусь… Ну все, давай пистолет и держи «краба»!
Степан получил табельное оружие обратно, попрощался с майором и направился к выходу.