Судьба
Шрифт:
Айвен обхватил Тедж, уткнувшись в нее, как в мягкую подушку, и спрятал лицо в ее волосах. Они так успокаивающе пахли. У него и сейчас были напряженные отношения с темнотой. А если попробовать закрыть глаза, может, темнота станет более естественной? Конечно, он сейчас слишком взвинчен, чтобы заснуть…
Айвен резко пробудился от гулкого грохота. Звук, казалось, исходил от самих стен и отражался от всех поверхностей. Люминофор свалился с ящика и покатился по полу. С хрустом зажегся еще один, со стороны Удине и Шива. Айвен прибавил свой и сел, подняв его высоко над головой. Тедж уже проснулась и вскочила на ноги, ничего не соображая со сна. Айвен тоже заставил себя встать.
– Что за черт? – выкрикнул Амири.
Грохот все нарастал, потом сместился, изменил тон, на мгновение стих и начался снова.
Айвен покрутился на месте, пытаясь установить, откуда он исходит, и наконец решил методом исключения:
– Либо Форбарр-Султан подвергся неожиданной бомбардировке из космоса, либо какие-то инженеры в спешке поднимают чертову уйму грунта мощным гравиподъемником.
Хорошо, если это знак, что их спасают. Но Айвен сообразил, что находиться прямо под работающим мощным гравиподъемником – не самое полезное для здоровья. Особенно если операторы действуют вслепую.
– Держитесь подальше от середины комнаты! – выкрикнул он. Есть ли в этом помещении какие-нибудь более прочные участки, под которыми можно укрыться, вроде дверных проемов? Вряд ли. Может, внизу безопаснее? Возможно… Он уже собирался это предложить, когда шум прекратился.
Трудно сказать, что нервирует сильнее – грохот или тишина. Все в комнате уставились в потолок – кто с надеждой, кто с ужасом. Только леди гем Эстиф сохранила на лице бесстрастную маску аута, а Шив был мрачно-ироничен. Тедж… Тедж просто крепко прижалась к Айвену. Ему это помогло.
Весь следующий час рев то начинался снова, то прекращался. И так раз десять. То становился все громче… ближе… вибрации приобрели странный плаксивый тембр. Потом глухие удары с потолка – или крыши, с какой стороны посмотреть.
Пронзительный визг; с потолка посыпалась пыль, и над центром комнаты медленно прорисовался круг. Айвен, сделал рывок, выхватил из опасной зоны шкатулку с кинжалами. Прижимаясь к Тедж, он прикидывал в уме вес двухметрового диска из очень толстого, специально укрепленного пластбетона двух метров в диаметре и его инерцию при падении с трехметровой высоты. Может он провалиться через пол прямо на нижний этаж? Не исключено…
Но когда круг полностью замкнулся, бетонная плита зависла в воздухе, а потом чудесным образом взмыла вверх. Ура грави-захватам!
В помещение проник холодный серый свет и порыв ледяного воздуха; только по контрасту Айвен вдруг понял, как же здесь душно и как от этого у него должна бы болеть голова, не будь для головной боли десятка других причин. Плита, закрывавшая выход, рухнула обратно в туннель «Микобура» – сырой, но без воды. Тяга воздуха усилилась до неистового гудения и стихла, превратившись в ровный поток.
В отверстие на тросе спустился солдат в наземной полуброне. Его театральное появление слегка подпортило то, что он приземлился боком на гору ящиков и рухнул вместе с ней, но сразу же вскочил на ноги. Аркуа по всей комнате подняли руки ладонями наружу, чтобы было видно: оружия у них нет. Когда за первым солдатом спрыгнул второй, тот уже кричал в наручный комм:
– Мы здесь, сэр! Мы их нашли!
Третьим с небес спустился тот, кого Айвен никак не ожидал увидеть болтающимся на конце страховочного троса: Байерли Форратьер. И чувствовал он себя весьма дискомфортно с какими-то частями армейской брони поверх помятого штатского костюма.
Айвен сунул Тедж бесценную шкатулку с кинжалами и шагнул вперед, чтобы подхватить Бая, а заодно уберечь коробки, которые оказались под угрозой: запросто ведь разбросает ногами, когда будет приземляться.
– Ненавижу высоту, – просипел Байерли, когда Айвен помог ему встать на ноги.
– Что ж, а я ненавижу глубину, – ответил он.
– Каждому свое, я полагаю?
– Однозначно!
Глава двадцать третья
Тедж все никак не могла насмотреться на серенький клочок барраярского неба, просвечивающий сквозь прорезанное отверстие в крыше лаборатории. Там сновали армейские гравилеты, но ей этот жалкий клочок все равно казался Небесами. Она опустила на пол контейнер с кинжалами, которыми Айвен Ксав так дорожил, и поспешила к нему. Как раз вовремя, чтобы прервать обмен любезностями Айвена Ксава с Байерли на тему: «Где вас столько времени черти носили?»
– Вы уже видели Риш и Гагата с вашей стороны? – сурово спросила она.
Байерли, вздрогнув, повернулся к ней:
– Нет. Разве они не с вами? Звезда надеялась, что они здесь.
«Звезда спаслась? Хотя бы она…»
Тедж покачала головой:
– Они были там, в туннелях, когда взорвалась эта старая бомба. – Она указала на выход из бункера. – С тех пор мы их не видели. Мы были заперты здесь прибывавшей водой, а вот они… мы не знаем.
– Я видел только Звезду, – сказал Байерли. – Она очень переживала за вас… теперь ждет наверху вместе… со всеми.
Он наконец выпутался из обвязки для спуска и бросился к проему.
Второй солдат, который уже разложил у проема в туннель свои приборы, решительно отогнал его назад:
– Придется подождать, сэр. – Он достал управляемый зонд и дал команду: – Ровер, вперед!
Грави-приборчик включил ослепительный свет и улетел в темноту туннеля. Солдат сосредоточился на пульте управления.
Айвен взял Байерли за плечо и оттащил подальше от проема.
– Инженерные войска, – пояснил он. – Все, что от тебя требуется, так это не путаться под ногами.
– А если она… все еще там? – не унимался Бай. – Надо срочно бежать на помощь! А они…
– Мы это выясним через пару минут. И не надо будет посылать вторую спасательную команду, чтобы спасать первую. Леди гем Эстиф считает, что туннели стали очень нестабильными после взрыва и наводнения.
Бай справился с нервной дрожью, развернулся и быстро пересчитал всех присутствующих. Он шевелил губами и загибал пальцы. Сбился со счета и начал заново.
– Так… у нас в наличии все Аркуа, кроме Риш и Гагата? И ты, Айвен. Кто эти лишние трое?