Чтение онлайн

— Да, Элендра сказала мне, когда мы вернулись из-за Покрова Гоэн. Риал собирается принять в нем участие. Но при чем тут свадьба Тристана Стюарда? Она не имеет никакого значения в сравнении с тем, что нам предстоит. Что может быть важнее поисков демона?

— Ничего, — согласился Акмед, — Однако мне еще не приходилось охотиться на ф’дора. Я должен подготовиться. Лучше всего это делать втайне от всех, спрятавшись в толще горы. Я не знаю, сколько продлится наша охота и чего она будет нам стоить. Мы можем все испортить, если будем слишком спешить. Мне известно, что Тристан постарается использовать любую возможность, чтобы выступить против болгов. Кто-то из нас должен присутствовать на свадьбе, это важное событие государственного масштаба.

— И ты хочешь, чтобы я отправилась на церемонию бракосочетания?

— Да.

— После всего, что произошло?

— Да.

— Ты хочешь, чтобы я отправилась на свадьбу?

— Ты полагаешь, будет лучше, если на ней буду присутствовать я? — мрачно осведомился Акмед.

Рапсодия и глазом не моргнула.

— Конечно нет. Полагаю, мы можем послать свои извинения и сожаления о том, что обстоятельства не позволяют нам принять участие в церемонии. Когда в первый раз, по чистой случайности, я получила приглашение, то не стала отправлять такое письмо.

Акмед вздохнул.

— После твоего ухода многое изменилось, Рапсодия. Приближается война, внешние и внутренние враги собираются с силами. На нас могут напасть откуда угодно, я теперь очень хорошо понимаю твое видение, в котором опасность грозила нам отовсюду. Я покинул Илорк только для встречи с тобой, за меня остался Грунтор, который страшно этому рад.

Рапсодия вопросительно посмотрела на него. Король фирболгов нахмурился:

— У нас возникли проблемы, связанные с предательством: кто-то из болгов занимается запрещенной торговлей оружием с Сорболдом. Первый раз это произошло, когда я охотился с тобой за отродьями демона.

— О Боги!

— Да, Боги. Да помогут они тем болгам, у которых хватит глупости повторить свою ошибку, пока меня нет, — Грунтор устроил им ловушку. Если, вернувшись, ты увидишь части тел, украшающих утесы Гриввена, знай: они попались. Тебе придется представлять Илорк на свадьбе Тристана. Надеюсь, тебе удастся выиграть для нас время. Кроме того, ты сумеешь узнать о том, как они готовятся к войне. Веди себя так, словно не происходит ничего особенного. Если я буду готов раньше, чем ты вернешься, то отправлю тебе послание.

Рапсодия ничего не ответила. Хотя играющая лютня заглушала их разговор, она боялась говорить вслух о своих чувствах, зная, что кое-кто способен услышать ее голос, летящий на крыльях ветра. Больше всего на свете ей хотелось рассказать другу обо всем, что происходило за Покровом Гоэн, о том, сколько времени она там провела и чему научилась, но она не осмеливалась говорить об этом здесь, под открытым небом. Акмед прав, лучше подождать, пока они окажутся внутри темных гор, укроются от посторонних глаз и любопытного ветра.

Она оглядела руины Дома Памяти, место, где они впервые узнали, по какой тропе им предстоит пройти. Хранилище истории, аванпост намерьенов Первой Волны, построенный с надеждами на светлое будущее четырнадцать столетий назад; как жестоко он осквернен! Ракшас даже использовал корни Сагии, чтобы добраться до горы фирболгов и похитить Спящее Дитя. Какой чудовищный поворот судьбы…

Они выбрали для встречи Дом Памяти, чтобы именно отсюда начать все заново. Что за ирония: именно там, где демон использовал детскую кровь для достижения своих гнусных целей, она передала дракианину кровь самого демона, собранную из вен детей, чтобы найти его.

Рапсодия посмотрела на Акмеда. Он стоял перед ней, спаситель, человек, без которого никто не сможет найти и уничтожить демона, и спокойно смотрел ей в глаза. Ей вдруг стало нехорошо, и у нее закружилась голова. Должно быть, Акмед заметил ее состояние, потому что протянул руку и схватил ее за плечо, остановив бешеное кружение.

— Не знаю, смогу ли я… — прошептала она, ей не хотелось, чтобы Акмед уходил, когда кровь уже у него в руках и жребий брошен. — Я хочу побыстрее с этим покончить и вернуться домой.

Король фирболгов пожал плечами:

— Невозможно. Сначала ты должна отправиться на свадьбу. Таков наш план. — Он наклонился и прошептал ей на ухо: — И твоя судьба.

Тишина во дворе стала еще плотнее. Судьба — от этого слова Рапсодия устала целую жизнь назад.

«Сколько раз я его слышала с тех пор, как попала в мир демонов и кошмаров?» — с горечью подумала она, подавляя гнев. Рапсодия вспомнила слова, произнесенные Праматерью, последним стражем Дитя Земли:

«Такова твоя судьба. И если ты ее отвергнешь, то лучше сразу броситься в пропасть».

Это слово всегда несло в себе угрозу, Элендра тоже не раз его повторяла:

«Твоя судьба предопределена, и можно сколько угодно пожимать плечами, но ты убьешь ф’дора или погибнешь. У тебя нет выбора».

«Райл хайра», — говорят лирингласы. «Жизнь такая, какая она есть».

— Чушь, — фыркнула Рапсодия. — Пустая болтовня. Мы сами творим свою судьбу.

Акмед улыбнулся, и Рапсодия рассмеялась.

— Ты сказал это только для того, чтобы разозлить меня, не так ли?

— Да.

— У тебя получилось.

— Я знаю. Так поедешь на свадьбу?

Рапсодия в притворном возмущении подняла руки.

— Мне даже нечего надеть, Акмед. Насколько мне известно, свадьба — событие торжественное.

— Ты опустошила мою казну, накупив тысячи бесполезных платьев, которые спрятала в Элизиуме, а теперь утверждаешь, будто тебе нечего надеть? Избавь меня от своих глупостей.

— Если бракосочетание состоится через три дня, мне придется отправиться в путь немедля. А я не взяла с собой ни одного бесполезного платья.