Судьба: Дитя Неба

Кровь, соединяясь, дает начало новой жизни, но она же и льется беспрестанно; кровь слишком легко покидает тело, чтобы залечить разрыв.

Земля принадлежит всем, но люди ее делят, поколение за поколением.

Только Небо обнимает всех, и небо нельзя поделить; и это тот путь, что ведет к единенью и миру.

Если ты хочешь залечить разрыв, генерал, охраняй Небо, дабы оно не упало.

Но сначала, генерал, тебе нужно залечить разрыв в своей душе. Со смертью Гвиллиама ты стал королем солдат, но ты должен найти самого слабого из своих сородичей и защитить его, самого беззащитного из всех, иначе ты не достоин прощенья. И так будет, пока ты не получишь отпущения или умрешь, не удостоившись его.

Клянусь Звездой, я буду ждать и наблюдать, я позову, и меня услышат.

ЛЛАУРОН, ГЛАВНЫЙ ЖРЕЦ

Старшие жрецы:

Каддир, наследник Ллаурона и целитель

Ларк, травница

Гэвин, главный лесник

Илиана, глава земледелия

Круг:

Священники и лесники низшего уровня

СИЛИНИУС, ПАТРИАРХ

Благословенные:

Первосвященник Авондерр-Наварна, Филабет Грисволд

Первосвященник Сорболда, Найлэш Моуса

Первосвященник Бет-Корбэра, Ланакан Орландо

Первосвященник Кандерр-Ярима, Ян Стюард

Первосвященник Неприсоединившихся государств, Колин Абернати

Базилики, посвященные стихиям:

Эфир — Лиантаар, Сепульварта

Огонь — Вракна, Бетани

Вода — Аббат Митлинис, Авондерр

Воздух — Райлс Седелиан, Бет-Корбэр

Земля — Терреанфор, Сорболд

Меридион знал, что времени осталось совсем мало.

Чудовище высотой в семь с половиной футов, в чешуйчатой кольчуге, закинуло голову, обнажило острые клыки и зарычало. Оглушительный рев, исполненный ярости, разорвал мрак, окутывавший похожие на зубы скалистые отроги, и умчался вниз; в каньон, находившийся в нескольких милях под ним, посыпались снег и мелкие камни.

Король фирболгов, Акмед Змей, переглянулся с Рапсодией и Кринсель, повитухой болгов, которая помогала Певице собрать все необходимое. Но уже в следующее мгновение он вернулся к своему занятию, спрятав за скрывающей его лицо вуалью улыбку — его развеселил ужас, промелькнувший в огромных зеленых глазах Певицы.

— Кажется, Грунтор сердится. Интересно, что его так расстроило? — спросила она и протянула повитухе мешочек с кореньями; та понюхала, покачала головой, и Рапсодия отложила его в сторону.

— Наверное, недоволен квартирмейстером и его командой, — ответил Акмед как раз в тот момент, когда жуткий рев сменился потоком непристойных ругательств на болгише.

— Мне кажется, дело в том, что он не может пойти с нами. — Рапсодия с сочувствием поглядела на замерших от ужаса солдат и их командира, которые, ошалев от гневных воплей Грунтора, стояли по стойке «смирно», окутанные, словно серым плащом, предрассветным туманом.

Повитуха протянула Рапсодии небольшой мешочек, и она улыбнулась.