Чтение онлайн

И понимаю: слеза течет по щеке.

Жестокая игра. Не справляюсь.

Равняюсь с Олегом. И меня накрывает. Страх, что в легких, лопает их как воздушный шарик. Глухо и резко. Тело трясет от этого взрыва.

Она стоит практически голая перед Ольшанским и хочет, чтобы я помогла ей трахнуться с ним.

Кожу щек начинает пощипывать от соленых слез. Будто каждая слеза, скатываясь, оставляла глубокие порезы.

Стараюсь дышать, а не получается. Внутри разливается ртуть и травит своими парами. Гибну. Падаю.

Олег пальцами касается моей ладони. Передает импульсы. Спасательные сигналы. Стараюсь прочитать их.

Дана подходит к нему ближе. Начинает гладить. Движения развязные, пошлые. Должны возбуждать. Она перед ним вся готовая, течет уже вся, уверена. Походит до ремня и отщелкивает застежку. Звук бляшки проносится вихрем по комнате, эхо глушит удары сердца.

— Ты серьезно думаешь, что мне нужна Нинель, чтобы трахнуть тебя? На хрена мне вообще тебя трахать, если я не хочу?

Он сжимает мою ладонь сильнее, захватывает только пальчики. Но черт, я не могу ее высвободить. Он не дает. Держит, греет, ведь она ледяная. Унимает дрожь. Я трясусь так, что слышу, как стучат зубы друг о друга.

Холодно, и дикое желание одеться. Пытаюсь вынырнуть из этого морозящего тело потока, но не выходит.

— Олег… я думала, мы с ней расслабим тебя вместе. Такой вот эксперимент.

Нинель превратилась в местоимение.

— Ты как одержимый смотрел на нее. Я все видела. Ну, повеселились бы вместе. Насладился бы ей и все. Что такого в этом? Не хотела, чтобы ты делал это за моей спиной.

Олег мажет по мне взглядом. Быстро-быстро. И хочет уже снова повернуть голову к Дане. А мне хватило этого мгновения. Его черных грозных глаз. Он взбешен сейчас. Дико. Но не на меня. На Дану.

Издаю какой-то невнятный стон. Болючий такой, низкий. И слезы потоком хлынули, разрезая кожу.

— Блядь!

Олег в два шага доходит до кресла. Там его пиджак. Хватает и набрасывает его мне на плечи. Раздраженный, он проводит ладонями по ткани, сминает, прижимает ее к моему телу. Греет.

А у меня дрожь сильнейшая. Выходит страх, алкоголь, боль. Все выходит. И убивающие меня пары ртути тоже.

Руками обхватывает мое лицо. Наши глаза встречаются. В его вижу страх. Это я его передала? По тем нитям, что связались? Олег бешено скользит взглядом: губы, щеки, снова глаза. Изучает, мучает меня. И греет. Дикий и злой взгляд меня греет.

??????????????????????????Дана не унимается. Пытается вернуть себе внимание, которого и вовсе, получается, не было. Ее игра в самом начале была провальной.

— Олег, я тут, — зазывает.

— А должна быть не здесь и не со мной.

— Две недели я тебя ждала. Хотела тебе сюрприз сделать, — кивает на меня. Тошнотворный ком застрял в горле. Не сглотнуть — гортань противно щиплет горечью.

— Идиотский сюрприз. Но ты с первого раза не понимаешь, что все закончено. Решила со мной в игру сыграть? Ты вконец думала, что я такой идиот, и не пойму?

— Олег, — голос становится высоким. Напоминает визг. Нервы натягиваются от противного скрежета.

— Вон пошла!

Снова утыкаюсь носом в его грудь. Жмусь. Мне холодно, но еще я не хочу сталкиваться взглядом с Даной. Ведь я понимаю, что увижу там ощутимую ненависть, которой она меня измажет. А в моих глазах будет… победа.

Стараюсь скрыть легкую ухмылку.

И прижимаюсь еще сильнее к Олегу. Он не отпускает. Горячей ладонью ведет по спине и прожигают ткань пиджака, греет нещадно.

— Она же стриптизерша, — брезгливо плюется.

Олег дергается. Мышцы каменеют в секунду. Ровно также было, когда Дана бросила деньги на столик за мой приват.

— Стриптизерша… А ты сука. Вон пошла!!

Он вырывает ее платье, зажатое в руке, и рвет его на части. Сильный…

— Ты хотела быть на месте Нинель? Пожалуйста. Можешь, кстати, резюме Игнату передать. Рассмотрим твою кандидатуру.

— Мудак!

Улыбаюсь. Этот мудак сейчас выгоняет свою любовницу. Позорно. А я греюсь об него и вдыхаю терпкий аромат его кожи. Душа кричит. То, что от нее осталось.

Дана уходит, сохраняя прямую осанку. Стрелять в спину нельзя. Так делают только трусы и предатели. Но мне до скрипучего визга хочется возвести курок и пальнуть.

Олег отходит. Становится холодно. Его руки оплетали тело, держало его. Хочется сейчас же упасть.

— Ты как?

Он стоит ко мне спиной. Наливает порцию виски и снова залпом осушает бокал. Облокачивается на барный стол и опускает голову.

Режу в себе желание подойти и обнять сзади. А потом поцеловать между лопаток. Помню, ему нравилось это.

— Херово. — Сознаюсь. Дрожь стихает, но все еще витаю между реальностями, мысли пекут, конечностей не чувствую. Только сердце скачет как обезумевшее.

Опускаюсь на диван и прикрываю лицо руками. Кожа влажная. Слезы никак не высохнут, а может, они еще и капают.

— Ты знал, что я буду в привате?

— Догадывался, — тяжелое такое слово. Камнем ложится на грудь.

— Значит, это все, — замолкаю, готовлюсь к новой порции слез и правды. Ведь обрушится разрушающим смерчем, — ты специально задумал?

— Походу, ты меня действительно считаешь конкретным мудаком, Нинель, — грустно вздыхает и поворачивается ко мне лицом.

Не нахожусь что ответить. Я все еще под гнетом страха.

— А это не так?

Вспоминаю, как бережно накинул пиджак мне на плечи. Он защищал меня. Был оболочкой, через которую никому не пробиться. И теплую руку, что грела мои ледяные пальцы. Его взгляды с толикой нежности и поддержки, пусть и с примесью гнева. Он ведь был направлен не на меня. Уже знаю.

Молчит.