Чтение онлайн

– Я Огерт! – рвался ответ из десятка глоток.

Зазвенели, сшибаясь, клинки. Загудели щиты от мощных ударов.

Выполняя чужую волю, схлестнулись в бою мертвые воины, не знающие ни страха, ни боли, ни усталости. Копья застревали в их телах, клинки вспарывали плоть – а они продолжали биться. Хрустели, ломаясь, кости, вываливались внутренности – но давно умершие бойцы не замечали этого.

– Мы заберем твое тело! – хрипели страшные голоса.

– Попробуйте! – гневно кричал Огерт, подчиняя себе все больше и больше мертвяков.

Кто смеет противиться ему? Жалкие трусы, где-то сейчас прячущиеся! Не отваживающиеся выйти на поле боя, чтобы встретиться с ним – с калекой – лицом к лицу!

Оскалившиеся головы слетали с плеч, но и обезглавленные мертвяки еще могли сражаться. Отрубленные конечности падали на землю и продолжали двигаться – отсеченные ноги дергались, корчились, подпрыгивали, обрубки рук царапали землю, хватались за траву, цеплялись за все, что подворачивалось.

Огерт упивался могуществом. Больше он не сдерживал свой дар, свое великое умение, дающее неограниченную силу. Все недавние страхи, все опасения сейчас казались глупостью.

Он был могуч.

Разве может что-то сравниться в этим великим чувством?

Огерт забыл о боли и страхе. Даже смерть для него не существовала.

Кто теперь посмеет назвать его калекой?! Его – многоглавого, многорукого, многоногого?! Его – хозяина многих тел!

Огерт гневно рычал, закатив белесые глаза. Он вспотел, но от него веяло холодом. Облако темного тумана окутывало его фигуру, оно колыхалось, вздувалось черными пузырями, выбрасывало щупальца.

А некроманты все наступали, не желая признать, что у них все меньше и меньше шансов на победу:

– Мы заберем твое тело, калека! А Кхутул возьмет твою душу!

Огерт услышал проклятое имя и разъярился еще больше.

– Я!! – В один хор слились голоса сотни мертвяков. – Я убил Кхутула!! – Огерт кричал так, что кровь брызгала изо рта. – Он проклял меня!! – Алая пена летела с губ. – Он сделал меня калекой!! – Стучали, скрежетали зубы. – А я прикончил его!! Я и мои друзья!!.

Тьма клубилась вокруг. Тьма туманила разум.

Огерт все кричал и кричал исступленно, не понимая смысла слов. Картины прошлого мешались с видением настоящего.

Дар некроманта подчинил Огерта…

…Гиз выскочил откуда-то сбоку. В руках он держал заостренную жердь – длинную, крепкую, тяжелую. Он вонзил ее в мертвяка, опрокинул его, протащил несколько шагов. Он боялся мертвяка, но еще больше он боялся за жизни друзей, и этот страх давал ему силу.

Муха…

Толстые мухи ползали в траве. Толстые нажравшиеся мухи, откладывающие яйца.

Нелти качнулась, ноги ее подкосились. Она глубоко вздохнула и осела на землю.

Черви под рукой…

Мертвяк пару раз ударил по засевшей в ребрах жерди, но переломить ее не смог. Он схватился за нее, попытался выдернуть ее из себя.

Ребенок на-равных боролся с ним. Ребенок был необычайно силен. У него была сила мужчины.

Сила охотника.

– Кто ты?..

Мертвяк все же вытащил деревянное острие из своего тела. Потянул жердь на себя.

Малыш упирался и не выпускал примитивное оружие из рук.

– Кто ты?!

Ночь была рядом. И Кладбище тоже…

Хозяин Кладбища – хозяин мира…

Мертвяк уже почти подтянул Гиза к себе, но ребенок вдруг выпустил жердь и отскочил. В руке его сверкнул нож.

– Гиз… – простонал мертвяк, приподнимаясь. – Я знаю имя… Тебя зовут Гиз…

Мальчик задрожал, попятился. Взгляд его заметался по сторонам, то ли укрытие выискивая, то ли оружие, то ли еще что.

– Чего ты хочешь, Гиз? – Мертвяк отшвырнул жердь, встал на четвереньки. – Ты хочешь жить? – Голос мертвяка был вкрадчив, почти ласков. – Хочешь, чтобы твои друзья жили?.. – Он полз. Он медленно подбирался к Гизу. И глядел ему в лицо.

Мертвяк хотел поймать взгляд мальчика.

– Ты хочешь, чтобы все было как прежде? Хочешь, чтобы я был мертв? Ответь мне. Ответь, и все будет так, как ты скажешь. Только ответь!

Мальчишка был опасен, мертвяк чувствовал это. Но насколько опасен? Сколько в нем силы? Велик ли его дар? И понимает ли он сам свою власть?

– Скажи мне, чего ты хочешь?..

Кто вообще эти дети? Почему они здесь?..

Гиз пятился. Какое-то чувство подсказывало ему, что нельзя смотреть мертвецу в глаза. И нельзя с ним разговаривать.

Ползущий на четвереньках мертвяк собирался с силами. Он готовился к последнему броску. И заговаривал своего малолетнего противника:

– Ответь, и я никого не трону, если ты того хочешь. А иначе… – Он оскалился, зарычал утробно. – Иначе я выпью вашу кровь. Я перегрызу глотку тебе, твоему другу и девчонке. Я заберу ваши души и вашу силу. Этого ты хочешь, Гиз? Ответь!

– Нет! – не выдержав, отчаянно крикнул Гиз. – Оставь нас!

– Оставлю, – тотчас ответил мертвяк, остановившись. – Но вы должны кое-что для меня сделать.

– Что? – Гиз понимал, что совершает ошибку, разговаривая с мертвецом, но и остановиться уже не мог.

– Кхутул. Запомните это имя. Это все, что я прошу. Кхутул…

Небо вдруг почернело, и холод сжал сердце Гиза. Перед глазами все помутилось, мир закачался, поплыл, стал растворяться, превращаясь в серое струящееся марево.

– Кхутул… – вновь прокатилось глухим громом. – Кхутул…

Проклятое имя – имя проклятого…

Гиз закричал, поняв, что сейчас случится что-то страшное, и с ножом в руке бросился на превращающегося в дымку мертвяка.