Чтение онлайн

При иных обстоятельствах Сесили вознесла бы благодарственную молитву за это маленькое чудо спасения от холодной влаги, но теперь она чувствовала себя так, словно попала в западню. Снаружи шел проливной дождь, где-то неподалеку находился Оливер Белкот. В темноте ночи остался родовой круг Фоксов, в котором до сих пор, наверное, эхо повторяло ее неслыханно дерзкие слова. Далеко остался и замок Фолстоу с праздничной пирушкой по поводу Сретения.

Сесили чувствовала, что за те короткие минуты ее пребывания в круге Фоксов, которые прошли между ее неожиданной встречей с Джоан Барлег и последующим появлением Оливера Белкота, она изменилась каким-то непостижимым, сверхъестественным образом.

Так кто же она теперь? Достаточно ли у нынешней Сесили храбрости и смирения, чтобы отправиться в ночь, под проливным дождем, на поиски раненого человека? Или же она трусливо спрячется в развалинах, ожидая, когда прекратится дождь, чтобы поспешить домой, притворяясь, что не случилось ничего особенного?

Она боялась Оливера Белкота. Боялась его безнравственных жизненных принципов, дурной репутации, распутного поведения. По словам Джоан Барлег, Оливер смеялся над ней, считал такой же холодной, как ее старшая сестра Сибилла. Он даже не видел в ней женщину. Для него она была недоразумением или, может быть, чем-то вроде полезного предмета обстановки.

— Помогите мне встать! — сердито передразнила она Оливера. — В какой стороне находится Фолстоу? Вот свинья!

Ахнув, Сесили зажала рот ладонью. С ней определенно происходили какие-то непонятные изменения и, кажется, совсем не к лучшему.

На рассвете надо будет сходить к отцу Перри, прежде чем отсылать письмо в женский монастырь. Нет сомнений, в нее вселился дьявол, когда она решила молиться в языческом круге Фоксов. И теперь, прежде чем уйти в монастырь, надо изгнать этого дьявола. Оставалось только надеяться, что процесс не будет слишком болезненным.

Сесили не успела как следует поразмыслить о таинствах экзорцизма, когда справа от нее в соседнем дверном проеме показался Оливер Белкот и, повернувшись к ней спиной, направился прямиком к центральному столбу, не подозревая о существовании опасного провала, уже частично наполненного дождевой водой.

— Сесили! — раздался его пьяный возглас.

От неожиданности она со стуком уронила масляную лампу, и все погрузилось в кромешную тьму.

— Оливер! — испуганно вскрикнула она и бросилась вперед, протягивая перед собой руки, чтобы успеть схватить его сзади за одежду. В темноте она споткнулась об упавшую лампу, которая со стуком и звоном покатилась в яму. В ту же секунду Сесили ухватилась за одежду Оливера и изо всех сил дернула его назад. Издав скорее удивленный, нежели испуганный вопль, он обернулся к ней лицом, мгновенно обхватил левой рукой талию и всем телом прижал ее к холодной каменной стене.

От него пахло вином и… опасностью. Сесили невольно выставила вперед руки, и теперь ее ладони упирались ему в грудь. Это было похоже на интимное объятие… Тем сильнее она удивилась, услышав его горячий шепот:

— Вы хотели убить меня?

— Да! Именно поэтому я оттащила вас от края вместо того, чтобы столкнуть, жалкий вы негодяй! Еще шаг, и ваши тупые мозги вытекли бы из расколотой головы!

Он еще сильнее прижал ее к стене и, часто и прерывисто дыша, спросил:

— Что это на вас нашло, Святая Сесили? Может, на вас так подействовал магический круг Фоксов? Там бродят призраки тех, кого вы уже успели погубить?

— Может, и так, — ответила она, и в голосе, неожиданно для нее самой, прозвучали мурлыкающе обольстительные нотки. — Страшно?

Она чувствовала исходившее от него тепло. Казалось, он медленно, по-звериному принюхивается к ней.

— Неужели я выгляжу испуганным? — тихо спросил он и вдруг плотно прижался бедрами к ее мягкому лону.

Она ахнула от неожиданности и отвернулась, но тело, помимо ее воли, подалось вперед, навстречу мужскому естеству.

— Мужчина со сломанной рукой не должен угрожать, если не в состоянии выполнить свои угрозы, — с вызовом проговорила Сесили, чувствуя, как лицо покрывается горячим румянцем и на глаза наворачиваются слезы. Это было так низко, так отвратительно, так…

Приятно. Он хотел ее. Это было настоящее безумие.

— С рукой все в порядке, — пробормотал Оливер. — И с самой главной частью тела тоже все в порядке, обманщица!

Ее руки скользнули вверх по его груди и, когда он прильнул губами к ее шее, она подняла голову и хрипло засмеялась. Это было настолько не похоже на нее, что Сесили на мгновение испугалась.

— Разве теперь вы уже не боитесь меня? А вдруг я вас убью? — поддразнила она Оливера.

— Мм, — промычал он, целуя ее в шею. Потом он слегка куснул ее, и она слабо вскрикнула. Оливер невозмутимо продолжил: — Мы еще посмотрим, кто кого боится, когда я войду в тебя.

С этими словами он быстрым движением отодвинул ее от стены, ловко повалил на устланный опавшей листвой и мхом каменный пол и сразу оказался над ней, опираясь на левый локоть и прижимая правую руку к телу.

— А если я закричу? — прошептала Сесили, вовсе не собираясь этого делать.

— Этого я и хочу добиться, — ответил Оливер, правой рукой задирая подол ее юбок. Сесили почувствовала прикосновение холодного воздуха к оголившимся выше колена ногам.

«Что ты делаешь? — закричал ее внутренний голос. — Девушка, собравшаяся в монастырь, не должна вести, себя так. Подумать только! Совокупляться, подобно животному, в заброшенных развалинах, да еще с мужчиной, не только имеющим репутацию отчаянного бабника, но и пьяным, со сломанной рукой и вдобавок ко всему помолвленным с другой женщиной!»

— Оливер! — прошептала она, чувствуя его горячие губы на шее. Целуя, он коленями раздвигал ее ноги, и она, к собственному немалому удивлению и даже испугу, нисколько этому не сопротивлялась.

— Что? — глухо отозвался он.

Его надо остановить, пока у нее осталось хоть немного здравого смысла.

— Нам нельзя этого делать, — сказала Сесили, стараясь, чтобы слова прозвучали как можно убедительнее.

Оливер на мгновение замер.

— Очень даже можно, — прошептал он в следующее мгновение, снова целуя сначала ее шею, потом ямочку между грудей. — Ты сама завлекла меня сюда…

— Ничего подобного! — запротестовала Сесили.

— …соблазнила с помощью древней родовой магии… твое ангельское лицо, твое тело…

— Нет!

Он снова поднял голову, еще плотнее прижимаясь бедрами к ее лону. Сесили слабо вскрикнула, почувствовав горячее прикосновение возбужденной мужской плоти.

— Ты околдовала меня своими чувственными губами…

— Я не ведьма, Оливер, — прерывисто прошептала она, — ты просто пьян и плохо соображаешь…

— Да, я пьян, — согласился он, — но сегодня вечером я понял, почему мой брат был без ума от твоей сестры — холодной, бессердечной, бесстыжей соблазнительницы! Ты такая же, как твоя сестра. Думаешь, можно безнаказанно дразнить меня?