Чтение онлайн

Послышались осторожные шаги. Из кустов вышел Мор и с ним какой-то незнакомый белый – угрюмый рябой парень с черным платком на толстенной красной шее. Мориц поспешно вынырнул из бурьяна и согнулся в поклоне.

– Ну? – сказал Мор, прищуриваясь на него.

– У меня все в порядке, сэр, – еще раз поклонился Мориц. – Вчера они заложили в шахту динамит, сэр, только я пробрался туда и вот что сделал. – Он вытащил из-за пазухи изрядный кусок запального шнура. – Я обрезал его у самого заряда, сэр. – Мориц смотрел на повелителя преданными собачьими глазами. Он ждал похвалы.

– Дурак! – сказал Мор. – Это могут заметить. Просто надо хорошенько смочить шнур, в шахте воды хоть отбавляй. Понял, образина?

– Понял, сэр, – усердно закивал Мориц. – Я так и сделаю, сэр. Сегодня ночью…

– Вот этот джентльмен, – перебил его Мор, кивая на рябого, – будет твоим начальником. Только если он появится на руднике, сделай вид, будто не знаешь его. А если он тебе понадобится, если что срочное, беги сюда и воткни вот тут любую палку. Понял?

– Понял, сэр.

– Награда от тебя не уйдет. – Мор осклабился. – Ну, а струсишь и завиляешь перед Бозе своим обезьяньим хвостом, помни: этот джентльмен, – он легонько похлопал рябого по плечу, – придушит тебя. Или пристукнет. У него это хорошо получается.

Рябой кивнул. С очень серьезным видом.

– А теперь можешь убираться.

Мориц метнулся в бурьян. Но вовсе не за тем, чтобы оставить тех вдвоем. Он давно смекнул, как полезно знать, что говорят люди – и твои враги, и друзья, – когда не видят тебя. Поэтому-то, метнувшись в бурьян, он бесшумной змеей вернулся, чтобы подслушать, о чем будут толковать белые.

Они пили виски из фляги, чтобы согреться. Потом Мор сказал:

– Я пойду, еще много дел. Смотри не зевай тут. Имей в виду, у меня с этим Бозе особые счеты. Я совсем не обижусь, если ты невзначай, в заварушке, пошлешь старикана на тот свет.

– Можно, – мрачно согласился рябой; мрачность его была, как видно, прирожденной; предложение Мора, похоже, понравилось ему.

– Но рудник, повторяю, должен остаться целехоньким. Я, пожалуй, подкину тебе сверх договоренного, ты уж постарайся.

– Этот черномазый не подведет?

– Не подведет. Он сообразительный, знает, на кого работать. Только сам-то ты не плошай.

Мориц за эти слова, пожалуй, расцеловал бы противную рожу Мора.

– Ну ладно, я буду недалеко и навещу тебя. – С этими словами англичанин скрылся в зарослях кустарника.

Рябой остался один. Он сидел, уставившись в землю, и, должно быть, мог просидеть так хоть вечность. Морицу здесь делать было больше нечего…

День тянулся медленно. Мориц старался не спускать глаз с Бозе. Старик томился бездельем. Он то присаживался за библию, то бродил, прихрамывая, по комнатам, то выходил на рудничный двор, сердито ерошил совсем побелевшую бороду и зачем-то смотрел на небо. «Смотри, смотри, – думал Мориц, – молись своему богу, это нужно, потому что скоро рябой отправит тебя прямо к нему».

На дворе дежурили трое – мулат Самсон с двумя парнями-неграми. У Самсона было ружье, у парней – дубинки. Они мерно прохаживались или сидели под навесом у вашгердов и курили табак, разговаривая о чем-то.

Молодая хозяйка шила в своей комнате. С ней была и гостья – фрау Петерсон. Они все время шептались и пересмеивались – похоже, о будущем внуке Артура Бозе. Марта сновала по дому. Бозе оставил ее тут, как хотел того зять, и теперь Марта стала Изабелле чуть ли не подружкой. Мориц с каждым днем ненавидел ее все больше.

Стали накрывать стол к обеду.

– Мориц, принеси на кухню воды, – распорядилась Марта.

Сволочь, она им командует! Ладно. Ты у меня еще заверещишь!

– Можно?.. Вот, зашел навестить…

Это Клаас Вейден. Он каждый день приходит к обеду. Совсем сморщился и повосковел, только нос красный, волосы повылезли, а туда же – нацепил кобуру с револьвером, вояка!

– Мориц, ты принесешь наконец воды?

Сволочь, сволочь! Сейчас как раз бы только и вострить уши: хозяин с Вейденом начнут болтать и что-нибудь да выболтают важное, а тут беги за водой… Мориц схватил бадью и, громыхнув ею, выскочил за порог. Когда он вернулся, они все еще не сели за стол. В чем дело? Ах, вот оно что – пожаловал этот сморчок Секе. И, видимо, с какими-то новостями: все сгрудились возле него растревоженные, обдумывают что-то.

– Ну ладно, – сказал наконец Бозе, – хоть и неизвестно, какой это пес обрезал запальный шнур, скажем ему спасибо. Разом все яснее стало. И вот что я решил. Все равно не миновать нам прихода англичан, и все равно – завтра подрывать шахту или сегодня. Англичанам я рудник хоть как не отдам. Будем рвать сегодня. Немедленно! – Борода у него встопорщилась, голос окреп, сейчас Артур Бозе походил на прежнего здоровяка. – Вейден, забирайте Секе и еще раз проверьте заряды, целиком смените шнур – и начнем. Чему быть, тому быть.

Мориц медленно, скованно пятился от двери. Ноги стали хуже деревянных. Надо бежать. Они могут схватить его. Надо бежать, скорее бежать к рябому, воткнуть палку – тревога!

Госпожа Петерсон спросила что-то, и опять раскатился бас хозяина:

– Я, конечно, догадываюсь, чья подлая рука сотворила это.

– У господина Вейдена все время было подозрение, – вставила Марта.

Мориц прыгнул в дверь. К сараю, в овраг, скорее!

Никакой палки втыкать не понадобилось. Рябой парень сидел на месте, посасывал из бутылки бренди. Мориц, захлебываясь словами, поведал новость.

– Не трясись, – сказал рябой. – На-ка, отхлебни.

Горло ожгло, Мориц поперхнулся, но скоро дрожь и верно прошла.

– Торопиться не будем. – Парень допил то, что оставалось. – В шахту есть второй ход. Так?

– Им теперь не ходят, сэр.

– Ну и расчудесно. – Туповато-мрачное выражение его лица не менялось. – Ты пройдешь к этому ходу и, как услышишь мои выстрелы, бросайся и режь шнур. Потом раскидаешь динамит или запрячешь его и сиди жди, позовем.