Чтение онлайн

Неожиданным движением он вырвал из ножен меч, и Богдан невольно дернулся к оружию. Но Тассилон всего лишь поцеловал клинок и повторил: «Клянусь!», после чего вернул меч в ножны.

– Как я уже сказал вам, – продолжал он, – даже его величество в такие подробности мы посвящать не станем. Хотя у нас с ним весьма доверительные отношения, но эти сведения, узнай их король, вполне могут стать достоянием ещё нескольких людей, а сами понимаете, в этом случае уже трудно хранить секреты.

– Увы, – покачал головой Богдан, – что знают двое…

– Прошу прощения?

– У меня на родине есть такая поговорка: что знают двое, знает и свинья.

Тассилон засмеялся:

– Отлично сказано! В нашем случае, будем считать, что это знаем мы двое, больше пока не будет знать ни одна свинья.

– Хорошо бы, – кивнул Богдан. – Если нас не считать свиньями.

– Это зависит только от нас, – вполне серьёзно подчеркнул барон. – Давайте обсудим детали вашего поведения при дворе, а потом, думаю, вам стоит лечь спать, чтобы утром быть свежим и полным сил.

После столь насыщенного разговора, несмотря на усталость, состояние настороженности не покидало Богдана полностью, и утром он проснулся рано. Часы, установленные приблизительно на местное время по солнцу, показывали половину восьмого. Всё тело ломило с непривычки к езде верхом, хотя он уже напутешествовался к этому времени изрядно и никак не мог называться изнеженным городским жителем.

Единственным облегчением оказалось то, что мазь, принесённая вечером слугой Тассилона, возымела прекрасное действие: ягодицы почти не саднило, и даже можно было уже вполне сносно сидеть. То ли снадобье было действительно настолько эффективным, то ли на Планете Граней сказывались какие-то особенности местных условий. Вообще, Богдан уже заметил, что небольшие царапины и синяки заживали здесь куда быстрее, чем на Земле, а серьёзных ран он, к счастью, пока не получал и очень надеялся, что сумеет их избежать.

Богдан отодвинул задвижку и попробовал открыть дверь. Выяснилось, что он по-прежнему находился взаперти. Один из воинов, дежуривший у двери, принёс свежей воды для утреннего туалета и обещал доложить барону Тассилону, правда, предупредив, что пока ещё рановато.

Богдан умылся, пригладил волосы, посматривая в серебряное зеркало, после чего погрыз остатки вчерашнего ужина, попил кисловатого винца и стал в который раз гадать, как же могут развернуться события.

Если верить Тассилону (а не верить ему, пожалуй, не стоило), у Богдана есть все шансы получить отряд, с которым спокойно можно проехать мимо точки перехода на грань Африки. Оттуда, судя по карте, рукой подать до прямого перехода во дворец. И – всё, он в полной безопасности: ванна, душ, чистые простыни, комфорт и блаженство высоких технологий, вплоть до той комнаты с виртуальными утехами, которые почти не отличить от настоящих…

Конечно, во дворец в любой момент может вернуться настоящий хозяин, но всё равно там спокойнее и уютнее, чем на островах в океане, среди динозавров или средневековых замков.

И впредь он будет осмотрительнее. Если бог даст вернуться, то надо будет проконсультироваться у «компьютеризированного домоправителя», существуют ли какие-то индикаторы скрытых точек перехода, чтобы потом не попадать столь глупо в расставленные ловушки.

О том, как он сумеет вблизи от «африканской» точки перехода ускользнуть от воинов, которых дадут для сопровождения, Богдан особо не переживал – способ он найдёт, даже, скорее всего, без радикальных мер. Правда, сейчас, немного подумав, он стал оценивать неожиданно замаячивший перед ним второй вариант: путь к точке, что лежала дальше всего, и от похода к которой он сначала отказался.

Эта точка, находившаяся на территории Свято-славского княжества, была самой далёкой от места, где Богдан «высадился» на эту грань, но и самой удобной. Несмотря на то, что она находилась почти в полутора тысячах километров, она открывалась прямо во дворец. Конечно, по прямой расстояние было короче, но дорога петляла, требовалось огибать море, кое-где неудобные горные отроги и тому подобные препятствия.

В общем, это был трудный приз, но он давал ключ к прямому возвращению. Будучи один, Богдан не стал рисковать и выбрал хотя и более сложный, но, как ему представлялось, менее проблемный путь: короткий переход по грани Европы до точки на грань Африки, затем короткий переход там – и вот он, вожделенный дворец.

Но сейчас, в новых обстоятельствах, с Богданом собирались послать хорошо вооружённый отряд. Они постараются пройти безлюдными местами, и эти воины, местные жители, знают, как и куда лучше двигаться. Плюс он получает возможность посмотреть на здешнюю жизнь. Конечно, странствуя по лесам многого не увидишь, но тем не менее… Вряд ли это более опасно, чем топать одному по грани Африки!

Да и почему бы, в конце концов, не поучаствовать в игре, задуманной королём Астерийским? Богдан пока не видел Хруодланда, но Тассилон ему очень даже симпатичен. Так почему бы не оказать услугу этому достойному рыцарю, заодно получив удовольствие от настоящей политической игры? Поэтому Богдан уже совершенно серьёзно рассматривал вариант, когда он не просто сбежал бы от своих провожатых поблизости от точки перехода в Святославии, не дожидаясь встречи с Великим Князем, но готов был выполнить поручение его величества Хруодланда. И только после этого отправиться во дворец.

Ведь сбеги он ранее или, тем более, прямо сейчас, кто знает, выпадет ли ему когда-нибудь новая возможность вот так, «естественным» путём включиться в политические игры на уровне королевского двора на одной из граней? Что и говорить, возникшая ситуация являлась большим везением, и Богдан, в конце концов, не сидеть в роскошном и высокотехнологичном дворце собирался, а именно путешествовать, странствовать по граням. Естественно, отправляйся он сознательно, то и экипировался бы лучше, но так уж получилось, и надо извлечь максимум выгоды из данного расклада, а не просто бежать, сломя голову и поджав хвост. Хотел постранствовать по граням – вот и постранствуй! Действительно, звучит красиво: странник по граням!

Богдан в некотором возбуждении заходил взад-вперёд по комнате-камере, и даже начал насвистывать сквозь зубы. В конце концов, у него пока три обоймы к лучемёту есть, и даже пять патронов в нагане! «И десять гранат – не пустяк!», – как пелось в какой-то революционной песне. Тем более что у него гранат даже больше. Прорвёмся!

Прошёл час, затем два. Сейчас больше всего начинало раздражать, что события пока никак не развивались. Богдан уже хотел было снова позвать слугу или охранника – как там его следовало правильно называть, – но неожиданно дверь распахнулась, и перед ним предстал сам Тассилон, умытый и намазанный какими-то благовониями.

Вообще, именно запахи, а точнее – малое количество неприятных запахов, являлись особенностью, довольно неожиданной для Богдана. Когда-то, ещё в школе, историю ему преподавала дама, очень любившая свой предмет. Она подходила к программе нестандартно и часто вместо нудных проверок домашних заданий на предмет качества зазубренного материала из стандартного учебника читала своим ученикам весьма любопытные статьи из различных журналов или отрывки из книг по истории о нравах и обычаях минувших эпох..