Чтение онлайн

По комнате прошелестело:

— Добрый вечер, Виктор!

— Сегодня не очень хорошая вибрация. Мешает некоторый скептический настрой, но он, к счастью, не доминирует, и потому постараемся добиться результатов. Мартин Лайтфут делает все, что может.

— Это его помощник, индеец.

— Думаю, стоит завести граммофон, музыка всегда помогает. — Лучше всего духовный гимн, но можно и светскую музыку. Поставьте что-нибудь на ваше усмотрение, миссис Огилви.

Раздался скрежет — иголка не сразу встала на место. Но вот зазвучал гимн Веди нас, Чудный свет. Присутствующие стали тихо подпевать. Затем миссис Огилви сменила пластинку, поставив Боже, мы находим поддержку в прошлых веках.

— Они часто сами меняют пластинки, — сказала миссис Огилви, — но сегодня слабая энергия.

— Все в порядке, — произнес тот же голос. — Энергии хватило бы и сегодня, миссис Огилви, но мы бережем ее для материализации. Мартин говорит, что все идет успешно.

Портьера у входа в кабинет заколыхалась, раздуваясь, как от ветра. И действительно, почти сразу же все присутствующие почувствовали его ледяной порыв.

— Как холодно, — прошептала Энид, дрожа всем телом.

— На самом деле холодно — это не субъективная реакция, — пояснил Мейли. — Что и доказал в свое время мистер Гарри Прайс, замерив температуру. То же проделал и профессор Кроуфорд.

— Боже! — послышался сдавленный голос. Он принадлежал поклоннику масонства, любителю всего таинственного, который, наверное, впервые встретился с подлинной тайной. Портьеры раздвинулись, и из кабинета бесшумно выскользнула человеческая фигурка в черном одеянии. Дрожа и как бы страшась происшедшей с ней метаморфозы, она замерла как раз между хорошо видным в кресле медиумом и вскочившей со своего места миссис Линден. Последняя как могла старалась успокоить и ободрить видение. — Не волнуйтесь так, дорогая. Все в порядке. Вас никто не обидит. — Она из тех, кто здесь впервые, — объяснила миссис Линден гостям. — Многое пугает ее. И это естественно. Мы бы тоже испугались, перенесись мы мгновенно в их мир. Все хорошо, дорогая. К вам постоянно прибывают силы. Все идет нормально.

Видение приблизилось к людям. Все замерли, не сводя глаз с одинокой фигурки. Мисс Бэдли нервно захихикала. Охваченный ужасом Уитерби откинулся назад и тяжело задышал. Мелоун и Энид не испытывали страха, а, напротив, сгорали от любопытства. С улицы доносился однообразный шум. Там шла обычная жизнь, здесь же они находились с глазу на глаз с таинственным призраком. Поразительно!

Видение медленно двигалось по кругу. Вот оно поравнялось с Энид, оказавшись как раз напротив источника света. Наклонившись вперед, девушка могла отчетливо разглядеть женский силуэт. Это была пожилая женщина, черты ее лица становились видны все отчетливее.

— Это Сьюзен! — воскликнула миссис Болсоувер. — О, Сьюзен, узнаешь ли ты меня?

Фигурка повернулась к ней и утвердительно кивнула.

— Конечно же, дорогая, это твоя сестра Сьюзен! — вскричал и ее муж. — Она всегда ходила в черном. Поговори с нами, Сьюзен!

Видение покачало головой.

— В первый раз они никогда не говорят, — объяснила миссис Линден. Ее спокойствие и деловитое отношение к происходящему контрастировало с нервической реакцией остальных.

— Боюсь, она долго не продержится. Вот… уже исчезла. Фигурка, сделав несколько неловких шагов в направлении кабинки, как бы провалилась под землю — во всяком случае, так показалось гостям. Больше они ее не видели.

— Нужна музыка! — решила миссис Линден.

Все облегченно вздохнули и зашевелились. Зазвучала приятная мелодия. Неожиданно портьеры вновь раздвинулись и показалось еще одно видение. Это была совсем юная девушка с длинными распущенными волосами. Она быстро и решительно направилась в середину круга.

Миссис Линден удовлетворенно засмеялась.

— Вот теперь будет интереснее, — сказала она. — К нам пришла Люсиль. — Добрый вечер, Люсиль, — приветствовала девушку герцогиня. — Мы виделись месяц назад, когда медиум проводил сеанс на Малтреверс-Тауэр. — Конечно, я помню вас. К вам еще приходил маленький мальчик Томми. Нет, не называйте его мертвым. В нас больше жизни, чем в людях. Мы и живем веселее, резвимся, шалим. — Люсиль говорила звонким голосом, ее английский язык был безупречен. — Сейчас я вам покажу, что мы здесь можем делать, — сказала она и заскользила по полу в грациозном танце, весело насвистывая мелодию. — Бедная Сьюзен еще не может так танцевать. У нее нет практики. А Люсиль научилась владеть новым телом.

— Ты помнишь меня, Люсиль? — спросил Мейли.

— Конечно, мистер Мейли. Вас нельзя забыть: вы такой большой, да еще с рыжей бородой.

Тут Энид второй раз в жизни пришлось ущипнуть себя, чтобы увериться, что она не спит. Откуда взялось это изящное созданье, усевшееся теперь на стул в центре круга? Что это? Действительно ли материализованная эктоплазма, служащая временным пристанищем духа умерших людей? Обман чувств? Жульничество? Нужно было выбирать что-то одно из трех. Обман чувств отпадал сразу: не могло же всем померещиться одно и то же! Жульничество? Но видения разительно отличались друг от друга. Девушка была значительно выше пожилой женщины и в отличие от той обладала белокурыми волосами. Кроме того, перед сеансом кабинку тщательно обследовали и тогда же убедились, что ее устройство исключает возможность обмана. Оставалось только признать, что все происходит на самом деле. А если так, какие увлекательные перспективы сулит подобное открытие! Человечеству поистине следовало бы бросить все и заняться этим феноменом.

Между тем естественность Люсиль успокоила даже самых впечатлительных и нервных людей, все постепенно освоились и почувствовали себя свободно. Девушка с готовностью отвечала на сыпавшиеся со всех сторон вопросы. — Где ты жила, Люсиль?

— На этот вопрос лучше отвечу я, — вмешалась миссис Линден. — Нужно экономить энергию. Люсиль жила в Америке, ее родной штат — Южная Дакота, она умерла в возрасте четырнадцати лет. Кое-что из приведенных ею данных мы перепроверяли.

— Ты рада, что умерла, Люсиль?

— Мне здесь лучше. Но жаль мамочку.

— Она ничего не знает о тебе?

— От бедной мамочки меня отделяет стена из предрассудков. Мне трудно пробиться к ней.

— Ты счастлива?

— Очень.

— А это не грех, что ты приходишь к нам?

— Раз Бог позволяет, значит, не грех. А вот вам грешно сомневаться в Нем.

— Какую ты исповедовала религию?

— Католичество.

— Это правильная религия?

— Все религии правильные, если помогают человеку стать лучше. — Значит, безразлично, к какой церкви принадлежать?

— Важно, что люди делают, а не во что верят.

— Расскажи еще что-нибудь, Люсиль.

— У меня мало времени. К вам хотят прийти многие. Если я истрачу всю энергию, не останется другим. Знайте только — Бог очень добр. Вы, несчастные люди, даже не представляете, как Он благостен и великодушен: у вас на земле так сумрачно и неприветливо. Но это для вашей же пользы. Вам дается шанс заслужить небесное блаженство. А попав сюда, вы поймете, как Он велик и прекрасен.

— Ты видела Его?

— Что вы! Как можно видеть Бога? Он снаружи нас и внутри, Он всюду — Его невозможно лицезреть. Но я видела Христа. Он был в сиянии. А теперь прощайте… — Девушка шагнула в сторону кабинки и растворилась в темноте. Мелоун не знал, какое потрясение приготовила ему судьба на сегодняшний вечер. Из кабинки медленно вышла женщина. Невысокого роста, смуглая, довольно плотная. Миссис Линден сказала ей несколько ободряющих слов, а затем подошла к журналисту.