Страховой агент
Шрифт:
– Мы знаем, - ответила Миранда, и я услышал в ее голосе нотки отчаяния. Но у тебя, возможно, ничего не выйдет. Очень многое может случиться. Очень многое...
Уже в третий раз Грег оглушительно расхохотался. Это был смех дикаря, испорченного ребенка, считающего, что он - центр всего мира. Это был смех самого натурального бандита.
– У Джоты есть один маленький талант, - заявил, насмеявшись вдоволь, Грег, - а у меня есть Дар. Тем не менее, Джота действительно может быть полезен. Тут я с тобой согласен. Именно поэтому я и должен позаботиться о том, чтобы твои намерения относительно Джоты не осуществились. Поэтому сними-ка, детка, свой костюм.
– Я не могу, мне нужно вернуться и...
– Ты никуда не будешь возвращаться, дорогая. Во всяком случае, не в стасис. И через мост ты не пойдешь. Больше ты никуда не двинешься.
Возможно, в этот момент я бы не удержался и вылез наверх, но тут мост исчез с такой беззвучной быстротой и неожиданностью, что я чуть не вскрикнул.
Мост не сгорел, не растаял в воздухе и не померк. Он просто перестал существовать.
Миранда сделала шаг в сторону и повернулась, как-будто собираясь бежать. Грег протянул длинную руку и небрежным тычком сбил ее на землю.
Прошло некоторое время, прежде чем мои глаза приспособились к ослепляющему пламени. Грег, который находился с левой стороны, крепко держал меня за руку и наполовину вел, наполовину тащил.
Ничего нельзя было разглядеть, кроме огня и дыма. Часто мы шли прямо по жидкому огню - пылало масло или смола. Уверенность в своем костюме, которую я очень скоро ощутил - а весь костюм и даже сапоги сидели на мне удивительно удобно, - не могла заглушить ужас, преследующий меня. Спасало лишь ощущение, что все это происходит не на самом деле.
Самым ужасным впечатлением была гора костей. Я увидел ее в развалинах рухнувшего здания. Видимо, незадолго до кошмара здесь собралось множество людей. Они погибли одновременно: все скелеты лежали одной большой горой.
Только в этот момент я начал по-настоящему ненавидеть великанов. Кем нужно быть, чтобы знать о надвигающейся катастрофе и не попытаться предотвратить ее?
Сознание начало быстро возвращаться ко мне.
В самом центре бушующего огня был прохладный рай. Казалось, его отгораживало толстое стекло.
Но что я делаю в этом раю?
Грег привел меня сюда сквозь огонь - это я знал. Он собирался сорвать с меня костюм в том месте, где температура была особенно высокой - это я тоже знал. Однако я прошел сквозь огонь вслед за Грегом.
Тут, с некоторым удивлением, я заметил, что на мне остались лишь плавки. Костюм был снят. Он лежал на земле, рядом со мной. Теперь я понял, почему великаны старались надевать под костюм как можно меньше одежды. Костюмы должны были быть идеально теплоизолированы и совершенно не пропускать тепло внутрь.
Но даже великаны не сумели добиться конструкции, которая не пропускала бы тепло внутрь, но зато выпускала его наружу. Получалось, что ты плавишься в своем собственном тепле.
Я огляделся по сторонам.
Нас окружала довольно большая полусфера, вне пределов которой бесновалось пламя. Под ногами была ровная обожженная земля. Я заметил несколько камней, но обломков зданий не было видно. Мы с Грегом находились рядом с каким-то странным устройством, располагающимся в самом центре полусферы. Высота его достигала пятнадцати футов, а материал, из которого оно было сделано, казался гладким, как лед. Материал слегка серебрился, что наводило на мысль о металле, а прозрачность предполагала стекло или пластик.
Воздух здесь был чистым, запаха дыма и гари совсем не чувствовалось. Слабым ветерком веяло из центра стасиса - у меня не было сомнений, что это и был тот самый таинственный стасис, о котором они говорили.
– Мы в Грин Виллидже, - заговорил Грег.
– По чистой случайности, здесь находятся двое людей, с которыми ты знаком...
– Почему ты меня не убил?
– прохрипел я. Никакой благодарности я к нему не испытывал.
– Успеется, - оскалился он.
– Без этой штуки ты погибнешь.
– Он наклонился и поднял лежащий рядом со мной костюм.
– Без костюма ты не сможешь выйти отсюда.
И все же я уловил в его поведении какую-то неуверенность.
Мне становилось все лучше, и я спросил:
– Я не вхожу в список жертв? Ты не можешь меня убить? Карты легли иначе?
– Не существует такого понятия, как список жертв, -парировал он. Однако на этот раз он не стал смеяться.
– Если я решу, что ты должен умереть, так оно и будет.
Грег больше не желал разговаривать. Он отвернулся и подошел к самому краю купола. А потом, не обернувшись, вышел наружу. Невидимая стена вспыхнула, но не оказала никакого сопротивления.
Затем я заметил, что, хотя внутри стасиса нет ни жары, ни дыма, все звуки пожара доходят сюда - шипение, потрескивание, бульканье, скрежет и рев...
А потом я услышал чей-то голос. Нет, не чей-то, а... Джоты:
– Просыпайся, черт тебя побери, - говорил Джота.
– Просыпайся, дорогая кузина. Какой смысл лежать здесь, посреди этого кошмара? Просыпайся, маленькая красотка, пора заняться чем-нибудь полезным...
Дина? Здесь? Дина лежала на спине и крепко спала, а Джота стоял рядом с ней на коленях, спиной ко мне.
Он встряхнул ее, сначала осторожно, а потом более энергично.
– С тобой все в порядке, если не считать того, о чем никто говорить не будет. Пора просыпаться. Просыпаться и...
Такого не услышишь и от бродяги. Это была не просто грубость. Нет, это были разнообразные, изощренные непристойности, на которые Джота был большим мастером.
В другой ситуации я бы просто подивился такому красноречию. Но девушка, лежащая на земле, была моей сестрой Диной.
Мерзавца не волновало ни то, что она спала, и спала каким-то неестественным сном, ни то, что Дина по своему развитию была ребенком...