Стив
Шрифт:
У его вселенной было два центра — жена и космос. Причем, если о полетах он мог рассказывать часами, то как только речь заходила об Айрин, он тут же замолкал или начинал мямлить что-то нечленораздельное. Наверное, со стороны я выглядел примерно так же. О своем увлечении я мог говорить с кем угодно и как угодно долго, а вот про Юйшу… Про Юйшу — не мог.
Узнав, что я разбираюсь в старинных вещах, ко мне начали подходить женщины с различными, покрытыми пылью веков, древностями. Нескольким даже повезло оказаться обладательницами чего-то более-менее ценного. Особенно повезло старушке, которая сама могла считаться по возрасту местным раритетом — у нее была большая фарфоровая коллекция вазочек, которые сами по себе стоили не слишком дорого, но все вместе могли быть проданы за довольно кругленькую сумму. Бабулька притащила ко мне свою более молодую родственницу, которой я выдал координаты проверенной временем конторы, устраивающей аукционы на разных планетах, и написал на бумаге стартовую стоимость коллекции.
По утрам я занимался с Ангелом, днем болтался по дому с Мийем, вечером читал…
В этот день я с самого утра чувствовал себя как-то странно раздвоенно. С одной стороны, меня разрывало от счастья, что я наконец увижу снова Юйшу, а с другой… Ехать к ней на хутор не хотелось абсолютно. Смотреть в глаза Айлэйн и Шуйлли… Наверное им уже сообщили, что Мойшэ убит. И если кто-то из детей проговорился, то меня, скорее всего, подозревают. Прямых доказательств у них нет, но косвенные все против меня. И я уверен, что чудом выживший я и вернувшаяся вовремя Юйша сочувствия вызывать не будут — уж так люди устроены. Они будут переживать о погибшем Мойшэ и втайне осуждать нас.
Я хотел предложить Юйше, как вариант, приехать на хутор одной, выслушать про меня кучу гадостей, собрать вещи и переехать на недельку в Венгсити. Мне хотелось там оглядеться и понять, будут ли мои знания интересны столичным жителям? К тому же я был уверен, что выездные оценочные путешествия тоже могли бы принести мне популярность. Ведь не только у Юйши есть привычка притаскивать сувенирчики с разных планет.
Правда нам надо было найти, где жить, но Айрин сказала, что готова выделить нам две комнаты в своем офисе в Венгсити, на первом этаже. Одна была бы спальней, а вторую я бы превратил в кабинет. К тому же место довольно таки удобное — здание ДИС.
Мое деловое солнышко встречал меня сразу за взлетным полем. Улыбнувшись Джей и кивнув остальным членам команды, он схватил меня за руку и потащил в сторону:
— Давай сразу тут поговорим нормально, а потом я в зайку играть буду. А то мне неопределенность в роль войти мешает.
Девочки, ехидно усмехаясь, посоветовали отличную гостиницу, где сдают номера на час-два, для особо соскучившихся. Я пообещала воспользоваться их советом и присоединится к ним, как только мы закончим. Стийв, потупив глазки, старательно изображал смущение.
Как только мы скрылись от большинства людей в тени деревьев, он горячо зашептал:
— Юйш, давай я не поеду с тобой на хутор. Чего я там забыл, а?!
Юйша спокойно меня выслушала, задумалась ненадолго, а потом когда она уже начала говорить, что согласна, я вдруг сам передумал.
— А знаешь, давай все-таки вместе туда поедем. Не убьют же они меня, пока ты вещи собирать будешь? Зато, по крайней мере, ругать будут меня, а не тебе все претензии высказывать.
Не то чтобы я от счастья кипятком писал, представляя лица Цийры и Лийз, но мне вдруг подумалось, что отправлять туда любимую женщину одну слишком нечестно и… трусливо как-то. Да и вообще, мало ли что с ней на этом хуторе может случиться? А я сиди и дергайся? Нет уж, лучше сожму зубы, молча все и всех выслушаю, покиваю, и мы мирно и тихо переедем. Главное, Юйша согласилась с тем, что уже большая девочка и готова попробовать пожить отдельно от семьи.
Я отправила Джей сообщение, что у меня возникли срочные дела, и получила в ответ пожелание получить как можно большее число оргазмов от выполнения этих срочных дел.
Зная свою тетушку, я подозревала, что оргазмы мне не светят, и первоначальная идея моего мальчика просто не появляться на хуторе, нравилась мне больше. Мне казалось более правильным, чтобы я скаталась туда сначала одна, как бы в разведку, все уладила и потом уже вернулась бы со Стийвом.
Но мое солнце уперся и твердил, что не может меня отпустить туда одну и все тут. В конце концов я сдалась, и мы полетели на хутор.
Сначала я, как обычно, направилась к дому тетушки Лийз. Она ждала меня на крыльце, молча кивнула в сторону дома, также молча поднялась по лестнице и только в комнате обернулась и проговорила:
— Рассказывай. Все.
Выслушав мою аккуратно отрихтованную версию, тетушка молча посидела какое-то время, поджав губы, и потом кивнула в сторону Стийва:
— За то, что он тебя спас, сама наградишь, как считаешь нужным. А я его должна выдрать перед всем хутором, чтобы другим неповадно было…
Чего-то подобного я ожидала — наивно было верить, что тетушка одобрит побег с хутора, да еще в сумме со всеми остальными отягчающими обстоятельствами.
— Он это сделал, чтобы спасти меня!
— Он должен был предупредить меня!
— Я предупредила тебя про Мойшэ, а толку?!
— Заткнитесь! Обе! — Мы с тетушкой так и застыли, глядя на Стийва, — Если ей так приспичило меня выпороть, пусть удовлетворится, мне не жалко!
— Мне жалко! — тоже рявкнула на него я, — Не путай ремень и кнут, мой мальчик!
— Слушай, — вдруг абсолютно спокойно проговорил Стийв, — я не уверен, что стою того, чтобы ты из-за меня сорилась с семьей. К тому же ты предупреждала, что будет лучше, если ты поедешь одна, а я все равно с тобой поперся. Давай уладим все мирно и спокойно. Твоей тете насрать на то, что я тебя спас, но важно, что я сбежал с хутора. Пусть она меня выпорет, ей полегчает, и вы помиритесь.
В его предложении звучало немного логики, но вся фраза целиком просто одуряюще пахла какой-то подставой. Будь я на месте Лийз, ни за что не повелась бы, но она не так хорошо чувствовала мое солнышко.
Когда тетушка вышла, чтобы приказать малышне созвать народ, и вообще приготовить все для предстоящего наказания, я подошла к Стийву вплотную. Сначала залепила ему пощечину: «Это тебе за то, что посмел на меня голос повышать!» Потом потянула за челку и, повернув лицом к себе, глядя в глаза, спросила: