Чтение онлайн

— И еще. Диана сказала, что вы не реквизировали наших горилл. Это нонсенс. Экземпляры для изучения, столь необходимые спецам ОСБЦ…

Ливнев вздохнул.

— Причина та же — я верю в людей. Даже если рискую карьерой, как в данном случае. Именно я настаивал на Совете [27] оставить все как есть. Ну что мы получим, реквизировав горилл? Двенадцать экземпляров? А оставив, получаем в свое распоряжение опыт и знания прекрасного специалиста… Ваш заказчик, Шанкар Капур, — признанный авторитет в области изучения инопланетных человекообразных. Мой расчет оправдался: сутки назад получено его согласие на самое тесное сотрудничество с нами и любыми учеными, желающими принять участие в мозговом штурме задачи, причем без всякого давления с нашей стороны. Он был в восторге, когда мы предложили ему обмен данными по проблеме и прямой доступ в архивы УОП и Комиссии по Контактам. Ведь он и понятия не имел, какого рода животных вам заказал. А понадобятся ОСБЦ «личные» гориллы — наловим. Вы же поймали. Учтем ваш опыт. Мы ведь беспардонно скопировали все ваши данные и видеохронику по Тихой… А вы, я заметил, даже и не сердитесь на нас за наглость? Вот видите! У меня есть причины доверять людям…

Мы распрощались с Ливневым у шлюза, и я взял на себя смелость пригласить его в гости в чужой дом — в особняк Кэт в Монреале, когда он будет на Земле.

— Уверен, она одобрит, когда придет в себя. И все наши тоже.

— С радостью, — улыбнулся Ливнев и протянул мне руку: — Ну что ж, будем знакомы? Вячеслав. Но друзья зовут меня просто Слава.

Когда за ним закрылся люк шлюзовой камеры, я подумал, что всегда буду рад встрече с этим необычным человеком. Я уже немного жалел, что не поговорил с ним о рэдвольфах. Мысль о чудовищах, с которыми мы столкнулись на Тихой, странным образом тревожила меня, причем это никак не было связано с моими личными переживаниями. Я хорошо понимал причины беспокойства ученых и ОСБЦ относительно горилл. Люди давно привыкли жить в Большом космосе как в собственном доме. Но мы чувствовали себя царями природы и повелителями Галактики лишь до тех пор, пока природа нам это позволяла. Столкнувшись с животными, которые превосходили человека во всем, и чей потенциал в начале эволюционного пути оказался выше, чем сумма достижений, могущая ожидать нас самих в его конце, мы начали чувствовать неуверенность в себе и завтрашнем дне. Как нарочно, это оказались обезьяны — существа похожие на тех, от которых, согласно Дарвину, когда-то произошли мы сами. Однако меня не покидало ощущение, что рэдвольфы могли оказаться не менее опасны, чем гориллы. Возможно — более опасны.

И еще я думал о Берке. На мой запрос Диана ответила, что оба его корабля уже ушли из системы Тихой. Один раз он здесь потерпел неудачу, во второй его и вовсе не допустили на планету. Насколько я знал Джонни, он, несомненно, попытается снова.

— Мы, несомненно, попытаемся снова, — сказал Маркус Мендель. — Временные трудности с высадкой на Тихую не имеют значения, они преодолимы тем или иным способом.

Герхард Снельман, президент объединения «Евгеника», бессменно занимавший сей пост в течение многих лет подряд, наклонился вперед, и его оплывшее, без выражения лицо заняло весь экран над столом в кабинете Менделя. Кабинет был связан с резиденцией Снельмана конфиденциальной линией связи, и они имели возможность общаться не опасаясь прослушивания.

— Видит Бог, как я ценю твои таланты, Маркус. Но не кажется ли тебе, что неудача на Тихой вызвана лишь задержкой с высадкой охотников Берка, а задержка, в свою очередь, является следствием твоего желания ухватить сразу все? Не спорю, что гориллы Фостера весьма занятны. Но тебе лучше было сосредоточиться на поимке существа, которое более интересно для нас — рэдвольфа. Его жизнестойкость удивительна. Это почти бессмертие. — Снельман уперся в Маркуса немигающим взглядом. — Понимаешь? БЕССМЕРТИЕ!!! Точнее — наш путь к нему, когда существо попадет к нам в руки. Ты уже упустил возможность послать людей на Феникс…

Маркус понимал, почему Герхарда так заботит проблема бессмертия. Один из немногих, он знал, что президенту «Евгеники» осталось жить считанные годы, и традиционная медицина уже не могла ему ничем помочь.

— Ты просто еще не видел мой последний отчет по гориллам, — спокойно сказал Мендель. — Не так-то легко выудить сведения из ОСБЦ. Когда увидишь — поймешь.

— Что бы ни было в отчете, ты не мог знать это несколько месяцев назад, когда задержал экспедицию ради подготовки к отлову горилл, — отрезал Снельман.

— Знать — нет. Просчитать — да. Посмотрев отчет, ты согласишься, что я не ошибся. А сейчас позволь мне заняться другими делами. Известный тебе инспектор допуска оказался на редкость дотошным. Он настоял-таки на внеплановой проверке «СОЗ-Тихая», раскопал всю подноготную деятельности Василиадиса, в том числе — в нашу пользу. Связь директора заповедника с «Евгеникой» обнаружить невозможно, однако его уже сняли с должности. Мне вряд ли удастся еще раз протолкнуть туда своего человека. Но, по крайней мере, стоит позаботиться, чтобы место Василиадиса занял гражданский, а заповедник не превратился в зону, полностью подконтрольную ОСБЦ. Предлагаю пустить в ход наши связи в правительстве…

После визита Ливнева я приказал Диане готовиться к старту. Кэт и Крейг пока были без сознания, но состояние их больше не внушало опасений.

Малыш быстро приходил в себя и уже передвигался по своей каюте и коридорам корабля самостоятельно, придерживаясь рукой за стенки. Иногда его начинало раскачивать как пьяного — в таких случаях Диана настаивала на его немедленном возвращении в каюту. Я, вместе с командой роботов обслуги, приводил в порядок наше хозяйство. Ребята с «Тамерлана» действительно доставили с Тихой на «Артемиду» решительно все, сложив принадлежащее нам имущество посреди грузового отсека. Предстояло его осмотреть, разобрать и разложить по местам. Себе они забрали только комбез Малыша и демонтированный с «Рейнджера» мертвый кристалл киб-мастера — для исследований. Рик, узрев, как я изувечил скутер, на котором вез саркофаги, обозвал меня варваром и обещал поколотить, когда окончательно поправится. На восьмые сутки пути к Безымянной очнулся Крейг. По сигналу Дианы я помчался в медотсек. Крейг лежал, убирая ладонью с лица остатки откачанного теперь из реанимационного блока стабилизирующего раствора, и свирепо глядел на меня через прозрачную крышку. Маску, закрывающую рот и нос, он уже снял, и я хорошо слышал его голос через динамик.

— Я так и знал, что дело кончится именно этим, когда вы с Кэт заявились ко мне пять лет назад с предложением основать охотничью фирму! — сказал он. — Черт меня дернул согласиться!.. Почему я не могу шевелить левой рукой?

— Тебе ее чуть не откусили.

— Ну, вот! У меня уже и так протез вместо правой, а теперь…

— Левую ты не потеряешь, ее приведут в порядок. После выгрузки добычи на Безымянной первым делом отвезу вас с Кэтти на Ульмо. В «Гиппократе» вас подлатают в два счета.

— А что с Кэт?

— Она в соседнем саркофаге. Ее сильно покусала такая же тварь, что набросилась на тебя.

— Надеюсь, ты моего монстра прихлопнул?

— С большим трудом. Второго убили вместе с Риком. Третьего я взял в одиночку, из гранатомета. Невероятно живучие твари. Кстати, что ты тогда сказал на счет позвоночника? Про средний отдел?

— Просто догадка. Видел шишки у него на боках? Похоже на рудименты конечностей. И сама форма тела… Мне пришло в голову, что далекими предками этого животного могли быть многоногие. Еще одна пара ног на таком теле смотрелась бы к месту.

— Господи, Крейг, тебя чуть не убили, а ты успевал заниматься наблюдениями?!

— Но это же просто в глаза бросается. А у многоногих Тихой спинной мозг развит сильнее, чем… Да что тебе объяснять, невежа. Погоди, а Малыш?

— Он в норме. Попал в переделку, но теперь почти выздоровел.

— Естественно! — возмутился Крейг. — Все нормальные люди лежат в саркофагах, а вы двое… Постой, Пит, не уходи. Скажи Диане, пусть немедленно отмоет меня от этой липкой гадости! Остановись!.. Пит, ты мерзавец. Кальян? Скажи Диане…