Чтение онлайн

— Не ударилась? — рука на заднице повела вверх, а я поняла, что начинаю себя очень плохо чувствовать. Настолько, что прямо сейчас хочется чтобы эта ручка не на заднице была, а в местах не столь от неё отдаленных.

Совсем легко и почти невесомо, Кай провёл мягкой ладонью по моей коже и тихо повторил свой вопрос:

— Нуна? Всё хорошо? — я прямо увидела, как его губы двигаются над моими, а запах дразнит даже вкусовые рецепторы во рту.

Сердце стало бухать, как паровой двигатель, чем и вызвало собственно последствия, из-за которых я бы сходила в душ опять. Холодный.

— Я… — почти отпихнула Кая, опомнившись, но тут же ощутила, как из меня выбили дух, кажется разом.

Кай зашипел, а я разозлилась ещё больше и перешла на английский, хорошо зная, чья туша накрыла наши, так что мой нос ударился о нос Кая и мы выдохнули одновременно. Всё потому что Кей хорошенько выругался на помеси непонятных мне звуков.

— Кей! Поднимись немедленно, мать твою, иначе я вас свяжу! Двоих и друг к другу, и больше вы не будете маяться херней, залетая в ванную без спроса. И вообще! Дверь закрыта была!

— Я вырвал ручку, — тихо, но хрипло прошептал Кай, который продолжал на мне лежать.

— Зачем? — задала вопрос, когда ощутила, как Кей поднялся и стал нащупывать стену, чтобы не свалиться снова.

— Розетки… — продолжил Кай, а сам сделал глубокий вдох, понимая, что в его футболку упирается моя, мать его, голая грудь, с которой сползло полотенце, и она медленно, но верно отвердела, — … Они это… Искрили. Вот! И я испугался… За тебя.

— Света действительно нет во всем доме, Нуна, — расслышав наш разговор, промолвил Кей.

Но я ни черта не слышала. У меня перед глазами, блин, искрило, а внизу так шандарахнуло, словно я мужика год не видела в глаза. Никого! Даже аборигена небритого.

— Может… — я сглотнула, а Кай тут же вскочил и каким-то чудом нашел мою руку в этой темноте, а не грудь, блин.

Помог встать, но не отошёл, а продолжал сжимать запястье так, что я чувствовала, как пульс бьёт даже в его пальцах.

— Отлично! — встряхнула волосами, и поправила полотенце, когда он отпустил меня, — Тогда все спать! А девочки пусть позвонят виновнику того, что мы здесь чуть немецкую короткометражку не сняли.

— Хорошо! — справа послышался голос Шина, и он включил вспышку на сотовом.

— Убери! — я тут же опустила телефон вниз, потому что понимала, если он направит свет на меня, моей репутации неприступной дамочки конец.

А всё потому что мне словно перца всыпали в рот, и от этого разогрелось всё тело.

— Ну, Жанет! Надо тебя отправить на кастинг "Битвы экстрасенсов". Я реально близка к чесотке!

С этими словами я еле вошла в свою комнату и привалилась к двери.

— Ни хера ж себе, цветочек…

"Здравствуй утро и до свидания!" — с этой фразы начался мой новый день в доме, который полностью обесточен.

Не работало ничего. Фен? Плоичка? Чайничек? Просто посмотреть телек? Об этом можно было просто забыть, как и о спокойствии. В принципе, на него я положила ещё прошлой ночью, когда половину этого самого сладкого времени суток, пыталась понять, почему мой бок не согревает горячее тело.

Мне казалось, что на улице плюс сорок не иначе, одеяло колется, подушки слишком мягкие, а ночнушка нахер не нужна. Она-то как раз успешно к трем часам ночи улетела на пол и я, наконец, смогла уснуть. Спать голышем? Знаем, умеем и практикуем. Особенно это кайфово, когда ты живёшь одна, и можешь спокойно поднять зад с утра и, схватив обычное полотенчико с комода, так и сунуться через всю хату в ванну.

И тут опять должна воззвать к человеческой глупости. Вот жили первые люди и не носили тряпок? Теоретически это кайф. Но практически для меня — потеря профессии и заработка.

Но даже тот факт, что я проснулась и начался новый день не мог меня радовать. Скоро я куплю календарик и буду зачеркивать в нем дни. Или легче внести эту настройку в "приложение для девочек" на сотовом.

В общем, когда я вышла с куриным гнездом на голове из своей комнаты, поняла, что куриное оно не только у меня.

"Чупик? Нет… Это бл***, болванчик. Его я и сделаю из этого парня за такой "подарок" судьбы!" — с этими мыслями я закрутила на голове пучек и поправила пиджак кроваво красного цвета. Он отлично подходил к моему настроению. Теперь красный будет знаменовать, что ко мне лучше не приближаться.

В гостиной носился стафф. Девочки перебирали вещички, которые нужно захватить с собой. Основная часть всего "реквизита" проживала эти сутки в огромной гримёрке, которую выделили для парней.

Их то, я как раз не наблюдала в поле своего зрения, поэтому покивав всем головой, налила себе на кухне сока и стала ждать явления "SFire" народу. Посмотрела на часы и поняла, что нам вообще-то выезжать через час. Организатор, которого я вчера оприходовала в очень радужном настроении — немец Генрих Шмидт — верно уже записал меня в свой список на сожжение. Но мне всё равно удалось договориться с ним, чтобы ключи от гримёрки были только у меня. Я даже запасные забрала с собой, предчувствуя что-то очень не хорошее.

Вот не нравился мне этот дрыщ облезлый, который вчера под каблук мне попал. Вот вообще…

Только я отпила глоток и повернулась к окну, чтобы посмотреть какой чертовски красивый осенний лес, как чуть не вернула сок обратно в стакан.

— Святые тапки! — отпила сочка опять и прищурилась, проверка жидкость во рту.

"Не, ну вы только поглядите, что творят цветочки, блин!" — так и стояла, пожирая глазами сборище моржей на заднем дворе.