Чтение онлайн

Голова отдыхала: от меня ничего не зависело. Я спал, болтал, изредка разминался и соревновался в магическом мастерстве с Графом, пуляя заклинания куда-то вниз. Это не опасно: заклинания всё равно рассеются через сотню-другую метров, потеряв мощь.

Дракория раскинулась внизу во всём своём великолепии. Зелёные долины, украшенные серебряными нитями рек, сменялись лесами и холмистыми равнинами с редкими рощами. Города и деревни проплывали под нами крохотными пятнами черепичных крыш и дымящихся труб. Дороги петляли между холмами, и по ним ползли точки повозок и всадников.

С высоты мир казался игрушечным и безобидным. Невольно забывалось, что где-то там плетутся заговоры, не убивают и не торгуют рабами… Красивая иллюзия, которой я позволил себе насладиться и убедить меня ненадолго в том, что впредь передо мной не будут появляться монстры, от одного вида которых возникает желание написать завещание.

«Стрела Ветра» шла ровно, чуть покачиваясь на восходящих потоках. Второй левиаток, имперский, держался в паре сотен метров справа и выше. Его массивный корпус с развевающимся штандартом напоминал старшего брата, приглядывающего за младшим.

Тирхан наверняка уже разложил свои карты и документы и проводит совещание с помощниками. А если и нет, то делает всё то же самое у себя в голове, планируя предстоящую встречу. Я представил его за столом, невозмутимого и собранного, и мысленно порадовался, что сейчас мне не нужно изображать из себя вежливого участника дипломатического брифинга.

Тот драконид, которого Тирхан здесь оставил, чтобы тот напоминал нам о правилах поведения и нашей цели, благоразумно ленился и практически не выбирался из своей миниатюрной каюты, предпочитая беседе с моим отрядом любование картинками из седьмого тома «Похотливой аргонианской девы».

Зиркс обжился на борту раньше всех. Буквально через час после взлёта он стал свой в доску для членов экипажа. Механик быстро спелся с бортовым техником и пропал с ним в машинном отделении на добрые полдня. Оба были перемазаны маслом, оба светились от удовольствия и оба одновременно тыкали пальцами в какой-то клапан, горячо обсуждая принцип его работы.

— Нет, нет, послушай! — размахивал Зиркс механической лапой, разбрызгивая капли масла. — Если перенаправить давление через вторичный контур, можно снизить нагрузку на основной нагнетатель процентов на пятнадцать! Это позволит им прослужить дольше… В таких полётах, где не будет запчастей и деталей, снижение износа и шанса поломки очень важно!

Гарчук, чья чешуя на лице была настолько изъедена парами и кислотами, что напоминала кору старого дуба, задумчиво поскрёб подбородок и кивнул.

— Толковый малый, — бросил он мне, не отрываясь от клапана. — Первый раз вижу недраконида, который понимает, как работает балансировка тяги на высотных режимах. Откуда он такой взялся?

— Издалека, — ответил я и оставил их наедине с механизмами.

Пусть радуются. Гремлин нашёл родственную душу быстрее, чем Алиса находит достойный ресторан в крупном городе.

За обедом, когда Зиркс вынырнул из своих глубин, гремлин минут двадцать без остановки рассказывал Брячедуму про систему подачи горячего воздуха в баллон. Гном слушал, кивал и задавал вопросы, доказывая, что и сам чего-то да понимает во всех этих делах. От его редких замечаний у Зиркса загорались глаза ещё ярче.

Два мастера, два безумца, одержимых механизмами и металлом… Один создаёт, другой разбирает и собирает. Они нашли друг друга, как два недостающих элемента одного пазла. Подозревал, что если дать этой парочке волю, они левиаток на части разберут. И не факт, что соберут обратно… Ломать — не строить.

К вечеру первого дня левиатоки совершили посадку на широком плато, покрытом короткой жёсткой травой. Капитан объяснил, что ночные остановки обязательны: экипаж должен отдохнуть, а генераторы — подзарядиться от естественных магических потоков, которые лучше всего поглощаются в контакте с землёй.

— Корабли-то могут неделю лететь без посадки, — добавил он, перехватив мой удивлённый взгляд. — Эти модели для того и строились. Проблема в нас. Резервной смены нет, а штурман после двенадцати часов за рулём теряет концентрацию. Опасно это… Положено делать смены, которых у нас нет.

Логично. Я бы тоже после двенадцати часов за рулём начал путать право и лево. Хотя у меня и прав-то нет… Ни земных, ни воздушных.

Вечером мы разожгли костёр, с удовольствием поели сами, дали перекусить варгам. Блохастики, которые, наконец, вырвались на свободу, с визгом носились по плато, распугивая каких-то мелких ящериц. А феи кружили вокруг мачты, играя в свои непонятные игры.

Ратмир поставил дозоры, хотя капитан заверил, что местность безопасна. Привычка командира, которую невозможно отключить даже в отпуске. Ну или это скорее наказания для накосячивших. Ну и способ поддержания дисциплины в отряде.

Я устроился на палубе, свесив ноги за борт, и открыл Статус. Капли Эфира прибавлялись понемногу, но стабильно.

Десять капель в сутки, как и положено при пассивной генерации. Четыре природные сферы работают без перерыва, феи добавляют свою долю. Немного, зато бесплатно, без необходимости кого-либо убивать.

На второй день полёта я подсел к Маше на носу корабля. Она сидела, обхватив руками колени, и смотрела на проплывающие внизу леса. Ветер трепал её волосы, и она то и дело убирала их с лица, не отрывая взгляда от горизонта.

— О чём задумалась?

— О том, что мне делать дальше, — ответила она не поворачиваясь.

Какое-то время молчал, ожидая, пока она сама продолжит. Маша не из тех, кого нужно тянуть за язык. Ей достаточно знать, что ты готов слушать.

— Мне нужно, как и всем остальным, стать Искателем, — наконец произнесла она. — И я понимаю, что для этого нужно. Но масштаб… Он другой. Совершенно другой.

— Расскажи подробнее. Мы ни разу толком не обсуждали твои условия.

Она повернулась ко мне. Во взгляде ни намёка на привычную мягкость.