Сталинград
Шрифт:
Затем в дело вступает милицейское пополнение. Его я усилил десятком «снайперов» и тремя опытными пулеметными расчетами, разбив на два взвода по тридцать человек в каждом. Если все получится с уничтожением боевого охранения, то по зеленой ракете, выпущенной политруком, они должны подняться по отвесной стенке балки. Причем даже не приближаясь к более удобному, пологому и узкому «хвосту», который наверняка заминирован! Ну не войсковая мы часть, а полк НКВД, по отношению к общевойсковым подразделениям имеющий урезанные штаты – саперов у нас нет. Обойдемся и без них.
Под прикрытием огня моих лучших стрелков и трех ручных пулеметов милиционеры будут атаковать опорный пункт, располагающийся слева. Ну а если не задастся у Двуреченских с боевым охранением, задача политрука – выпустить красную ракету, сигнал, по которому пополнение отступит вглубь балки и покинет ее на позициях минометчиков. За Ваньку я, конечно, волнуюсь, но политрук сам напросился на небольшой рейд, так что…
Два взвода второй роты, выделенной мне вторым же батальоном, будут наступать по центру. За последние дни численность ее сократилась до семидесяти шести человек, так что в атаке будет участвовать примерно полсотни бойцов, еще двадцать пять я оставил в резерве, в балке напротив танков.
Атаку будут прикрывать «коробочки» и оба имеющиеся у нас «максима». Во второй роте также уцелел единственный станкач, а штатного батальонного пульвзвода мне, собственно, никто и не выделил. Повыбило в боях «максимы», вот и раскидали оставшиеся расчеты по ротам, а мне уже ничего и не досталось. Но это ничего, загадывать не буду. Однако, если все пойдет как надо, уже сегодня вечером я сформирую пульвзвод из трофейных «машингеверов»!
Третий, располагающийся на правом фланге опорный пункт фрицев я решил и вовсе не штурмовать. Но и без внимания не оставил, нацелив против него пять расчетов ручных «дегтяревых» своей роты и единственный расчет ПТРД, первым номером которого стал отличившийся в поединке с танками казак сержант Матвей Железняк. Да, теперь уже сержант, сам назначил, имею право ротного, а теперь уже и батальонного командира!
Пускай мои орлы долбят по огневым точкам фрицев, не давая им вести фланкирующий огонь по взводам наступающей в центре второй роты. Если что, их поддержит и один из двух танков, все равно ведь под огонь «тридцатьчетверок» попадает только два из трех опорных пунктов врага. Тот, что слева, прикрыт от огня «коробочек» балкой…
Поразмыслив, полтора десятка оставшихся от роты бойцов я также оставил при себе, увеличив резерв до крепкого кулака в сорок человек. Если что, часть людей можно посадить на танки (по пять-шесть на каждый) и оперативно перебросить туда, где более всего будет нужна помощь. Но, конечно, только после того, как мы выявим и подавим все средства противотанковой обороны врага.
М-да, продумал я вроде бы все, а вот как сложится на деле… Пока нам везет: несмотря на хорошую, солнечную и безветренную погоду, немецкой авиации в воздухе не наблюдается, не слышно даже отзвуков рева «иерихонских труб» Ю-87. Возможно, истребители задействованы в прикрытии тяжелых, уязвимых транспортников, доставляющих столь необходимые грузы воздухом, а сами бомберы работают прежде всего по ударной группе генерал-майора Коваленко, отрезавшей шестнадцатую танковую от основных сил… Возможно.
А может, задумали гансы какую пакость вроде массированного налета на Сталинград, концентрируют силы… Хотя последнее вряд ли. И как бы то ни было, растянувшийся на марше батальон, поделенный мной на небольшие группы (строго по предстоящим задачам), благополучно пересек широкую балку, перекрывшую нам путь. Удачно миновали ее и танки, воспользовавшиеся старой грунтовкой, проложенной по ее наиболее пологим склонам.
Кстати, гусеницами гремят «тридцатьчетверки» просто ужасно, их слышно, блин, едва ли не за пятьсот метров, а то и больше. Я с удивлением про себя отметил, что траки «троек» в движении издавали гораздо меньше звуков. Впрочем, на мой вопрос Терехин пожал плечами, самоуверенно сказав, что «зато у нас пушки сильнее и броня крепче!», а затем уже не так задиристо добавил, что «гусеницы у фрицев прорезинены, вот и шума издают меньше». Ну, теперь все понятно…
На правах командира батальона (имею же я, в конце-то концов, хоть какие-то привилегии!) забрался на приятно теплую, нагревшуюся на солнце броню танка и закрыл глаза. Еще полчаса до выхода к позициям фрицев у нас есть, а я так бешено устал, так сильно хочу спать… Вроде бы и не собирался дремать, но едва коснулся спиной опоры и почувствовал такое приятное тепло, как тут же провалился в забвение.
Последняя мысль была об Оле, следующей вместе с санитарами и санинструктуром второй роты с замыкающими колонну пулеметчиками и бронебойщиками. Хотел было выделить им в прикрытие еще и отделение бойцов, а потом подумал, что при налете более крупная группа людей как раз привлечет внимание вражеских пилотов. И что пяти пулеметных расчетов вполне достаточно, чтобы отбиться от случайного столкновения с действующими поблизости разведгруппами фрицев.
И все же на сердце как-то неспокойно…
Глава 13
27 августа 1942 года
Декретное время: 16 часов 48 минут
Район высоты 135,4 Три кургана. Первый батальон 282-го полка НКВД. Группа политрука Двуреченских
Иван старался двигаться как можно более бесшумно, наступая на пятку и уже затем аккуратно перенося вес тела на всю стопу. Он часто останавливался, прислушивался, до рези в глазах вглядывался вперед, стараясь различить в траве и густых кустах хоть какое-то движение или же крошечное пятно серой, мышиного цвета формы панцергренадер.
Увы, в роте не было настоящих охотников, способных двигаться по лесу так, что не всякая дичь услышит, умеющих читать следы или различать тончайшие запахи, выдающие присутствие животного. И все же Ваня старательно принюхивался, силясь уловить аромат фирменных немецких папирос или оружейной смазки, отчаянно напрягал слух в надежде различить короткую фразу или случайный металлический лязг. Сами-то «штурмовики», как их в шутку окрестил ротный (ошибка, уже целый комбат!), по его же приказу попрыгали перед выходом, проверяя себя, чтобы ничто не звенело и не выдало случайно компактную группу бойцов лишним шумом.
И вот они подбираются к пологому «хвосту» балки, естественному и удобному выходу из нее, который фрицы были просто обязаны прикрыть хотя бы небольшим боевым охранением. Единственного пулеметного расчета с достаточным запасом гранат будет вполне достаточно, чтобы прижать огнем скорострельного «машингевера» пытающихся незаметно подобраться к ротным позициям большевиков. А уж там останется дать сигнал из ракетницы – и многочисленные минометы фрицев засыплют балку множеством мелких «огурцов», выигрывая не за счет меткости, а банально давя количеством. Под их прикрытием боевое охранение благополучно отступит, а внезапная атака сорвется. Даже если командир, ведущий людей по балке, сумеет заставить их пойти вперед, на выходе подразделение встретит прицельный огонь с опорного пункта.