Чтение онлайн

Варварское великолепие.

Ненастоящее.

Джер, глянув на невесту, встряхнул головой и облачился в сияющий доспех. Чересчур уж сияющий, прям глаза слепит. Таких не бывает. В настоящем мире.

Но надо ли говорить здесь о настоящем мире?

— Дети, — произносит Карраго то ли с насмешкой, то ли с печалью.

И Миха с ним соглашается.

Его гораздо больше заботит лестница, уводящая в никуда. И чернота по краю её. Если включить логику, то чернота — тот самый вирус-паразит. А лестница тогда? Незараженный локус? Защищенный? Каким образом? Антивирусная программа? Здесь, изнутри, она вполне может выглядеть и вот так. Но тогда почему именно этот локус? И почему она не вычистила все пространство? Или… задачи не было?

Ступени становятся выше.

И уже.

Хотелось бы думать, что это означает близость цели, чем бы ни было это Сердце бога.

— Долго еще идти? — Джер не выдерживает первым.

— Не знаю, — Ица останавливается. — Дома… ступеней много. Но не так. Здесь… иначе. Но оно тут. Мы правильно идем.

В этом Миха и не сомневался, поскольку иных лестниц и вообще вариантов не имелось. Пространство явно направляло визитеров к нужной точке. Вопрос лишь в том, кому нужной.

— И что ты собираешься делать? — уточнил он у девочки, которая пыталась выглядеть Императрицей.

— Не знаю, — она ответила после недолгого раздумья. И радостно добавила. — Оно скажет!

Ну да…

По краям ступеней появились деревца в кадках. Зелененькие такие. Настоящие, как и все вокруг. Миха не стал мешать, когда Карраго оторвал от одного листок и растер в пальцах.

— Пахнет лимонником, но с виду не похож…

— Думаю, тут компиляция, — блеснул интеллектом Миха. Усталости, в отличие от реального мира, он не ощущал. А потому в целом путешествие становилось скучноватым. — Если система считала наши с вами личности и сумела перенести их из реального мира в виртуальный…

Это само по себе звучало фантастично.

Хотя…

Ему ли говорить о фантастике. Переселение душ, если так-то, куда более фантастично… или… этак Миха додумается до неслучайности своего попадания и особо тайной технике Древних, которая заработала непонятно с чего…

Или понятно?

Если…

— … то она могла считать и образы, а потом совместить их, выдав некую усредненную картинку, — мысль вдруг показалась интересной. — Вы говорили о тех, которые были до меня… попаданцах.

— Интересный термин, но вполне подходящий, — согласился Карраго. — Да, упоминал.

— А когда именно они попали… хотя нет, — Миха сообразил, что от конкретной даты ему толку мало. Местное летоисчисление было от него далеко. — Не случалось ли это накануне таких вот… огненных периодов?

— Нет, — ответил Карраго. — Хотя… кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду.

Он задумался и некоторое время шел, разминая остатки листочка в пальцах.

— В один год случилась большая война с мешеками. Было использовано много сил… магия меняет мир, что бы там ни говорили. А магия лилась рекой, как и кровь жертв. Во славу своих богов мешеки вырезали сердца. В хрониках пишут, что из сердец этих они сложили башню, которая высотой сравнялась со стеной города. Но это преувеличение. Скорее всего. Хроники любят все преувеличивать. Но в то же время пираты приносили новости о том, что море сделалось кровавым. О берегах, охваченных огнем… о неспокойном мире. В этом усмотрели дурное предзнаменование, хотя в общем-то стихийные бедствия миру характерны. Но, пожалуй… в твоей идее что-то есть… второй… похоже… снова мор на юге… засуха обширная. И неспокойное море… пробуждение подводных вулканов. Да, всякий раз появление человека иного мира сопровождалось… или скорее было сопряжено с иными, глобального свойства событиями. Любопытно.

И на Миху посмотрел.

А взгляд-то у старика такой… своеобразный. Прямо переполнен жаждой познания, которая с вивисекцией граничит.

— Полагаешь, подобные тебе стали причиной этих бедствий? — произнес Карраго.

— Скорее следствием. Всякого рода возмущения могли быть связаны с выбросами энергии? Скажем… где-то в одном месте. Или в другом?

— Сложно сказать. Не все Архивы… уцелели. Но, допускаю…

— Выбросы эти оказались достаточно велики, чтобы инициировать… не знаю, сближение миров? То, что мир духов протянулся между ними? Заработала тайная техника Древних?

— О да, я тоже люблю выбирать любопытные пояснения, — кивнул Карраго. — В общем, случался всплеск энергии, вследствие чего чью-то душу притягивало из твоего мира в наш… интересно.

Но толку-то?

Или… если речь о технике Древних, то, возможно, она сработает и в обратную сторону? Возьмет Миху и вернет…

Куда?

Домой?

А есть куда? Там он, насколько Миха понял, умер. И возвращаться в мертвое, давно похороненное тело… нет, так себе перспектива.

Не манит.

— Если ты прав, то энергии требуется огромное количество, — Карраго выбросил остатки растерзанного листочка и вытер руку о штаны. — В целом любые серьезные воздействия на мир требуют приличного количества энергии. С заклятьями это тоже работает. Чем сильнее, чем на большую площадь рассчитано, тем больше берет. Потому-то у магов, даже самых сильных, есть предел.

— И у тебя?

— Само собой… хотя здесь мне кажется, что сила моя беспредельна. Какое замечательно опасное место.

Карраго, пожалуй, лучше чем кто бы то ни было оценил происходящее.

— Вот стоит об этом помнить, — буркнул Миха, настроение которого изрядно испортилось.

А если не умер?

Если вытащили его? И он там лежит, в коме, на аппаратах… мама не позволила бы отключить. Или… её бы не спрашивали? Как это вообще происходит? Может, согласие родственников и не требуется, если не в кино?

Может, его вовсе разобрали на органы. Он читал, что такое возможно.

Рисковать?

Или не рисковать?

Хотя… потом подумает, когда выяснит толком, причастны ли Древние к переселению душ. И возможно ли в принципе его возвращение.

Лестница.

Треклятая лестница стала еще уже. И деревца сменились сплошной стеной зелени. Когда лестница все-таки закончилась, Миха вздохнул с преогромным облегчением. Впрочем, длилось оно недолго.

Лестница вывела на беломраморную площадку… скорее уж площадь, которая вопреки законам логики широко раскинулась в обе стороны. Миха обернулся, убеждаясь, что лестница никуда делась. Висит над пустотой, за которой проглядывается чернота окружающей локус бездны.

Над площадью высилась колоннада из огромных статуй весьма уродливого вида. Ощущение, что кого-то огромного просто взяли и скатали в эти приземистые четырехгранные колонны.

— Искусство… — меланхолично заметил Карраго. — Порой бывает весьма своеобразно.

Это да.

Это он верно приметил. Колоннада устремлялась куда-то вдаль, но тут уж цель была заметна — она выводила к приземистой пирамиде, выделявшейся серостью и неказистостью. А уж над пирамидой и бил в небеса столб света.