Князь Целитель 4

Из лесной чащи к нам подкрадывалось явно что-то крупное, если хруст ломаемых веток я услышал, несмотря на шум движения большого отряда, который совсем не думал о маскировке. В подтверждение моих мыслей последовала мощная волна ментальной магии, к которой никто не был готов.

Мне тоже стало нехорошо, хоть у меня и выявилась определенная устойчивость к этому воздействию (причем за счет целительской магии — вот и говори потом, что целители хуже боевых магов, они-то как раз страдали), а идущие рядом солдаты резко скрючились, хватаясь за голову, некоторые падали на землю. Горностай на моём плече даже ухом не повёл, продолжал смотреть в сторону приближающегося монстра и издавал беспокойные звуки, наподобие чириканья.

Я уже догадался, что это, скорее всего, Красный медведь, воздействие было очень характерным. Маги отреагировали достаточно быстро: барьерщики выставили щиты, остальные приготовились к атаке. Огромный монстр начал действовать более решительно, переходя в уверенное наступление. С громким треском преодолевая подлесок, он устремился прямо на нас.

Немного странно: другие обитатели леса нас сторонились, а этот уверенно движется к нам. Скорее всего, накопленная в рогах негативная энергия Аномалии придаёт ему сил и обеспечивает устойчивость к воздействию серого кристалла.

Правда, ещё более странно, что большинство людей, исключая разве что магов, которые еще как-то пытаются сопротивляться, подавлены ментальной атакой, а небольшой зверёк на моём плече лишь взволнован, но не заскулил и не свалился с моего плеча.

Маги ударили синхронно, отправив в одинокого здоровенного монстра весь запас своих молний, сгустков огня, вихрей и каменеющих на излёте земляных пиков. За пару секунд пятиметровое чудовище превратилось в дымящийся красный мешок с переломанными костями, рухнув метрах в десяти от нас.

Как по мне — перебор, но лучше сразу избавиться от угрозы, чем кто-то пострадает.

Отряд остановился, медленно приходя в себя, а я решил не терять такой возможности и направился к неподвижной туше мёртвого медведя. Черные рога мне в коллекцию точно не помешают. По пути запросил нейроинтерфейс о других полезных ресурсах. Так как больше никто убитым монстром не заинтересовался, то я вполне могу считать добытое своим.

Матвей шёл за мной след в след и, пока я отделял от головы медведя дорогостоящие рога, он отрубал ему когти под основание и складывал в пакет. Молодец, это тоже хороший ресурс, за них можно выручить солидную сумму.

А ещё нейроинтерфейс подсказал мне, что большую ценность имеет мозг монстра, который можно использовать для изготовления ментального эликсира, значительно повысив его эффективность при использовании меньшей дозы. Вдвоём с Матвеем мы достаточно быстро получили столь нужный ресурс, на который никто, что удивительно, не претендовал, ну а мы не брезговали таким заниматься. Трофей я аккуратно упаковал в прочный пакет и засунул Матвею в рюкзак, у него там было больше места.

Завершив манипуляции с Красным медведем, я поспешил обратно и помог целителям привести в чувства ошеломлённых ментальной атакой военных и учёных, пригодился и тот самый фиолетовый эликсир. На восстановление ушло ещё минут пятнадцать, но теперь все в порядке и можно отправляться домой.

Только двинуться дальше нам не дали. Возможно, тому виной было то, что активность кристалла ещё немного ослабела, но монстры осмелели и начали нападать одновременно со всех сторон. Снова закипел ожесточённый бой, а мы так надеялись уйти отсюда спокойно.

Я заметил, что более мелкие существа по мере приближения к кристаллу, который находился в центре отряда в рюкзаке у Лейхтенбергского, начинали теряться и отступать, значит, они его опасаются, но более крупных это не останавливало. Благо их было не настолько много, маги и военные в конечном итоге справились, и серьёзных ранений никто не получил. Но все же несколько напряженных минут пришлось пережить всему отряду.

— Двигаемся дальше! — крикнул Фридрих Стефанович, когда стрельба начала стихать. — Быстрее, если хотите попасть домой!

Бойцы отстреливали ставших уже единичными монстров, и отряд ускоренным шагом продолжил движение. Ещё немного и лес закончится, дальше будет значительно легче. Горностай спрыгнул наконец с моего плеча и побежал рядом, оглядываясь по сторонам. Он, как верный пёс, постоянно был рядом, видимо, и правда, считает меня своим хозяином. Но почему он так решил? Дикие звери не привязываются к людям, тем более так быстро.

— Он, наверное, принадлежал тому парню в плаще, — сказал я Матвею, кивнув на горностая.

— С чего ты взял? — спросил мой приятель.

— Ну сам посуди, где это видано, чтобы дикий зверь вот так шёл рядом с человеком и не боялся при этом других людей? — спросил я. — Так в природе не бывает. Учитывая даже извращённую природу Аномалии.

— Может, тогда лучше его того… убить? — насторожился Матвей, строго глядя на моего спутника. — От греха подальше.

— Не надо, — покачал я головой. — Что бы ни затевал его хозяин, зверёк не виноват. Возможно, что он сам жертва какого-нибудь очередного эксперимента. Ты хоть раз видел на территории Аномалии горностая?

— Ни разу, — покачал головой парень. — Сегодня впервые. Я раньше их вообще вживую никогда не видел. Ты прав, удивительно, что на территории Аномалии нашёлся практически нормальный зверёк.

Я снова бросил взгляд на горностая, тот словно почувствовал и посмотрел мне в глаза своими преданными светящимися красными глазами. Потом он резко юркнул в сторону и исчез в кустах.

— Наверное, пошёл домой, — усмехнулся Матвей.

— Всё может быть, — грустно улыбнулся я, уже начал привыкать к маленькому другу.

С другой стороны, может, так и лучше будет. Может, у него тут где-нибудь логово и детишки ждут. Мы тем временем уже приближались к окончанию леса. Гигантские деревья почти закончились и впереди был обычный лес, если не обращать внимания на необычного цвета листву и форму ветвей.

Я уже мысленно попрощался с новым питомцем, когда тот вдруг вскарабкался по моей броне на плечо, держа в зубах мёртвую Призрачную белку. Зверёк навязчиво тыкал своей добычей мне в нос и я, невольно рассмеявшись, принял у него этот дар. Горностай ещё секунду довольно смотрел мне в глаза, потом спрыгнул на землю и снова исчез в кустах.