Соседка
Шрифт:
Юля шепчет:
– Без мазы. По ним сразу видно, что малолетки. Даже если не ты, а взрослый чувак подойдет знакомиться - убегут.
– Она смеется.
Девчонки смотрят на нее, фыркают.
Выходим из троллейбуса. Я говорю:
– Пошли, если хочешь, ко мне - пива попьем.
– А тебе уже можно пиво? На киосках везде написано - "с восемнадцати лет".
– Ты купишь - я деньги дам.
– Не надо деньги, у меня есть.
– Тогда купим - и пошли.
– А мама?
– Ее нет. В больнице.
– Что с ней такое?
– Гипертония. Она каждый год ложится на три недели.
Сидим на креслах, между креслами - журнальный столик. Телевизор работает без звука. Я кладу сигарету на тарелку, беру пластиковую бутылку. Разливаю остаток пива себе и Юле, швыряю бутылку под стол.
Беру стакан, делаю большой глоток. Юля смотрит в окно - там ничего не видно, одни листья и ветки.
Она говорит:
– Уже август, скоро лето кончится, да?
Я киваю, отпиваю еще пива. Юля тушит бычок о тарелку, берет свой стакан.
Я встаю, подхожу к ее креслу, сажусь рядом на пол. Она - в белых штанах из "мятой" ткани, и ноги кажутся толстыми, а когда в мини-юбке - наоборот. Я кладу руку ей на коленку.
Юля ставит стакан на стол, наклоняется мне к уху, шепчет:
– Того, что ты хочешь, не будет. Ни-ко-гда. Ты понял?
Она улыбается. Помада на верхней губе чуть-чуть размазана. Я резко встаю, заношу кулак, бью.
Мимо. Кулак ударяется в спинку кресла, пружинит, я падаю на Юлю, утыкаюсь головой в грудь.
Юля говорит:
– Ладно, хватит, успокойся. Все нормально.