Чтение онлайн

— Расскажи подробно, по поводу чего был… — она чуть не сказала «шум и гам», так выразилась бы Мэри, а ее словечки привязывались мгновенно. — Что послужило причиной ссоры на ферме?

— Стоит ли объяснять? Конечно, все из-за Сары.

«Сара не всегда виновата», — хотела сказать мисс Бригмор, но вместо этого спросила:

— Что она сделала?

— Она назвала меня глухой.

— Она произнесла это недоброжелательно?

Барбара глубоко вздохнула, закрыла глаза и откинулась на спинку кресла прежде, чем ответить.

— Доброжелательно или нет, но произнесла же.

— Сядь ровно… выпрями спину. Не заставляй так часто повторять тебе это.

— А что, если я буду сидеть ровно, то стану слышать лучше?

— Не задавай глупых вопросов, Барбара! Ты будешь слышать, я тебе уже говорила, ты будешь слышать, для этого делается все возможное. Надо понимать, что ты не единственная с таким недостатком. — Мисс Бригмор коснулась уха и словно ужаленная, отдернула руку, с опозданием вспомнив, как злит Барбару жестикуляция глухонемых. И все же если бы девочка уступила, язык жеста оказал бы ей неоценимую помощь. Мисс Бригмор за последнее время прочитала массу книг по этому вопросу, и не переставала удивляться, чему может научиться человек, оказавшийся в беде. Она никогда бы не подумала, что еще в шестнадцатом веке существовали методы, обучающие глухонемых разговаривать. И еще она узнала, что глухота может являться следствием пережитого шока. Эти новые познания, полученные за последнюю неделю, заставили ее снова задуматься о ночных кошмарах Барбары и о причинах ее глухоты. Девочка пережила шок, как пережила его и сама опекунья, когда впервые проснулась от криков своей подопечной. Подбежав к кроватке, она увидела, что Барбара сидит, протягивая руки, и указывает пальцем в угол с истерическим криком:

— Человек! Человек! Такой большой! Прогоните его!

Даже после того, как она взяла девочку к себе в постель и успокоила, объясняя, что ей всего лишь приснился плохой сон, ребенок продолжал твердить, что в ее комнате действительно был большой человек с толстым животом, его лицо и голова были покрыты белыми волосами, а с одежды стекала кровь. Это описание было слишком уж натуральным — именно так выглядел Томас в момент своей смерти. Многие ночи потом мисс Бригмор провела без сна, разговаривая с невидимым духом и умоляя его покоиться с миром и не пугать ребенка.

Она никогда не связывала глухоту Барбары с тем и подобными ему случаями, считая, что заболевание девочки — врожденное, из тех, что дремлют годами, а просыпаются в результате, например, недоедания. Тогда дурная кровь поступает в мозг, и это приводит к глухоте, слепоте или рахиту. Она не относила Барбару к глухонемым, полагая, что их болезнь совершенно другого типа и связана с умственными расстройствами. Так она думала до того, как стала более подробно заниматься этим.

— У тебя совсем другая глухота, она может пройти вот так, — сказала мисс Бригмор и щелкнула пальцами.

— Или точно так же стать хуже, — девочка скопировала жест.

— Барбара! — голос мисс Бригмор снова стал строгим. — Ты должна верить мне, и еще ты обязана помогать самой себе.

— Разговаривая жестами? — Девочка начала преувеличенно жестикулировать, размахивая руками, потом проговорила: — Нет, я не буду, не буду. Люди подумают, что я сумасшедшая, чокнутая. Когда я так делала, Мэри сказала: «Не ведите себя по-идиотски».

Ох! Эта Мэри. Мисс Бригмор резко ответила:

— Мэри не имела в виду, что ты… — Она возмущенно замолчала, прикрыла глаза и, взмахнув рукой, словно прогоняя Мэри, продолжила: — Я читала о некоем мистере Песталоцци и о мистере Фребеле. Мистер Песталоцци жил в Швейцарии, там у него была школа. Он великий ученый, и он советует…

— Пить побольше лекарств! Ты! Ты глупая, и твой Фребель тоже, и этот твой Песталоцци! Песталоцци! — девчонка фыркнула.

Когда опекунья сильно шлепнула ее по рукам, Барбара испугалась — она не помнила, чтобы Бриджи когда-нибудь била ее — ни за нахальство, ни за что-нибудь иное. А потом она еще больше побледнела, прочитав по губам то, что сказала ей мисс Бригмор:

— Ладно, ладно я глупа, и глуп мистер Песталоцци, и пусть все будет так, как хочешь ты. Я больше не буду искать способы, чтобы помочь тебе. Но одну вещь все же сделаю — прослежу, чтобы тебе помог кто-нибудь другой. Я отправлю тебя в школу для глухих. Да, да, так я и поступлю. — Мисс Бригмор поднялась с кресла. Она держалась очень ровно (Мэри сказала бы «словно аршин проглотила»), плечи развернуты, голова откинута чуть назад.

Впервые в жизни Барбара была так напугана. Бриджи ненормальная… она всегда говорит то, что думает. Она так уверена в том, что слух можно вернуть, что на самом деле решит отправить Барбару в школу. Нет! Она там умрет! Девчонка вцепилась в мисс Бригмор, как зверек, умоляя со слезами:

— Бриджи, Бриджи! Нет, пожалуйста, не сердись, не сердись. Прости меня, прости, я сделаю все, что ты говоришь, только не отсылай меня в школу. Я там умру, да, да, умру, или что-нибудь ужасное сделаю. Ты знаешь, я такая, потому что я страшно злюсь внутри, и не могу с этим справиться, а если ты меня отошлешь, я стану еще хуже. Пожалуйста, ну пожалуйста, Бриджи… Вот увидишь, я завтра поеду на ферму и сама попрошу прощения у Сары, потому что я знаю, она не хотела меня обидеть. На самом деле все началось из-за Билли Твигга. Я не могла понять, что он говорит, он так всегда мямлит, и тогда Сара сказала ему: «Она глухая. Ты что, не знаешь, что она глухая? Двигай ртом сильнее». Вот тогда, когда она сказала «двигай ртом сильнее». Это было ужасно. Как будто они говорили о каком-то животном. Я словно взбесилась. Я не могла ударить его, и я ударила ее. Я извинюсь в следующий раз или завтра. Обещаю, завтра, я поеду… — рыдания не дали ей договорить.

— Ну, ну, успокойся. — Дыхание мисс Бригмор участилось, а тело словно обмякло. Она обняла девочку, прижала ее к себе и гладила по голове, повторяя: — Ну, не плачь, не плачь.

Через минуту Барбара подняла заплаканное лицо и спросила:

— Ты больше не будешь этого говорить, что отправишь меня в такую школу? Ладно, Бриджи?

— Тогда тебе придется приложить некоторые усилия.

— Я… постараюсь.

Глядя в любимое лицо и видя, что страх пока не до конца покинул девочку, мисс Бригмор, пожалуй, впервые поняла всю глубину мучений, испытываемых Барбарой из-за своего недостатка. Но еще она поняла, что боязнь быть отосланной может оказаться очень действенным средством в воспитании. И она им обязательно воспользуется.

На следующий день, в понедельник, они прибыли в поместье «Высокие Берега» ровно в половине десятого. Это было их обычным расписанием (исключая выходные) вот уже на протяжении десяти лет, с тех пор, как в 1865 году мисс Бригмор занялась образованием дочери мистера Беншема, Кэти. Мисс Бригмор всегда настаивала на том, чтобы приходить в поместье пешком, если только им не приходилось возвращаться поздно и позволяла погода. От их коттеджа до поместья было больше мили, но, заходя в ворота и поднимаясь по ступеням в дом, она не выказывала ни малейших признаков усталости.

Двери им всегда открывал дворецкий Брукс. К нему больше не обращались по имени «Гарри», после того, как мисс Бригмор очень тактично заметила хозяйке, что наличие двух «Гарри» в одном доме может вызвать некоторую путаницу, тем более, что один из них — ее собственный муж. Так что Брукс теперь стал Бруксом для всех, кроме самого хозяина. Мисс Бригмор знала, что в некоторых вопросах она бессильна, когда дело касается хозяина поместья. Порой он бывал сговорчивым, но иногда — удивительно упрямым.