Соперницы
Шрифт:
Мисс Бригмор торопливо отыскала в кармане своего серого шерстяного платья носовой платок, потом промокнула глаза и тихонько высморкалась. Затем она посмотрела на мужчину, сидящего напротив. Его лицо было морщинистым, волосы седыми, а глаза — прозрачно-голубыми. Его тело было поджарым, а лицо и руки — худыми. Он выглядел намного моложе Томаса и являл собой полную ему противоположность. Томас принадлежал к джентльменам, а этот мужчина был неотесан, но не груб, между этими двумя понятиями есть разница. Вдобавок, высказал определенное стремление к культуре. И все же она понимала — никому, и ей в том числе, не удастся придать Гарри хоть какой-то лоск, не в его возрасте. Но, возможно, она сумеет удовлетворить его духовные запросы, так же как он поможет ей заполнить пустоту в жизни.
Но Бриджи все еще не могла понять всей важности его предложения. Он попросил ее выйти за него замуж… выйти за него замуж. Она больше не будет мисс Бригмор, она станет миссис Беншем и хозяйкой этого дома. Все было похоже на сон. Она пришла в этот дом гувернанткой тридцать шесть лет назад, и занималась с детьми шесть лет до того, как разорился Томас. Но ни разу за все эти годы ее не пригласили к столу. И потом она никогда не садилась обедать без приглашения Беншема. На протяжении десяти лет, которые она провела в коттедже с Томасом, она не получала ни пенни зарплаты, и бесчисленное количество раз притворялась, будто потеряла аппетит, чтобы Томасу и девочкам досталось больше. Она пережила унижения и лишения, когда верой и правдой служила Молленам, и что же получила в награду?
И вот этот человек предлагает ей стать хозяйкой поместья. Удивляет ли ее это? Да, да. Конечно, удивляет. Бриджи знала о своих положительных качествах, но никогда не была тщеславной, и ни за что бы не смогла представить себе, что все эти годы занимала мысли мистера Беншема. К этому надо еще привыкнуть, и она привыкнет, и конечно, отблагодарит за ту честь, что он ей оказывает. Да, да, обязательно, сейчас и скажет.
— Вы оказываете мне большую честь…
— Ну, ну, Бриджи, — оборвал он ее, — не надо всей этой вежливой словесной шелухи, не сейчас. Если хочешь ответить мне, просто скажи — да, или нет, вот и все.
Она быстро заморгала, потом опять тихо высморкалась, и произнесла:
— Я имею честь принять ваше предложение, мистер Беншем.
Лицо Гарри расслабилось, рот растянулся в широкой улыбке. Он приложил руку ко лбу, потом закрыл глаза. Его плечи затряслись, и он расхохотался.
— А! Ну, подружка, это предел. Слушай. — Он снова сжимал ее руки. — Повторяй за мной: Гарри, я беру тебя.
Ее подбородок слегка опустился, глаза на секунду закрылись, легкая улыбка заиграла на губах, и тихо, почти шепотом, Бриджи повторила:
— Гарри, я беру тебя.
— Вот! Вот! — Его голос больше не был тихим, это был рык, а в следующую минуту крепкие объятия чуть не задушили мисс Бригмор. Потом она ощутила его губы на своих губах. Поцелуй был крепким и теплым, таким теплым, что, казалось, растопил ее тело и душу, заполнив пустоту внутри. Удивляясь самой себе и удивляя его, она расслабилась, обнимая Гарри за шею.
— У нас еще есть несколько славных лет, подружка, — сказал он, разжав объятия. — И ты удивишься, узнав, как я жду, что ты чему-нибудь выучишь меня.
Глядя ему в лицо мягким нежным взглядом, Бриджи не стала исправлять его и говорить: «Я не могу тебя выучить, могу только научить, это тебе придется выучить многое». Но вместо этого, улыбаясь и глазами, и губами, ответила:
— Я с восторгом выучу тебя… мистер Беншем.
После этого он снова обнял ее и крепко прижал к себе.
— Скоро ты у меня станешь миссис Беншем, вот увидишь, Анна Бригмор! Так и будет.