Чтение онлайн

Гарри тоже улыбнулся.

— Да, да, я помню — сегодня или никогда. Но заметь, — он бросил взгляд на мисс Бригмор, — так быстро у нас тогда не получилось, пришлось еще неделю ждать.

И снова смех Тильды заполнил комнату. Внезапно он оборвался, женщина вытянула руку и схватила мисс Бригмор за запястье.

— Мы хотим кое-что для тебя сделать, я уже говорила об этом давным-давно. Это будет нечто постоянное, что поможет тебе продержаться, пока ты опять не найдешь себе работу.

Не пытаясь скрыть недоумение, мисс Бригмор повернулась к Гарри, и он, отвечая на немой вопрос в ее глазах, ухмыльнулся:

— Она имеет в виду, пока все наши не переженятся, и не появятся их детишки, чтобы тебе было к кому приложить руку.

— Ой! Ой! — от души рассмеялась гувернантка, — нет, вряд ли я возьму еще детишек, не в этой жизни уж точно.

— Почему нет? У тебя впереди лет тридцать, и двадцать из них ты сможешь работать, — весомо заметил Гарри. — Ты совсем не выглядишь на свой возраст, верно, Тильда?

— Верно, верно, я всегда это говорила.

— Ну, приступим к делу, — Гарри снова заговорил энергично, как всегда. — Значит, так. Вот наше предложение. Мы хотим, чтобы ты приходила сюда по-прежнему, каждый день, но не в какое-то определенное время, а когда тебе удобно, просто заглядывай, чтобы помочь Тильде, ну, как ты всегда делала. Если, например, ты будешь себя неважно чувствовать, или еще что — оставайся дома, с нашей стороны не последует никаких возражений. И для пущей независимости мы положим тебе некую сумму.

— Ой, нет! Нет! — Мисс Бригмор дернулась, и ножка стула, съехав с края ковра, заскрипела по натертому паркету. — Вы мне всегда хорошо платили, были очень щедры. А сколько сделали для Барбары, даже позаботились о лошади и двуколке. Я итак в неоплатном долгу. И уж точно не смогу принять что-либо еще.

— Дело не в том, сможешь ты что-нибудь принять или не сможешь. — Гарри Беншем снова вскочил на ноги и заходил по комнате, как обычно во время разговора. — Полторы сотни фунтов в год — вот на что ты живешь, я знаю. Знаю я также и то, что вы трое экономили на всем, пока ты не пришла к нам. — Он взмахнул рукой, словно отметая возражения мисс Бригмор, и продолжил: — А если Барбара выйдет замуж, как знать, может, ей потребуется эта сотня, все зависит от того, кого она выберет. Да, — покачал он головой, — все зависит от того, кого она выберет. — Гарри не был настолько жесток, чтобы добавить «и кто ее возьмет», вместо этого он сказал: — Кто может знать? И что тогда будет с тобой? Тебе придется содержать дом и жить вдвоем с Мэри на фунт в неделю.

Глядя на него, мисс Бригмор подумала: невероятно, хозяин жалеет ее за то, что ей придется жить на фунт в неделю, и тем не менее платит некоторым своим рабочим в три раза меньше. Он странный человек, не поддающийся никакому влиянию, и все же щедрый. В глубине души Бриджи понимала, что хоть сейчас из вежливости она отказывается, с радостью примет это предложение. Финансовый вопрос начинает становиться больным, поскольку у Барбары развился вкус, требующий гораздо больших доходов.

Но тут мисс Бригмор услышала такое, что заставило ее возражать всерьез, а не из вежливости:

— Три тысячи, вот что мы с Тильдой решили, три тысячи, и я положу их в банк на твое имя. Это будет приносить тебе гораздо больший доход, чем сейчас. — При этих словах мисс Бригмор торопливо поднялась и попыталась что-то сказать, но Гарри жестом остановил ее: — Не начинай, я не буду слушать ни единого слова, знаю, что если ты откроешь рот, то обязательно найдешь причину, которая заставит меня передумать. Итак, все решено. Я спускаюсь вниз. А ты сиди спокойно. — Последние слова он адресовал жене.

— Конечно, Гарри, я буду сидеть спокойно, — безмятежно улыбаясь, ответила Матильда.

— Что касается тебя, — мистер Беншем снова обращался к мисс Бригмор, но теперь смотрела на нее, как на обвиняемого, — если потом сможешь уделить мне минутку, я кое о чем с тобой поговорю.

— Хорошо. — Горло пересохло, и ей с трудом удавалось выговаривать слова.

— Ну, ладно, — кивнул он обеим женщинам.

— Вы… вы не останетесь выпить вина?

Гарри от дверей обернулся к гувернантке.

— Успеется, вино меня никогда не интересовало. Никто не может сказать, что я отрастил брюхо. — Он похлопал себя по животу, гордо вскинул голову и вышел из комнаты.

Невежество, доброта и любовь — все смешалось в этом доме.

Присаживаясь, мисс Бригмор взяла обе руки Матильды в свои и ласково произнесла:

— Как же я смогу вас отблагодарить?

— Никак и не нужно, дорогая. А насчет всего другого — поступай, как обычно: говори обо всем прямо, как ты умеешь на грамотном английском, без страха и лести. Гарри считает тебя настоящей леди, и он прав. Я безмерно рада, что все это время ты была с нами. Ну, раз мы все решили, скажи мне, дорогая… сколько мне еще осталось, как ты считаешь?

— О, Матильда.

— Ну, ну, не надо. Ты же видишь, я чувствую, что мое время вышло, не знаю только — неделя ли осталась или месяц, а еще так много надо сделать.

Мисс Бригмор со всей силы прикусила нижнюю губу, и не нашлась, что ответить.

— Как ты думаешь, он знает?

— Нет, — твердо ответила Бриджи, понимая, что лжет.

— Гарри в последнее время такой тихий и внимательный, мне показалось, что он догадывается.

— Да нет же, он просто заботится о вас. Он очень, очень вас любит.

— Я знаю. Хотя, со стороны это и не заметно из-за его обращения со мной. Но с меня всё — как с гуся вода, я-то знала, что у него просто такая привычка. И еще я его раздражала, потому что всегда была малость туповата во всем, что касалось учения. Он хотел меня обучить, потому что его первая жена была ученой, но однажды я ему сказала: «Ни черта она тебя не осчастливила со всей своей ученостью». Вот! — тут Матильда слегка улыбнулась. — Не надо бы мне так выражаться при тебе, но именно так я ему и сказала, а он засмеялся и, шлепнув меня пониже спины, ответил: «Тут ты права, подружка». Это был последний раз, когда он пытался меня чему-то научить. Знаешь, дорогая, я все думала о своих последних годах. Если уж ты не смогла меня ничему научить, так и никто не сумел бы, потому что у тебя это получается лучше всех… Я… я не хочу умирать, Бриджи, — вдруг беспомощно прошептала Матильда, в глазах ее застыли слезы.

Волнение и жалость душили мисс Бригмор, она была, как выразилась бы Мэри, не в себе, однако не нашлась, что ответить.

А Матильда тем временем продолжала:

— Это не потому, что мне жалко оставлять все богатство. Для меня оно ничего не значило, и я была бы так же счастлива, если бы жила сводя концы с концами. Я ведь и из Манчестера-то уехала, лишь уступив мужу. Я не хочу уходить из-за него. Ведь мне неизвестно, что он будет делать, лишь молюсь Богу, чтобы Флорри Тэлбот не запустила в него свои когти. Ее даже представить здесь противно! Господи! Не могу этого выносить, как только подумаю…