Солнечная богиня
Шрифт:
– Ах, Лерочка, умоляю, не надо! – Иван замахал руками, страдальчески сморщившись. – Мне всегда становится плохо, когда ты вспоминаешь эту ужасную историю…
Кристина опустила глаза.
– Человек всегда первым нарушает правила… – прошелестела она упрямо.
– Да это все демагогия! Пустые слова! Желание выглядеть лучше, чем ты есть на самом деле! – сердито закричала Лера, вставляя в мундштук новую сигарету. – Тщеславие! Вон одна отечественная тореадорша, имени ее не помню, решила у нас устроить бой быков. Причем, заметьте, предложила португальскую корриду – это когда быка не убивают… Так наши гуманисты подняли такой вой! Ну, корриду, разумеется, запретили, а быков отправили в какой-то совхоз. Так говорят… – Лера зашлась нервным смехом, – …так говорят, эти быки там от голода все сдохли!
– Помню, помню эту историю! – энергично закивал Кирилл. – И телевидение, и газеты ее освещали. Очень много праведных, правильных слов произнесли… А быки-то все равно сдохли!
В этот момент из воды вышла Оля, взяла в руки большое махровое полотенце.
– О чем вы тут спорите? – с любопытством спросила она. – Я почти до другого берега доплыла, но вас и там было слышно!
Рукой она поправила волосы, высоко заколотые на макушке – больше всего она не хотела, чтобы они намокли и свернулись в спирали…
– Мы говорили о бое быков… – начал объяснять Викентий, но почему-то смолк. – Ого… – озадаченно пробормотал он.
Все повернули головы в ту сторону – на тропинке, идущей вдоль реки, стоял большой, черный, с рыжими подпалинами ротвейлер.
– Не шевелитесь! – прошептала Кристина. – Это Рекс… тьфу ты, это Фанин Кекс!
Кирилл шагнул назад, и Кекс тут же напружинился и грозно, глухо зарычал, словно гром вдалеке загремел.
– Кекс, фу! – из-за поворота вышла Фаня в цветастом широком платье. – Ко мне…
Пес неохотно ей повиновался. Фаня пристегнула его на поводок. Позади нее плелся Олежек с забинтованной рукой – одно плечо, как всегда, чуть выше другого.
– Фаня!.. – укоризненно воскликнул Викентий. – Ты нас всех перепугала! Пожалуйста, не отпускай своего зверя с поводка…
– Да ладно вам! – усмехнулась Фаня. – Вечно найдете, к чему придраться… Мы, может, по запаху к вам пришли.
– Фаня, если бы ты была без собаки, мы бы без разговоров пригласили тебя к нашему столу! – раздраженно произнес Кирилл. – Но в компании этого чудовища мы будем чувствовать себя очень неуютно…
Стефания моментально обиделась.
– Ну и черт с вами! – сказала она. – Пугливые какие…
– Фаня, стой… – бросилась за ней вслед Оля с полотенцем на плечах. Кекс моментально развернулся и встретил ее глухим рычанием. Оля отшатнулась назад. – Фаня, а с Олежком что? Что у него с рукой?
– А, ерунда… Кекс его слегка цапнул. Да ты не бойся, всего лишь царапина, – недовольно буркнула Стефания.
– А к доктору ходили? Может быть, надо сделать укол от столбняка? А Кекса давно прививали?.. – забеспокоилась Оля.
– Я же говорю – простая царапина! Мы ее йодом залили – и всех делов, – рассердилась Фаня. – Ты, Ольга, совсем со своей медициной спятила!..
И она пошла дальше, таща за собой сына. Олежек только обернулся и уныло посмотрел на Олю. Свободную, перевязанную, руку он прижимал к груди.
– Толстая корова… – дрожа, пробормотала Оля. – Глупая толстая корова… – она упала в шезлонг, кутаясь, точно от холода, в свое полотенце.
– Это точно! – с удовольствием согласился Кирилл. – У этой Фани мозгов с грецкий орех! А если бы она не успела перехватить своего Кекса? Он бы тогда меня точно сожрал!
– Она собаку любит больше, чем собственного сына, – презрительно заметила Лера, снова затягиваясь сигаретой.
– Нет, вы не понимаете… – с отчаянием произнесла Оля. – Вы не понимаете! Разве можно так относиться к ребенку?..
Все сочувственно переглянулись.
– Оля, Оля, перестань… – Викентий сел рядом с ней на корточки и обнял. – Зачем так переживать? Вон, ты вся дрожишь… Ничего же такого не произошло!
– Если бы у меня… а она…
– Оля! О-лень-ка…
– Я вообще не понимаю, почему так люди любят собак! – взорвался Иван. – И что в них хорошего?..
– Собака – друг человека, – напомнил Кирилл. – Только это заблуждение. На самом деле, знаете, как обстоят дела? Собака – друг одного человека, а всем остальным она – враг. Поскольку защищает своего хозяина…
– Но есть же замечательные, благородные псы… Те, которые спасают лыжников в снегах, ищут людей под руинами взорвавшихся зданий, наркотики в аэропортах и многое другое… – сухо заметила Кристина. – Поводыри для слепых, в конце концов!..
– Это где-то там, далеко от нас, – пожала плечами Лера. – Обычные люди заводят собак, особенно бойцовых пород, не для того, чтобы с их помощью искать взрывчатку, а тешить свое самолюбие – как Фаня. Конечно, Кекс – хорошая защита от хулиганов, но гораздо более вероятно, что он нападет на обычного прохожего…
Викентий налил в пластиковый стаканчик вина и поднес его Оле:
– Выпей… Кирилл, скоро там шашлык?
– Да, еще пять минут, – ответил тот, переворачивая шампуры. – Кстати, я в детстве читал книжку, там один мужик до смерти боялся овчарок. Боялся и ненавидел… Потому что он сидел во время войны в концлагере, который охраняли фрицы со специально натренированными овчарками.
– Все дело в человеке, – раздраженно перебила Кирилла Кристина. – Взять, например, обычный нож… Им можно чистить картошку и им можно запросто убить человека!
Постепенно после вина Оля успокоилась.
– Фаня говорит, что Кекс дает ей необыкновенную свободу, – устало произнесла она. – Она гуляет с ним по вечерам и ничего не боится. Гуляет и наслаждается природой…
– Ну конечно, она свободна! – фыркнул Иван. – Только эту свободу она получает, отнимая ее у других людей. Они даже пошевелиться боятся, когда Кекса этого видят!
– Люди разучились общаться между собой, – веско произнес Викентий. – Но не общаться они не могут. И вот придумали выход – завели себе лохматого друга. Это понятно – собака никогда не предаст… Ведь именно предательства все так боятся!