Чтение онлайн

Утром двадцать седьмого декабря Сэм проснулся в семь. Он перечитал отчет о расследовании авиакатастрофы, в которой погиб Виллард Дженнингс, и позвонил Джеку Карлсону.

— Как у тебя дела с проверкой Тоби Горгона?

— В одиннадцать получу ответ на запрос.

— Может, пообедаем вместе? Хочу кое-что тебе рассказать. Речь шла об одной фразе из отчета, которую Сэм подчеркнул: «Тоби Горгон, шофер конгрессмена, погрузил на самолет его багаж». Сэм собирался обсудить эту деталь с Джеком после того, как увидит личное дело Тоби.

Они договорились встретиться в двенадцать в ресторане, затем Сэм позвонил Фрэнку Кроули — адвокату, которого нанял для Элеонор Браун, — и пригласил его пообедать вместе с ними.

— Вы не могли бы захватить стенограмму суда над Элеонор Браун?

— Обязательно захвачу, Сэм.

Закипел кофе. Сэм налил себе чашку и включил радио. Девятичасовой выпуск новостей подходил к концу. Метеорологи пообещали переменную облачность и температуру около нуля. Потом диктор повторил основные события часа. Сэм слушал его вполуха — и вдруг замер.

«В Ричмонде, на лесном участке неподалеку от дома, обнаружено тело Кэтрин Грэни, владелицы хорошо известного в округе антикварного магазина. Рядом с ней лежал труп ее собаки со сломанной шеей. Полиция предполагает, что собака погибла при попытке защитить хозяйку».

Кэтрин Грэни убита! И именно теперь, когда собиралась затеять скандальный процесс против Абигайль.

— Я не верю, что это совпадение, — произнес Сэм. — Не верю, и все тут.

Все утро его терзали страшные подозрения. Несколько раз он подходил к телефону, собираясь позвонить в Белый дом, но в последний момент отводил руку. Что он скажет? Что Тоби Горгон не просто преданный слуга, шофер и телохранитель, каким представляется окружающим? Даже если Тоби совершил преступление, нет совершенно никаких доказательств, что Абигайль знала о его грехах.

Сегодня вечером президент объявит о назначении Абигайль на второй по значению пост в государстве. В этом Сэм не сомневался. Но сессия, на которой конгресс должен утвердить ее в должности, начнется только через несколько недель. Вполне хватит времени, чтобы провести тщательное расследование. «И на этот раз я прослежу, чтобы не осталось никаких белых пятен», — мрачно пообещал себе Сэм.

В нем крепла уверенность, что угрозы, полученные Пэт, исходят от Тоби. Если этот тип действительно что-то скрывает, то ему, ясное дело, не по нраву интерес Пэт к его прошлому.

Ну, если выяснится, что угрожал он!..

Сэм сжал кулаки. Сейчас он меньше всего походил на будущего старика, каким считал себя еще несколько дней назад.

Абигайль нервно сцепила руки.

— Нужно было выехать пораньше, — процедила она. — Мы вот-вот попадем в пробку. Прибавь ходу.

— Не волнуйся, сенатор, — успокоил ее Тоби. — Без тебя не начнут. Ты хорошо выспалась?

— Вообще не спала. Всю ночь в голове вертелась одна мысль: «Я стану вице-президентом Соединенных Штатов». Включи радио. Послушаем, что обо мне говорят...

Новости Си-би-эс только начинались: «Ходят настойчивые слухи, что на пресс-конференции, назначенной на сегодняшний вечер, глава государства назовет первую женщину — вице-президента Соединенных Штатов. По мнению осведомленных лиц, этой чести удостоится одна из двух выдающихся политических деятельниц — сенатор Абигайль Дженнингс или сенатор Клер Лоуренс».

«...Только что нам стало известно о трагическом совпадении: миссис Кэтрин Грэни, владелица антикварного магазина в Ричмонде, обнаруженная сегодня утром мертвой, была вдовой пилота, который двадцать семь лет назад погиб в авиакатастрофе вместе с конгрессменом Виллардом Дженнингсом. Абигайль Дженнингс начала свою политическую карьеру после смерти мужа, на чье место была назначена губернатором Виргинии до окончания выборного срока...»

— Тоби!

Он глянул в зеркало заднего обзора. Абигайль побледнела.

— Тоби, какой кошмар!

— М-да, паршиво...

Лицо Абигайль стало жестким:

— Никогда не забуду, как мать Вилларда отправилась к этой женщине и провела с ней немало времени, пока искали самолет. Она даже не соизволила поинтересоваться, что происходит со мной.

— Ну, теперь они снова вместе, Эбби. Смотри-ка, кажется, пробка рассосалась. Доберемся до студии вовремя.

Когда машина въехала на стоянку, Абигайль тихо спросила:

— Что ты делал прошлой ночью, Тоби? Играл в покер или ходил на свидание?

— Я встречался с малышкой из «Стекбургера». А почему ты спрашиваешь? Проверяешь? Может быть, вы хотите поговорить с этой женщиной, сенатор? — Теперь его тон был почти негодующим.

— Нет, конечно нет. В свободное время ты волен сколько угодно развлекаться со своей барменшей. Надеюсь, ты получил удовольствие.

— Получил. Тем более что у меня было не так много свободного времени в последние дни.

— Знаю. Я тебя ужасно загрузила, — заговорила она примирительно. — Просто...

— Просто что,сенатор?

— Ничего... Так, ерунда.

В восемь часов утра Элеонор повели на проверку на детекторе лжи. Она на удивление хорошо выспалась — особенно если сравнить эту ночь с той, что она провела в тюремной камере одиннадцать лет назад. Тогда Элеонор неожиданно начала кричать. «Вы испытали в ту ночь острый приступ клаустрофобии», — объяснил ей психиатр после нервного срыва. Но теперь она чувствовала себя по-другому: Элеонор охватил удивительный покой от того, что ей не надо больше прятаться и бежать.

Мог ли отец причинить вред тем старикам? Она рылась в памяти, пытаясь отыскать хотя бы один пример, когда ему изменила мягкость и доброта, но не могла припомнить ничего подобного.

— Вот эта дверь. — Надзирательница привела Элеонор в небольшую комнату рядом с блоком тюремных камер. Там уже сидел детектив Барротт и читал газету. Элеонор обрадовалась, что видит именно его — Барротт не считал ее лгуньей. Он поднял на девушку глаза и улыбнулся.

Даже когда вошел другой мужчина, чтобы закрепить на ней провода полиграфа, Элеонор не расплакалась, как в прошлый раз, на допросе после первого ареста. Она спокойно села в кресло и немного смущенно спросила, не возражают ли они, если она будет держать в руках куклу. Они не протестовали, хотя как будто удивились. Вошел мистер Кроули, ее адвокат. Этот чудесный человек отнесся к ней по-отечески. Элеонор пыталась вчера объяснить ему, что не может заплатить больше пятисот долларов, но он велел ей ни о чем не беспокоиться.