Со всей дури
Шрифт:
Что я несу? – ужаснулась Лада. Кажется, я пьяная.
– Что ж, давайте за Ваню!
– А я люблю военных, красивых, здоровенных! – вдруг неожиданно даже для себя пропела Лада.
– Лада! – фыркнул генерал.
– Я, знаете ли, окосела малёха!
– Боже мой! Но, должен заметить, вам это страшно идет. Знаете, я однажды был на киносъемках у одного своего приятеля… Что-то из старинной жизни… И все артистки там были затянуты в корсеты, а после съемок сняли их, расслабились и вздохнули свободно…
– По-вашему, я обычно затянута в корсет?
– По крайней мере мне так показалось. А сейчас вздохнули свободно.
– Есть такой момент. А вы проницательный, товарищ генерал. Не ожидала.
– А вы думали, все военные дуболомы?
– Да нет. Все военные душки, – пьяным смехом залилась Лада. – Знаете, Иван Тимофеевич, вы мне страшно нравитесь, вы такой… словом, такой, как надо, но… я, скорее всего, не смогу в вас влюбиться.
– Это почему, интересно знать?
– Понимаете, я всю жизнь, если влюбляюсь, то, как говорится, сразу, с первого взгляда, мой папа это называл «со всей дури»…
– Так это же прекрасно, Лада!
– Почему?
– Много счастья вам принесли эти ваши влюбленности со всей дури?
– Как выяснилось, ни фига!
– А вы выходите за меня замуж со всей дури!
– Что?
– Замуж! Со всей дури? А?
– Замуж?
– Ну да…
– Зачем?
– Чтобы не быть одной, и сами говорите, я вам нравлюсь. А я-то как раз влюбился в вас со всей дури!
– Иван Тимофеевич, вы что, серьезно?
– Более чем!
– Надо же… А как к этому отнесется ваша мама?
– Мама? Она будет счастлива. К тому же после того, что вы сотворили с Лидой, она на вас молиться готова. А уж Лидка точно с ума сойдет от счастья! Решайтесь, Лада, надо иногда в жизни сделать такой сумасшедший шаг… Вы прыгали с парашютом?
– Нет, что вы, я боюсь высоты!
– Но замуж-то не так страшно, правда? Зато со всей дури!
Его голубые глаза вовсе не смеялись, а смотрели серьезно и… нежно. У Лады вдруг заныло сердце. А может, и вправду?
– Ну что? Согласна?
– Я… я не знаю…
– Не знаешь? Значит, согласна. Тогда поехали!
– Куда?
– Ко мне. С мамой знакомиться!
– Да ни за что! Я же пьяная!
– Это единственная причина?
– Ну да… кажется.
– Все равно поехали. На дачу!
– На дачу?
– Или к тебе?
– А мы разве пили на брудершафт?
– Здрасте! Замуж – и на «вы»? Не пойдет! Выпить мы уже выпили, осталось только поцеловаться.
И он властно притянул ее к себе и поцеловал в губы, невзирая на присутствие других посетителей. И Лада вдруг обмякла, прижалась к нему, обняла за шею. Он был такой надежный, сильный, каменная стена… Но я же не люблю его, мелькнуло в ее затуманенном мозгу. Он сжал ее изо всех сил. Ничего, стерпится – слюбится… Со всей дури!
Лада проснулась и в первый момент ничего не поняла. Бревенчатые стены, красно-коричневая печка-голландка. И тут она все вспомнила. Обнаружила, что под одеялом на ней ничего нет, а рядом с диваном стоят какие-то шлепанцы. Ничего себе… Мы вчера дали жару! А генерал хорош! Мон женераль. Я вчера сказала, что буду звать его «мон женераль»… И тут он вошел в комнату. Казалось, он помолодел на десять лет.
– Проснулась, генеральша? Какая ты красивая, генеральша!
Ой, как страшно, подумала она. Во что я влипла… Он ведь теперь меня не отпустит. А я разве хочу от него убежать? Мне же с ним хорошо.
– Ты чего так на меня смотришь? Думаешь, небось, ой, что я наделала со всей дури?
– Нет! Я думаю, а тут есть душ?
– Конечно! Дом вполне цивилизованный.
Он подошел, схватил ее на руки и понес куда-то.
– Это ты меня на руках носишь?
– Ношу. Потому что люблю.
– Вот так прямо и любишь?
– Вот так прямо и люблю. Умеешь с газовой колонкой обращаться?
– Нет.
– Не беда, научишься, а сейчас я сам все сделаю.
Он поставил ее в ванну, включил колонку. Та громко загудела.
– Через минуту будет горячая вода. Ну вот! Мойся, полотенце вот тут, халат я принесу. Я пошел готовить завтрак!
Ну надо же… На руках носит. Да о таком можно только мечтать. Она намылилась и с наслаждением включила душ. Генеральша… С ума сойти! Вот Пашка обрадуется, вспомнила она. Это же он все придумал. А что скажет мама? И вообще все? Многие наверняка вспомнят «Гамлета»: «Нет месяца, и целы башмаки, в которых гроб отца сопровождала…» Ну, во-первых, прошло уже четыре месяца, а во-вторых, насчет экзотических любовниц папаши Гамлета у Шекспира нет ни слова. И к тому же плевать я хотела на чужое мнение. И пока что мне нравится звание генеральши. А там посмотрим. Только не нужно никаких штампов в паспорте. По крайней мере пока. А то мало ли… Она вылезла из ванны, вытерлась, надела махровый халат генерала, пахнущий отличным парфюмом. А тапок не было. Ну да, меня же сюда доставили на руках, засмеялась Лада.
– Эй, генерал!
Он появился тут же.
– Что прикажет моя генеральша?
– Тапки хорошо бы…
– Зачем?
Он опять подхватил ее на руки. Она поцеловала его в идеально выбритую щеку.
– Ладка!
Он принес ее в кухню, усадил на стул и пошел за тапками.
– Ой, Ваня, а икра? Она там стухла!
– Обижаешь! Уже давно в холодильнике, и я успел смотаться за свежим хлебом.
– А масло у тебя есть?
– Да. И я сам сделаю тебе бутерброды.
– Мечта! Кофе, свежий хлеб с маслом и с икрой!
– Как приятно, что ты не сказала, что не ешь ни хлеба, ни масла.
– Ну, еще не хватало! И потом, мы столько калорий за ночь сожгли!
Его лицо вдруг стало серьезным.
– Тебе было хорошо со мной?
– А ты сам не понял? Очень. Просто очень.
– И ты будешь моей женой?
– Буду, если мы не станем затевать никаких свадеб.
– Ты не хочешь свадьбу?
– Не хочу! Давай пока так поживем. Мы же это… со всей дури… А вдруг не получится?
– Согласен. Это разумно. Хоть у меня и снесло крышу. Но как ты скажешь… Да, я позвонил маме и сказал, что привезу свою невесту познакомиться с ней. Лида тоже будет.