Чтение онлайн

— Давайте не будем углубляться в это, — предложил Аллейн. — Значит, после того как закончилась эта увлекательная игра и вошел ваш брат Майкл, вы двое с вашим старшим братом отправились в гостиную, а ваши сестры — в квартиру двадцать шесть. Вы пошли в гостиную сразу же и все вместе?

— Да. Мы пошли все вместе. Девочки первыми.

— Генри только выглянул в к-коридор.

— В каком направлении?

— К прихожей. Его не было всего секунду или две. Он вошел в гостиную сразу после нас.

— И вы оставались в гостиной до того, как пришла леди Чарльз?

— Да, — ответили близнецы в один голос.

— Понятно. Ну что ж, почти все теперь понятно. Еще один вопрос, который, по-моему, я могу задать вам обоим сразу. Разумеется, вы понимаете, что я не стал бы его вам задавать, если бы он не был для нас важен. Какое впечатление у вас создалось от леди Вутервуд за этот вечер?

— Маньячка, — отозвались близнецы хором.

— В прямом смысле слова?

— Да, — ответил Колин. — Мы все так думаем. Сумасшедшая.

— Понятно, — повторил Аллейн. — Думаю, это все. Спасибо.

Когда близнецы снова появились в гостиной, Роберта заметила, что они бледны и трясутся в ознобе, словно Нянюшка дала им свое самое эффективное рвотное. Они холодно обвели взглядом остальных членов семьи, прошли к дивану и плюхнулись на него.

— Ну, — наконец проговорил Колин после долгого молчания, — не вижу никаких причин, почему нам не объявить на простом английском, что шило вылезло из мешка, что обман лопнул, что все про все знают.

— Что ты хочешь сказать, Колин? — воскликнула Шарло. — Ты не?..

— Мамочка, мы ничего нового ему не открыли, п-по-тому что он и так абсолютно все знал, — сказал Стивен. — Он знал, что в лифте был я. Что именно я нажал эту маленькую к-кнопочку.

— Я же тебе говорила, — изрекла Фрида. — Я тебе говорила, что вам никогда его не провести.

Стивен смерил ее ледяным взором.

— Неужели одна из моих сестер, — процедил он, — способна сказать такую избитую идиотскую фразу? Да, Фрид, да, дорогая, ты же мне говорила.

— Но, Стивен, — произнесла Шарло таким необычным голосом, что Роберта в первую секунду не могла понять, кто же это заговорил. — Стивен, дорогой, но не может же он считать, что это сделал ты?! Стивен!!!

— Все в порядке, не волнуйся, мамуля, — отозвался Колин. — Не вижу, откуда взяться таким подозрениям.

— Разумеется, неоткуда, — громко сказал лорд Чарльз. — Дорогая девочка, ты расстроена и устала, поэтому сама не знаешь, что говоришь. В полиции не дураки служат, Имми. Тебе не о чем волноваться. Ложись в постель, дорогая. — И он добавил древнюю успокоительную формулу, хотя и без особой убежденности: — Утро вечера мудренее.

— Но как они?.. — спросила Шарло.

— Сердце мое, ну конечно они во всем смогут разобраться. Несомненно, нас ждут очень неприятные времена. Кто-то убил Габриэля, и, хотя это совершенно ужасно, мы можем, естественно, надеяться, что полиция найдет убийцу. Это все страшно, но совершенно необязательно терзать себя, воображая всякие разные ужасы. — Он погладил усы. — Дорогая моя, — продолжал он, — предполагать, что для мальчиков существует какая бы то ни было опасность оказаться под подозрением, — значит оскорбить их, Имми. Невиновным людям даже в самом страшном деле не грозит никакая опасность.

Фрида посмотрела в противоположный конец комнаты, где над спинкой кресла виднелась рыжая голова констебля.

— Вы тоже с этим согласны? — громко спросила она.

Изумленный констебль поднялся на ноги.

— Простите, мисс?

— Было бы очень здорово, — промурлыкала Фрида, — если бы мы узнали, как вас зовут.

— Мартин, мисс.

— Так вот, мистер Мартин, я спросила вас, могли бы вы поклясться, что невиновные в этом деле находятся в такой же безопасности, как в раю, независимо от того, насколько подозрительно они выглядят?

— Да, мисс, — ответил констебль.

— Ослица ты моя, — фыркнул Генри, испепеляя Фриду взглядом, — это кто же подозрительно выглядит?

— Генри! — вмешалась леди Чарльз, — ты не должен так разговаривать с Фрид!

— Прошу прощения, мама, но Фрид абсолютно то самое, чем я ее назвал.

— И вовсе нет! — вскричала Фрида. — Мы все выглядим подозрительно. Разве нет? — требовательно спросила она у констебля. — Разве мы не кажемся подозрительнее Джека Потрошителя?

— Не могу сказать, мисс, — смущенно ответил констебль, и Роберте вдруг стало страшно жаль его.

— Ну хватит, Фрид, — оборвал ее лорд Чарльз. Роберта не могла себе представить, что в его голосе могут, звучать такие резкие ноты.

Фрида театральной походкой пересекла комнату и уселась на подлокотнике кресла матери.

В дверь постучали, и констебль с видом великого облегчения ответил на стук. Последовал обычный приглушенный разговор, но он был прерван веселым и громким голосом.

— Все правильно, — бодро произнес голос в прихожей. — Мистер Аллейн все про меня знает, а леди Миног меня ждет. Если вы мне не верите, идите и сами спросите.

— Это Найджел! — воскликнули Миноги, а Фрида прокричала:

— Найджел, ангел мой, идите сюда! Мы тут взаперти сидим, но мистер Аллейн говорил, что вас к нам пропустят.

— Привет, дорогая! — ответил голос. — Я знаю. Сию секунду к вам подойду. Они просто спрашивают… а, спасибо. Скажите ему, пожалуйста, что я приду и поговорю с ним попозже. Где вы там? О, понятно.

Констебль впустил бодрого молодого человека, который в провинциальных глазах Роберты выглядел ожившей иллюстрацией из модного журнала. Его одежда необыкновенно ладно сидела на нем, он был таким свежевыбритым и изящным: волосы тщательно зачесаны назад, усы приглажены. От него веяло светскостью и уверенностью. Молодой человек вошел в комнату красивой походкой, чарующе улыбаясь Миногам, хотя в его улыбке сквозила едва заметная тень тревоги.