Чтение онлайн

Неожиданно я понял, что вижу гибкую фигурку в алом, пляшущую в огне. Она то появлялась, то исчезала, выгибаясь и изменяясь, но этот танец сложно было не узнать.

Я только усмехнулся.

— Тан, ты за мной? Давно пора. Очень давно. Даже спасибо, что именно ты…

— Вообще от выпивки поехал, старый хрыч, — услышал вдруг я насмешливый голос. Безмерно знакомый. Привет, маразм, я скучал! Это уже перебор!

— Девушка в огне извернулась, пустила по телу очередную волну и замерла. То возникая, то появляясь, она смотрела на меня.

— Остан, ты спятил, — пропела она с сожалением, — У тебя галлюцинации начались. Шизофреник… вот что бывает с предателями!

Я дёрнулся, как от удара.

— Он мой сын, Тан!

— Разумеется. Хоть он от тебя и отрёкся, хоть он даже не принял тебя в свой род, хоть твои внуки и правнуки даже не подозревают о том, кем ты им приходишься…

Я печально хмыкнул и налил себе ещё пойла.

— Ты права, Тан. Ты всегда права. Прости. Ты, конечно, всего лишь моя очередная шиза, но лучше уж у галлюцинации попросить прощение, чем совсем ни у кого…

— Я не злюсь, Остан, за любовь не судят, но всё-таки ты — сволочь!

— Это называется — не злюсь?

— Что ты, милый, я ласково. Знаешь, это всё же свинство — я для твоих праправнука и прапраправнука столько сделала, а ты отвечаешь чёрной неблагодарностью! Почему ты не помогаешь моим деткам? Я люблю их не меньше, чем ты своих. Так помоги и своим, и моим наследникам, Остан! Им пора двигаться дальше.

— Как я могу это всё разрулить? Тан, я не знаю…

— А ты узнай! Догадайся, милый! Считай, что я — твоя совесть! Помоги им, слышишь! Верни мне долг, Остан. Я пришла требовать долг. Верни его мне. Я простила тех, кого любил ты. Помоги тем, кого любила я!

Я смотрел на ту, что неясным привидением мерцала в огне камина. Я вспоминал её такой, какой она была когда-то, сложной женщиной с непростой судьбой. Сложно представить, каково ей сейчас знать, что все их с Дэрром наследники давно мертвы, никого не осталось, даже дальних поколений. Хотя, сколько я её помню, она не видела разницы между детьми, всех их одинаково обожая, от кого бы они ни были. А ведь все пятеро мертвы, остались только правнучка и праправнучка… Я покачал головой. Надеюсь, ты не видишь всего этого, Тан. Искренне надеюсь… И помогу.

Лорд Саррар

Сижу и в очередной раз мысленно прокручиваю в голове разговор с этой Тан. Победа-то за мной! Пока что, в первом раунде… Но можно не сомневаться, что она попытается мне отомстить…

Я улыбнулся, предвкушая любопытную игру. Жрицы Таннирры… Ох, что только о них не говорили! То шлюхи, то святые, то демоны, то божества, циничные и наивные, сильные и слабые — что только о них не говорили! В своё время я сам очень заинтересовался их феноменом, пытаясь понять, и начал изучать историю этих странных существ. Их главный феномен — так называемая холодная кровь, которая якобы дарует им силу, но, в то же время, причиняет муки. Этот самый состав, но в куда большей концентрации, течёт в жилах богов, даруя им абсолютное бессмертие, но, увы, и абсолютное бесплодие. Таннирру, как и её девочек, эта участь минула — скорей всего, из-за того, что у них в крови мёртвого состава было куда как меньше, чем у божеств. Однако, наблюдая за той же Кинниррой, я быстро пришёл к выводу, что эти девчонки всё равно постоянно страдают от холода, идущего изнутри. Может, потому та же Кин, сколько её помню, обустраивала во всех комнатах громадные камины, и куталась в теплые пледы, даже летом. Каррар часто удивлялся этому, я же отлично знал, в чём проблема, но просто пожимал плечами, в очередной раз сканируя ауру его любовницы.

Тайну Кин я узнал очень быстро, но выдавать не стал. Вместо того потребовал, чтоб она правдиво отвечала мне на вопросы. Возможность изучить Жриц — разве это не подарок судьбы?

Теперь я знал о характерных особенностях этих женщин, пожалуй, больше, чем кто-либо. Люди они или нет — вопрос не ко мне, однако я точно знаю: они достойны и уважений, и опасений. Они любят танцевать, все, без исключения. Подозреваю, всё дело в степных корнях — для кочевников вся жизнь проходит в ритме музыки. Пьют? Под настроение, но я не находил свидетельств того, чтоб хоть одна из них спивалась. Врут? Да, для них это патология. Любимый наркотик — Духи Красотки, на них он действует не так сильно, как на обычных людей, но позволяет девочкам расслабиться. Кин за них платила бешеные деньги!

А теперь у меня появился новый, даже более любопытный экземпляр для изучения. Слышал о таком феномене, но, каюсь, не верил. Вот интересно, у таких, как эта Тан, дети быть могут? И вообще…

Мои размышления прервал треск поленьев за спиной. Я изумлённо обернулся — и замер. Чего-то о Жрицах я, кажется, всё же не знал…

Она танцевала в пламени, извиваясь и преображаясь, с каждой секундой всё больше приобретая яркость и свет. Я моргнул, хотел было погасить камин — но не смог сам себя заставить. Как красиво она танцевала…

Пламя — очень гибкая стихия, это та же танцовщица. Оно вздымается, мерцает, опадает, вьётся, оно куда-то зовет, оно сплетается в одну длинную, гибкую фигурку, она прогибается, пляшет, она безумно красива…

Она…

Огненная танцовщица внезапно сделала лёгкую волну и… шагнула на ковёр. Огонь только того и ждал, расползаясь от её ног в разные стороны. Я рванулся назад, а она снова начала танцевать. Девчонка кружилась и кружилась по комнате, и пламя пожирало всё вокруг. Дышать было очень тяжело, умом я понимал, что должен как можно скорей бежать отсюда, но тело не слушалось, а взгляд упорно не желал отрываться от танцующей огненной фигурки. Шаг ко мне — шаг от меня, прогиб, поворот… Да кто она, бес её раздери?! Кто?!

Помещение наполнилось дымом почти до предела, мои глаза начали слезиться, а тело упорно не повиновалось.

Она тем временем шагнула ко мне. Я почувствовал невыносимый жар и услышал, как подозрительно трещит что-то под ногами. Боги, скоро всё рухнет…

Ещё шаг ко мне — и поцелуй. Жар обжёг лицо, а к губам словно прикоснулись клеймом. Пламя расползлось по моему телу, я заорал от дикой боли, потянулся к магии — она не отвечала.

На грани мутнеющего от боли сознания я услышал:

— Хорошо со мной, любимый? Не отпустишь — будет ещё лучше!

Очередной приступ боли отправил меня в беспамятство.

Я очнулся в кресле, возле абсолютно пустого, холодного камина, и нервно сглотнул. Ну, Жрица, ну и сон! Нашла, чем пугать!

Внезапно у меня дико заболели губы. Я нахмурился, встал, чтоб подойти к зеркалу, и замер, глядя на пепел, витающий в комнате.

Мебель, картины, ковёр — всё исчезло. Осталось зеркало. И там я увидел, что на моих губах остался ожог в форме женских губ…