Чтение онлайн

— Никогда не думала, что такое… такая мерзость существует на свете! За что они нас?!

— Это я виноват. — Матвей наконец пришел в себя, отстранил девушку, вытер ей слезы. — Просто надо было рассказать тебе все, может быть, ты сто раз подумала бы, оставаться со мной или нет.

— Не говори ерунды. За что они тебя преследуют? Я уже поняла, что меня взяли в качестве заложницы.

— Не заложницы — приманки. Дело в том, что я контрразведчик-ганфайтер и место моей работы «Смерш», военная контрразведка. — Матвей вкратце пересказал Кристине обстоятельства, поставившие его в положение дичи, но опустил многие подробности. — Теперь поняла?

— Да. — На мгновение Кристина прижалась к его груди, поцеловала в губы. — Вообще-то я догадывалась, что ты не учитель, не филолог, вернее, не совсем филолог. И я — с тобой, что бы ни произошло!

Матвей заглянул в ее сияющие глаза и словно умылся родниковой водой. Ледяная голубизна в его глазах уступила место нежности. Ненадолго — он помнил, где находится.

Василий пришел в себя через несколько минут, после второго сеанса энергопереноса, однако полностью восстановить его прежнюю форму Матвей, конечно, не мог. И все же они были живы и могли бороться, судьба хранила их, дав необходимое время на зализывание ран.

— Что теперь? — попытался приободриться Василий. Дружески сжал руку Кристины, с которой успел познакомиться до испытаний психотронных генераторов. Кивнул на зрачок телекамеры, наблюдавшей за ними со входной двери.

— Заснули они там, что ли? Неужели не видят, что мы тут пришли в себя?

— Может, и видят, да приказ имеют не вмешиваться, а скорее всего камера имеет выход в апартаменты генерала, а он занят с клиентами. Но должен скоро заявиться, нам надо поспешить. Предлагаю отступить тем же путем — через подвал и метро.

Василий некоторое время размышлял, ощупывая свои царапины, синяки и шишки, кивнул:

— Наверное, это лучший выход из положения… если нас не остановят еще на подходах к метро. Но поверху нам точно не пройти. Вооружиться бы, ганфайтер из меня сейчас хреновый. Мне бы ту штучку, от которой я чуть не сдох.

— «Болевик». Да, не помешал бы, как и «глушак», впрочем.

— Или хотя бы автомат, тот же «гном», да и «волк» сгодится.

— Обходись пока руками и головой. Пара минут у нас есть, давай-ка обыщем сей приют.

Они обошли довольно уютную тюрьму, но никакого оружия, ни холодного, ни огнестрельного, не отыскали. Правда, для такого профессионала, каким был Матвей, в качестве оружия годился любой предмет — от карандаша и скрепки до баночки с клеем и листа плотной бумаги. Именно эти вещи он и обнаружил в ящике серванта. Правда, у них был еще «стратегический запас» — сервиз из красивого богемского стекла на шесть персон, и знавший толк в таких вещах Василий удовлетворенно потер руки:

— То, что надо. Пару-тройку спецназовцев я обезврежу.

Кристина переводила взгляд с одного на другого, ничего не понимая, и Василий подмигнул ей, под тихий вскрик девушки разбил два бокала. Разбил удивительно точно — всего на два-три узких осколка, и Матвей показал контрразведчику большой палец: он сам не сделал бы лучше.

— Ну что, леди и джентльмены, пора? — Матвей незаметно для остальных настроил себя на нужный режим. — Василь, у тебя одна задача — оберегать Христю, остальное я беру на себя. Выберемся отсюда — рвите когти без оглядки, не обращая внимания на то, что делаю я. Никаких попыток помочь, подстраховать и так далее! На тот случай, если мы не успеем обсудить дальнейшие планы: как только уйдете с дачи, уезжайте из Москвы. У тебя есть родственники в других городах?

— В Тамбове, в Брянске, в Сибири.

— Тамбовские волки, что ли? — пошутил Матвей. — Вот и отправляйтесь туда, а я вас найду. Обещай.

— Хорошо, обещаю. — Василий посерьезнел, лицо его стало решительным и твердым, а в глазах зажглись азартные огоньки. — Все будет в порядке. Пожелаем друг другу удачи — и поехали.

Кристина подошла к ним, обняла сразу двоих, поцеловала каждого, но ничего не сказала.

— А теперь я продемонстрирую вам кое-какие скрытые возможности паранорма, — проговорил Матвей. — Эй, айкидок, ты должен знать: это называется тэ-гатана. [70]

Ребром ладони Матвей нанес удар по зрачку телекамеры, выглядывающему из двери, но так быстро, что рука исчезла из поля зрения. От удара толстая деревянная дверь прогнулась, и камера вылетела в коридор, перепугав двух охранников, от безделья играющих в крестики-нолики.

— А это нукитэ. [71]

Матвей достаточно хорошо видел, что происходит за дверью, и ударил в дверь в тот момент, когда один из охранников — рыжий верзила с бородой и усами — взялся за ручку двери.

Рука прошла восьмисантиметровую доску насквозь, как тонкий газетный лист, и ударила в грудь рыжебородого с такой силой, что тот отлетел в глубь коридора, едва не сбив напарника. Вторым ударом Матвей выбил замок и, молниеносно распахнув дверь, метнул скрепку, превращенную в иглу, в глаз второму охраннику. Пока тот одной рукой с воплем хватался за голову, а второй ловил рукоять автомата, Матвей успел достать его в прыжке и послать в глубокий нокаут.

— Неплохо, — сказал с подчеркнутым безразличием Василий, проходя мимо, похлопал Матвея по плечу. — Натуральный киборг прямо-таки.

Круглые от изумления и недоверия глаза Кристины говорили сами за себя, и в другое время Матвей не преминул бы пошутить и посмеяться, но данная обстановка к шуткам не располагала.

По рассказу Ибрагимова они знали, что на даче имеются два спуска в подвал: лестница от холла и лифт с третьего этажа, от покоев самого Ельшина. О том, что существует еще один лифт — прямо из спальни генерала, Ибрагимов не знал, а поэтому не знали и пленники. Решили идти вниз по лестнице, хотя понимали, что в холле наверняка дежурит охрана.