Чтение онлайн

– Я объясню. Я не хотел вашей ненависти, поэтому решил, что сначала верну вашу силу. Но… не смог разбить эти проклятущие амулеты. Если честно, их я сделал не полностью сам, мне помогали очень сильные бетавры… вот я и решил, что буду ждать.

– То есть ты думал, что ненависти будет меньше? – спросил Расс, опираясь на боевой зонт-трость.

– Я позабыл, что время для нас шло по-разному, – Слуга покивал. – Вы же были людьми…

– И вот ещё что меня интересует, – Гэн не стал слушать дальше. – Почему мы? Почему не твои родители, в конце концов? Почему не правитель нашего прекрасного Дарамата? Или всё дело в том, что Дарамат выступил на стороне людей? Ты пошёл даже против своих родителей, да?

– Замолчи, – в голосе бетавра проскользнул металл. Он слегка сжал руку на плече стоящей возле него оцепеневшей Анди. Она вскрикнула бы, если бы у неё был голос. Расс встревоженно посмотрел на девушку и предостерегающе приподнял зонт. – Я сражался на вашей стороне, дурни. Тоже за людей.

– Что?! – это оба друга слышали впервые. Поэтому, наверное, и лица у них стали, как у обыкновенных озадаченных людей.

– Ничего! – громко сказал Слуга и посмотрел ровно им в глаза. – Мне плевать было на людей, но я сражался на стороне отца и матери, и вас, своих… выдуманных друзей. А когда родителей убили, побежал спасать вас, потому что больше никого у меня не оставалось!!!

Расс присвистнул. Отвёл глаза, глянул на Гэна. Тот тронул подбородок.

– Златые Чертоги… но ты вышел против нас…

– Ну и не верь, мне плевать на это сейчас. Главное, что я знаю правду. И давно понял, что вы мне не поверите. Да, разгадать, лжёт человек или нет, для вас – как отличить день от ночи. Но я-то не человек. Всё равно бы не поверили. Тем более что были едва повзрослевшими детьми.

– Сам был таким, не забыл? – напомнил Расс.

– Всё помню. И признаю: дурак, сейчас бы придумал более изощрённый способ. Но кем бы я ни был, прошлого изменить не могу. Я остался только потому, что ждал вас. Точнее, тебя, Гэн – я не был уверен, что Расс жив, он хитро скрылся от моих поисковых заклинаний. Я жил на этом острове, забавлялся, играл во всякие игры, тянул время… и вот наконец мы можем поговорить.

– Тогда отпусти Анди, – почти приказал Расс.

– Да что тебе в этом человеке? – раздражённо скривился Слуга. – Ладно, я понял, что она тебе нужна. Просто пока я её держу, я могу быть уверен, что не погибну от ваших рук. Мне нужно ещё кое-что вам сказать.

– А если я обещаю тебе, что не трону, если отпустишь её? – осторожно спросил Расс.

– Лучше я перестрахуюсь. Слушайте внимательно: я рассчитал, у вас есть около двадцати лет, когда вы ещё сможете уйти через Златые Чертоги в высший мир. Потом единственное, что вам останется, – это жить, как люди, и, возможно, как люди умереть. Я не знаю, может быть, очень скоро земля возродится. Может быть, тебе, Расс, как изумительному созидателю удастся починить наши Острова. Было бы чудесно. Но я просто предупреждаю. На других островах тоже можно жить, если хотите, укажите их людям, переселите туда кого-нибудь, пусть создают новую цивилизацию. У демонов в Щели бардак, если так и оставите, скоро они из Дыр сами полезут и будут людей убивать. И хотя бы иногда разбирайтесь с умершими душами – Небесное Царство есть, отправляйте туда хотя бы кого-нибудь. Ты, Гэн, можешь этим заняться, я знаю, у тебя получается.

– Ты и в Царство пробрался? – с невесёлым смешком вопросил Гэн.

– А кто, ты думаешь, выполнял функции Зоорла после его смерти? Всё-таки я всегда его уважал. Он часто гостил у моего отца… впрочем, не будем о грустном. Делайте что хотите – какая уже разница, всё равно скоро людям придётся жить вообще без богов.

– Послушай, – вдруг сказал Расс подозрительным тоном. Он смотрел на Слугу в упор, глаза его разгорелись и пылали зелёными огоньками. – Я понял тебя. Сто лет для бетавра – не время. Да, мы много пережили. Но я готов простить тебя. Ты тоже видел войну. И тоже был всё это время одинок. Я не держу на тебя зла за Зловещий Замок и всё прочее, что ты вытворял. И за то, что убил всех в Княжестве Эрдез. Не стану утверждать, что сам никогда не сделал бы этого. Ты не хуже и не лучше других, Лирой. Но… ответь: что заставило тебя превратить меня в женщину?

Анди дёрнулась, рука Слуги сжала её плечо, не давая вырваться. Хоть это было и не нужно – ступни девушки словно приросли к полу.

– Ну-у… – Слуга чуть откинул голову. – Спрашиваешь у меня сейчас! Я был маленький и глупый, разозлился, что ты так успешно сопротивляешься. Догадался, что ещё немного – и мой амулет перестанет действовать, вся сила вернётся к тебе и ты меня скрутишь в два счёта. Я понял, что амулет нужно срочно закрывать, а остаток твоей силы повернуть против тебя. Это первое, что пришло мне на ум.

– Но хоть в уродину мог превратить, было бы гораздо проще! – простонал Расс.

– Расс, я ведь собирался вернуть тебе всё, когда смогу! Но смог я поздно…

– Ладно, – бетавр, глаза которого были уже полностью, вместе с белком, зелёными и светились, как маленькие солнца, опустил голову. Поднял свободную руку вверх. – Сейчас мне всё равно. Я спокоен. Уходи, Слуга, пока я тебя отпускаю. Уходи.

Анди почувствовала, что её отпускает. Сделала неловкий шаг вперёд, потом рванулась и побежала к Рассу. Тот, наверное, не видел – сдерживался, понимая, что рядом люди, и что вообще он сейчас Слугу простил и нужно сохранять это благодушное состояние. Когда Анди ухватилась за его руку, он удивлённо раскрыл пылающие глаза – и девушка отшатнулась, схватившись уже за Гэна. Рука Расса оказалась словно из камня, твёрдая и очень горячая, так что Анди чуть не обожглась, а из глаз тёк зелёный холод.

– Ты простил? – лицо Лироя озарилось. – Ладно-ладно, молчи, я понял… а ты, Гэн? Хоть немного? Я ведь правда был за вас, я…

– Уходи, – мягко сказал Гэн. – Я проспал все эти годы и видел кошмарный сон. Не ты его на меня наслал, как не ты развязал войну.

– Иди, Слуга, – Расс выпрямился, глаза его стали человеческими. – Жди нас в том далёком странном мире.

– Не пропустите! – весело напомнил Лирой. – Двадцать лет!

– Чёрта с два, – отозвался Гэн. – Мы возродим этот мир.

– Тогда я вернусь. Всё, понял! – Лирой развернулся, остановился на краю плоской дворцовой крыши, словно человек, который боится высоты. Оглянулся через плечо. Улыбнулся по-настоящему, как, наверное, в жизни улыбался только своим родителям… и шагнул в пустоту.

Он не упал. Он стал подниматься вверх, как будто по ступеням. И с каждым шагом стремительно уменьшался – или просто удалялся. А потом и вовсе слился с воздухом, растворился, исчез.

Где-то за Зловещим Замком, в городе Ратарске, поблёк, а потом и вовсе пропал знак на руке царя Гароша.

Гэн повернул голову к всё ещё цепляющейся за его белый рукав девушке, моргнул, и она провалилась в глубокий сон. Упала не на пол, а уже на кровать в одной из комнат дворца.

Расс невозмутимо приложил зонт к бедру, и тот слился с ним, как будто исчез в ноге.

– Ушёл? – как будто не чувствуя, спросил Гэн.

– Ушёл, – кивнул Расс. – Не знаю, плохо ли это, но я ничего не чувствую. Как будто и не было никогда Лироя Сверцена, Слуги.

– А его и не было, – пожал плечами Гэн. – Наверное, мы достигли баланса между простили и не простили.