Чтение онлайн

Дворец Всемогущего Джентангиза стоял чуть сбоку от донжона и был действительно дворцом, обнесённым невысокой, всего-то в десяток футов, стеной. На стенах через десятка три шагов были расставлены стражники, но они выглядели такими разморёнными на солнце, такими несчастливыми, что при желании некоторых из них вполне можно было обмануть. Например, наслать полдневный морок или усыпить… Впрочем, это могло и не понадобиться.

Чёрный рыцарь ввёл своих людей во двор, Трола и Пепира быстро, очень толково обыскали, лишили Трола его тренировочного меча, который он для маскировки нацепил на перевязь, вместо Клунга и Синкопора, и повели вперёд по бесчисленным, гулким, прохладным коридорам.

Раза два они опускались по каким-то ступеням, потом поднимались. Несколько раз их останавливали стражники у очередных дверей, и тогда вперёд выходил чёрный рыцарь, чтобы коротко сообщить что-то, чего Трол не понимал, потому что это говорилось на очень сложном диалекте квантума — всё сливалось в нечленораздельный горловой рык, из которого не удавалось выделить ни одного слова.

Что же это за стражники такие, думал Трол, постреливая глазами то в одного, то в другого из часовых. На вид они были вполне обычными солдатами, никто из них не казался слишком уж сильным или быстрым… И всё-таки в них было что-то не так, вот только что?

Внезапно они оказались у каких-то невысоких дверей, у которых стояли трое стражников. Солдаты чёрного рыцаря тут же выстроились вдоль стены, а сам рыцарь, кивнув стражникам, раскрыл двери. Это был боковой вход в небольшой, неторжественный, но вполне уютный зал. Сразу за дверью, через которую ввели Трола и Пепира двое стражников и рыцарь, находился довольно вместительный бассейн с прохладной, свежей водой. В этой воде плескался толстый лысый человечек с привычно недовольным лицом. Он был голым, вот только вокруг его чресел колыхалась рыхлая повязка. Увидев вошедших, он попытался подняться по ступеням из воды, потом махнул рукой и остался в своей ванне.

— Что-то ты долго, Роват… Подведи их ко мне.

Трол тут же ощутил сильный, очень точный удар по коленям. И рухнул на каменный пол, кое-где забрызганный водой. То же самое произошло с Пепиром, только он не ожидал этого, и потому ударился об пол ещё сильнее, чем Трол, который, конечно, вообще мог бы избежать этого удара, просто пока это было не нужно.

Стражники прислонили к шеям Трола и Пепира, чуть ниже черепа, острия своих мечей и нажали, заставляя ползти вперёд на коленях. Трол постарался, чтобы его лицо сделалось таким же недоумённо-обиженным, как у Пепира, и пополз. Погонщик караванов последовал за ним, но более неумело и по-прежнему чуть всхлипывая.

— Кланяйтесь Великому Зентагу дСвиррку, стратегу Империи, да продлятся его дни, — жестковато, без выражения проговорил рыцарь Роват. Сам он оставался у дверей на одном колене, не поднимая головы.

— Ну, ладно, — решил Зентаг, стратег Северных земель Империи, о котором Трол уже кое-что слышал. — Чего требовать от варваров… — Он поплескал себе воды на жирную, почти женскую грудь и спросил: — Что привело вас в Архенах, мерзавцы? Отвечайте, только быстро.

— Мы караванщики, Всесильный и Великий стратег! — возопил Пепир. — Я много лет ходил сюда, в столицу твоего прекрасного доминиона, а это — сын моего давнего друга, который…

— Это я знаю, — ответил Зентаг. — Что в действительности вы задумали совершить тут?

Пепир вытаращил глаза, соображая, как ответить на такой вопрос. А Трол внимательно, через полуопущенные ресницы, чтобы никто не понял выражение его глаз, смотрел, ещё раз оценивая Зентага. Очень сильным бойцом он уже не был, но в психологическом и интеллектуальном планах остался всё таким же неумолимым, жёстким, даже жестоким исполнителем полученных приказов. Но на этот раз приказа не было, и Зентагу приходилось самому решать, что делать с этими подозрительными типами… Впрочем, очень долго раздумывать ему не дали.

В коридоре за другой, парадной дверью послышались шаги, они распахнулись, и разодетый в зелёное слуга с обилием серебряных побрякушек на боку, где полагалось бы носить кинжал, провозгласил:

— Всемогущий Джентангиз, прозванный Неумолимым, да продлятся его дни!

И в купальню вошёл другой толстяк, немного похожий на того, что бултыхался в воде. Вот только его лицо пересекал шрам, а губы сжались в узенькую щёлку, в которую трудно было бы вставить даже лезвие ножа.

— Ну, Джентангиз, зачем все эти сложности? Я бы выяснил, что вот с этими… — Зентаг кивнул на Трола и Пепира, которые не поднимались с колен, — бродягами делать, и без твоей помощи.

— Полагаю, что моё участие в этом… расследовании всё-таки неизбежно, — негромко прошелестел Джентангиз.

— Ты уверен? — спросил Зентаг.

— Абсолютно, — отозвался Джентангиз. — А если ты в этом не уверен, то спешу довести до твоего сведения, что весть о появлении в городе этих вот… людей, — последнее слово прозвучало как ругательство, — передана Клыну.

Клын даРком, прозванный Мучителем, главный маг Северного континента, считался прямым командиром Ублы даХымна. Того самого Ублы, которого Трол с помощью орденцев и стражников Кадота выгнал из отменно замаскированного замка на Олавских островах.

Что-то они резко за нас взялись, подумал Трол. Или тут теперь так встречают все караваны, которые пришли с другого берега Великого озера?

Вдруг тот же слуга, который объявлял появление Джентангиза, вздрогнул, рухнул на одно колено и лишь тогда объявил:

— Его всемогущество, Убла даХымн, да продлятся его дни!

Убла вошёл в комнату стремительно, словно его несло порывом ветра. Оглянулся на обоих чиновников, одного — голого в бассейне, другого — упавшего на одно колено, сделал странный жест, очевидно, выражающий нетерпеливое приветствие, и мигом оказался перед Тролом и Пепиром.

— Это они? — спросил Убла, наклоняясь над Тролом с расстояния в два шага, вглядываясь в его лицо, пытаясь пробиться через ментальные блокады, которые Трол тренировал все последние дни, даже во сне приучаясь поддерживать их.

— Они, благороднейший, — негромко ответил рыцарь Роват.

Убла чуть разочарованно оглянулся. Трол краем своего видения заметил, что на шее мага расплывался огромный синяк, видимо кто-то совсем недавно приложил благороднейшего, и, может быть, даже кнутом.

— Но это же… не они! — отозвался Убла. Он отошёл от Трола и Пепира, растерянно посмотрел на Джентангиза, который не поднимался с колена, и на Зентага, который плескался себе в воде, хотя уже и не так увлечённо.