Чтение онлайн

Американизм – это не просто совокупность признаков одной культуры, случайно выбранной мачехой историей из сонма других культур. Американизм не случаен. Он – символ нашей эпохи, и никуда от этого не деться.

Недаром Америку ненавидят и почитают за Римскую империю, и ждут не дождутся, когда стада варваров наконец ворвутся в ее стольные пределы, забывая, что за этим неизбежно должны последовать века мрака, ибо Америка всех тянет вперед, кого силком, кого из чувства уязвленного самолюбия, а кого и просто из вечного духа противоречия, возникающего в ответ на проявление любого лидерства.

Сначала американизмом называли только словечко «о’кей!» да еще пару-тройку неказистых слов, проникших в чужие языки, но теперь американизмом можно наименовать всякое стремление к шапкозакидательству, бескомпромиссное стремление к непререкаемому лидерству и просто фанатическую жажду материальных благ, которыми еще никто не успевает попользоваться, как на смену приходят другие блага и соблазны… И так до бесконечности, до полного смыкания замкнутого круга потребительства, основанного на согласии быть вечно соблазняемым, развращаемым и неодухотворенным.

Политики разных стран поют под одну сурдинку, что американизм-де являет собой монополярнось, и тем неизбежно превращается в тупиковую ветвь развития человечества. Но деньги и ядерный потенциал, а также упорная и покорная армия держат критиков в узде, и если на просторах мировых конфликтов Америку поносит кто как может, то при непосредственной встрече с этим новорощенным гигантом мировой истории все стеснительно потупляют глаза.

Все чего-нибудь от нас хотят. Радикальные исламисты хотят, чтобы мы кутали наших жен в чадры, а сами на коврике босиком молились на Мекку. Радикальные американисты требуют, чтобы мы позволяли женщинам шастать нагишом, и при этом не обращали на них никакого внимания. Чего они еще хотят от нас? Чтобы мы пили кока-колу? Этот культовый напиток со вкусом нераспробованного средства для полоскания рта в зубоврачебном кабинете?

Отметая всевозможные насмешки над прямолинейной дуболомностью американизма, все же стоит отметить, что если где и творится история на этой планете, строятся заводы, изобретаются чудеса, так это в странах, подхвативших, словно грипп, славную долю американизма.

Неизвестно, почему нам всегда предлагаются дилеммы, почему духовность исключает комфорт, а жажда деятельности обязательно должна быть корыстной?

Антиамериканизм в моде. Трудно найти интеллигента в самой Америке, не говоря уж о Европе, чтобы он не питал неприязни к целой грозди проблем, которыми потчуют мир Соединенные Штаты. Страшно и неуютно в мире, где крупнейшей державой могут править недалекие и грубые дилетанты. А дело совсем не в этом. Антиамериканизма, как, впрочем, и американизма, на самом деле нет. Это просто элементы все той же идеологической борьбы, которая питает амбиции и карманы закулисных заправил. Как и всякий половозрелый «-изм», американизм профинансирован и создан по указке определенных сил, потому что, по совести говоря, нам ведь совершенно до лампочки, какая власть нынче клубится над миром. Не то что бы нам настолько хорошо, что интерес к глобальной политике, так сказать, улетучился без следа. Просто нам все равно, какие идеологические подоплеки в очередной раз в моде. Мы зрим в корень, и не видим ничего, кроме жажды слабого опрокинуть сильного, который, в свою очередь, желает не позволить этому случиться.

Америка очень сильна, еще весьма здорова и активна, и пока в других странах кому-то скучно, а кому-то неохота, Америка настойчиво и дробно кует свое сомнительное счастье.

Говорят, что в политике, как и в физике, всякое действие рождает противодействие. Недаром Сартр не доверял точным наукам. Однако если в механике проявление противодействия обусловлено третьим законом Ньютона, то в политике оно обязательно проплачено заинтересованной группой и вовсе не является постоянной силой.