Чтение онлайн

– Признаться, очень занимательно, – согласился Александр Сергеевич, – но этого же всё равно ничтожно мало. Топлива не хватит на полёт туда и обратно при таких мощностях и сроках. Взять хотя бы скорость – пятьдесят километров в секунду – это же непостижимо!

– Но реально. И всё происходящее только лишний раз это подтверждает. Вы забыли про третий компонент, что управляет реакцией.

– Господи... – Александр Сергеевич перекрестился. – Вы всё же добились этого.

Рыжов довольно кивнул.

– Да, мы ухватили за хвост нейтрино.

– Ухватили что? – подал голос сбитый с толку Аверин.

– На корабле есть антивещество, – Александр Сергеевич покачал головой. – Вы в своём уме?

– Хм... – Рыжов положил руки на штурвал. – Не понимаю, при чём тут я. Это не я спроектировал двигатель, не я его собрал по винтикам, и не я задался целью. Я ничем не отличаюсь от всех вас, и не вам винить меня в чём-то. Я просто стремлюсь к неизведанному, а каким именно способом... Не всё ли равно?

– С вами не поспоришь, – Александр Сергеевич поднялся со своего места. – Пойду, прогуляюсь. Надеюсь, вы не возражаете?

– Отнюдь, – Рыжов остался лаконичен. – На сегодня достаточно новых горизонтов.

– Но что это за антивещество? – спросил Аверин.

Рыжов отмахнулся.

– Вы забываете главное: это ваш, да и мой билет в космос!

– По крайней мере, теперь понятно, отчего вы с ходу не запихнули нас в центрифугу, – Александр Сергеевич покинул кабину под пристальным взглядом Рыжова.

Россия. Байконур. Гостиница «Центральная». «Откровение».

Вторую неделю кружила метель. Обслуживающий персонал гостиницы выбился из сил, разгребая сугробы перед центральным входом. Однако их стараний хватало лишь на каких-нибудь полчаса, после чего стихия снова заявляла о себе, сводя старания людей на нет. Посеребрённые деревья зябко стучали сучьями друг о друга. Они походили на заблудившихся путников. Путников что сбились с дороги и теперь вынуждены устало топтаться на месте. Они с содроганием ожидали путеводной звезды, однако та всё не восходила на горизонте, отчего надежда на исцеление неумолимо таяла.

Александр Сергеевич поплотнее укутался в полы серого плаща – в парке было безлюдно и это радовало. Так случалось, что пару раз, когда он выходил, одевшись «по гражданке», подышать свежим воздухом перед сном, на него тут же обращали внимание. Однако любопытство гостиничного персонала ограничивалось лишь мимолётными взглядами – на что-то большее эмоций местных «аборигенов» элементарно не хватало. Возможно, им было плевать.

Метель разогнала жизнь. Как минимум до утра в парке будет царить космическая идиллия: чёрно-серые тона, скопления снежинок-звёзд, колючий холод. Всё это будет вращаться в едином водовороте полуночных снов, поднимаясь всё выше и выше, пока не достигнет пределов мироздания – истоков жизни, – после чего стремительно рухнет вниз, одарив проснувшихся поутру людей ворохом повседневных проблем. А вальс за окном продолжится и дальше. Он будет кружиться, вращаться, сжиматься, подобно пружине механических часов, накапливая энергию будущих снов. Снов что в скором времени завладеют реальностью, не смотря на её отстранённость, – а в этом случае, многое изменится. Всё изменится. Нужно лишь поверить и, проснувшись, не закрывать вновь глаза.

Здание гостиницы заслонилось молочной пеленой. Под ногами скрипел снежный ковёр. Вокруг звенело серебро.

Александр Сергеевич на секунду замер. Огляделся по сторонам, не веря в реальность всего происходящего.

«А что, собственно, происходит? Вечер, как вечер – ничего особенного».

Александр Сергеевич наклонился. Подобрал полы плаща. Осмотрел снег под ногами.

Следы.

«Маленькие. Явно ребячьи. Причём достаточно свежие, чёткие... и не петляют в замешательстве. Так не прогуливаются, тем более, не бредут неведомо куда. Так движутся осознанно, со смыслом, когда к чему-то стремятся. Пробираются через сугробы обыденности, преодолевают метель недопонимания, противостоят обжигающему холоду безразличия!»

– Светлана.

Александр Сергеевич снова огляделся, силясь высмотреть во мгле крохотную фигурку девочки.

Ветер бросил в глаза крупные хлопья снега.

Александр Сергеевич прищурился. Смахнул рукавом с ресниц влагу. Двинулся вдоль проторенной тропы.

По обочинам аллеи зажглись фонарики. Их круглые головы обратились к ссутулившемуся Александру Сергеевичу, словно вопрошая, как быть. Вокруг каждой дрожащей искорки набух переливчатый нимб. Подсвеченные снежинки порхали озорными светлячками. Они лезли в нос и глаза, проскальзывали за ворот, смиренно принимали смерть. Всё происходящее напоминало осенний листопад. Только вместо оранжевого пламени, что спустилось на грешную землю, чтобы принять смерть, с небес низошли ангелы – крошечные и холодные, но лишь по той простой причине, что пока о них никто не знал. Их видели лишь очнувшиеся ото сна. Остальные равнодушно давили ногами.

Александр Сергеевич резко замер. В глаза порхнула стайка очередных светлячков. Сдавленный стужей ветер решительно протиснулся под воротник.

Следы оборвались.

«Нет. Просто свернули».

Александр Сергеевич глянул в том направлении, куда стелился притоптанный снег.

В тусклом свете проступили прямоугольные контуры. Четырёхугольная крыша. Покатый козырёк. Занесённые ступени.

«Беседка! Ну конечно, как я мог забыть! Здесь всегда стояла беседка!» – Александр Сергеевич решительно зашагал в сторону постройки.

Снега навалило уже порядочно – ноги провалились буквально по колено. Однако Александр Сергеевич не обращал на данность внимания. Его мозг был заряжен на действие, и именно эта необходимость увлекала покорное тело всё дальше и дальше.

Над головой трещали сучья деревьев. Свистел носящийся меж стволов ветер. Похрустывали под ногами снег. Рычал вечер...

«Рычал?» – Александр Сергеевич замер, прислушался.

Ничего кроме воя ветра и шороха снежинок.

Хотя нет. Вот, снова! И снова. Будто где-то совсем рядом затаился голодный хищник. Затаился, в ожидании добычи.

Внезапно Александр Сергеевич понял, что уже давно видит у ступеней беседки, вперемешку с давешними следами, что-то ещё.

«Словно два уголька, что вывалились из топки. Только этого не хватало! Не хватало, помимо всего прочего, впутаться во что-то ещё!»

Сумерки сгустились: нависли над головой, точно разведённые крылья.

Ветер вынес из пурги недовольное ворчание. Нет, оно было вовсе не злобным или зловещим, скорее уж предупреждающим, дающим понять, что не стоит лишний раз испытывать судьбу почём зря: убирайся по добру по здорову – так будет лучше для всех!