Чтение онлайн

— Ишь, космонавт, — возмутился Сандро. — Он улетает, а я остаюсь, да?

— Мир нашему дому! — не слушая товарища, поднял тост и залил в глотку, куда уже были закинуты две пилюли, коньячную бурду. — Эх, душа моя! Лети!.. — И после этих слов: ослепительный взрыв, разметывающий мою телесную плоть в клочья, в радиационные частицы, в космическую пыль…

… Пыль медленно оседала в огромную мутную воронку небытия. Моя субстанция, превратившись в легкое облачко, проплыла мимо пульсирующего основания воронки, затем, ускоряясь, помчалась по туннельному пространству. Наконец вдали блёкнул свет… Ослепительный свет, как ядерный взрыв, пылал в беспредельном пространстве; потом угас и я увидел себя в качестве жалкого и беспомощного человечка, жмущегося в кресле. Куда это меня нелегкая занесла? Где я? И что со мной?

Потом услышал мелодичный гонг и увидел сквозь сырую пелену трудно различимые старческие неземные лики. Не выдержав всей этой потусторонней фантасмагории, я возопил в крайнем неудовольствии:

— Эй, что это все значит? Где я?!

Что тут началось: светопреставление. Было такое впечатление, что я вместе с креслом угодил в эпицентр космогонического смерча. Меня мотало, точно магноливидную орбитальную станцию в проруби космической бесконечности. От страха я причитал: «Да будет мир и любовь между всеми! И да будут бессильны козни врагов внутренних и внешних, сеятелей плевел на ниве Твоей, писанием словом или делом вносящих шаткость в умы, горечь в сердца, соблазн, раздор и всякую скверну в жизнь!»…

Быть может, это и спасло мою грешную душу. Упала благодать, прекратилась отвратительная круговерть, я глотнул тошнотворную слюну и спросил:

— Кто вы такие?

Ниспала зловещая тишина. Я понял, что сейчас мне будет худо. Будут бить? Кто и чем? И куда бежать? Я беспомощно огляделся: блеклый свет пуст`ота. Вдруг возник велеречивый голос:

— Мы ответим на твой вопрос, человек, но сначала ты должен покаяться.

— В чем это?!

— Позабыл? Как ты умаял старушку — навсегда.

— Какую старушку? — ахнул от удивления. — Не знаю никаких старушек?

— Верим, — задумчиво проговорил Некто, пронзив, очевидно, всевидящим оком мой незащищенный затылок. — С памятью у тебя, человек, плохо. Напоминаем: ты гулял с дочерью у памятника…

— О! Помню-помню! — вскричал.

Действительно, однажды давным-давно выгуливал Машку в местном полузаброшенном неряшливо-весенне-осеннем парке. И прятался в кустах, кинутый на произвол судьбы, памятник: гипсовый уродец, изображавший второго пролетарского дуче в натуральную величину (и по росточку, и по объемам ляжек).

Стоял этот неодушевленный предмет во френче и рукой, поврежденной хулиганами, указывал в сторону сортира, мол, наша цель, товарищи, коммунизм. А на грязной стене общественной уборной гашенной известью было выжжено: СССР.

Мы с дочерью внимания бы не обратили на столь пропагандистское и нелицеприятное зрелище, но брела на свою беду старушка в резиновых ботах, божий одуванчик. Остановилась, отдыхая, и заметила осрамленного временем и потомками Творца новой счастливой жизни, перекрестилась. Зачем она это сделала? Сама перекрестилась, да ещё этот гипсошлакобетонный монумент перекрестила. Тут меня черт и дернул за язык, спросил, округлив глаза:

— Бабуль? А это кто? На нужник показывает?

К сожалению, я и подумать не мог, что ещё сохранились настоящие революционные старушки. Бедняжка сморщилась от ненависти и прошипела:

— Развинтились все! Всех вас, христопродавцев!.. — и удалилась в сторону, куда указывал её бог: СССР.

А что же я? Взяв дочь за холодную ладошку, увел родного человечка подальше от греха. Мог ли я даже в страшном сне предположить, что буду находиться в какой-то загадочной общегалактической дыре и вспоминать одичалую бабульку в резиновых ботах?

— Неужели бабуля… того? — удивился я.

— Да, — последовал сдержанный ответ. — Она в расстроенных чувствах поскользнулась в клозете и утонула.

— Печально, — вздохнул я. — Я, конечно, виноват, но и невиноват. Под ноги надо смотреть.

— Человек, — прервали меня. — Вы каетесь?

— Частично, так сказать, признаю: пошутил неудачно, однако так можно любого обвинить черт знает в чем?

— Землянин!..

— Ну, каюсь-каюсь, частично, — отмахнулся. — И жду ответа на вопрос: кто такие?

— Отвечаем, частично, — саркастически ответил голос. — Мы из МВФ.

— Откуда?

— Из МВФ, человек, — проговорил новый интеллигентный голос. — Не слышали?

— Знакомая аббревиатура, — сделал вид, что задумался.

— Мировой Вспомогательный Фонд, — объяснил велеречивый голос. Запомните!

— Есть, — поспешил с уверениями. — А чем вы занимаетесь? Если помощью, то кому?

— В данном спектральном времени и пространстве мы занимаемся планетой, именуемой вами: «Земля», — проговорил интеллигентный голос.

— И совершенно зря, — неожиданно каркнул желчный голос. — Попомните: потом будет поздно. Болезнь необходимо уничтожить в зародыше!

— В чем дело? — возмутился я. — Кого вы там хотите уничтожить? Нас? Это ещё неизвестно: кто кого?..

— Вот именно, — вскричал желчный голос. — Если мы не уничтожим их, они уничтожат весь Всемировой Организм.

— Ничего не понимаю, — взъярился я. — Объясните толком, черт возьми!

И мне объяснили, что наша планета больна. Являясь клеткой в Мировом Организме, она заражена вирусом под медицинским названием ДЕНЧ, что соответствует онкологическому заболеванию человека, когда одна из его клеток выходит из-под контроля всего организма. Чтобы остановить разрушительные процессы на Земле, создана экспедиция Мирового Вспомогательного Фонда. Работа находится в начальной стадии: ведется поиск людей, способных остановить прогрессирующую болезнь.

Я весь этот веселенький бред внимательно выслушал, а что оставалось делать: когда вокруг одни сумасшедшие, делай вид, что ты тоже из МВФ — из медицинско-ветеринарного филиала. Однако после короткого замешательства решил, что мне, человеку, негоже бояться каких-то мифических доброжелателей:

— А где гарантии, что это не вы сами хотите нашу планету в сырьевой придаток?

— Уа! — плаксиво взревел желчный голос. — Братья мои, он из нас делает идиотов.

— Я хочу понять, — обиделся. — И потом: слишком все похоже на душевнобольные фантазии?